Танго вдвоём

Чимин.       Если бы можно было поглотить женщину целиком, сейчас я бы это сделал. Я не мог насытиться ею. А она лишь распаляла меня сильнее. На-важ-де-ни-е. Надо как-то взять себя в руки и прерваться ненадолго. Скоро уже вечер и надо что-то решать на счёт встречи с Юнги.       — Сегодня приезжает Шуга. Я хочу вас познакомить, — сообщил я Елене. Она отвела взгляд.       — А надо ли? Зачем? Мы же всё равно будем очень недолго вместе, — она по-прежнему не смотрела на меня.       — Понимаешь, он единственный, кто меня поддержал сразу и без колебаний, когда я рассказал про нас. Он заслуживает этой малости.       — Хорошо. Для тебя это важно, поэтому я не буду возражать.       Лена поднялась с постели, сладко потянулась всем телом, приподнимаясь на цыпочках, и вышла из комнаты, оставив меня наедине с моими мыслями. Она считает, что у нас нет будущего. Здравый смысл говорит о том же. Куда ни посмотри, всюду тупик. Ладно, пусть всё идёт своим чередом. А Шугу я с ней обязательно познакомлю, он тот ещё циник, но в душе добряк.       Натянув бельё, я спустился вниз, из ванной слышался звук льющейся воды. Мне душ тоже не помешал бы, но я не хотел нарушать уединение Лены. Я осматривал уютную комнату, мягкий ковер на полу приятно щекотал ноги. А вот и диван, на котором всё началось. В паху опять разлилось тепло. Ну нет, хватит уже на сегодня. Надо прикинуть, что там у нас с расписанием, заодно и отвлекусь немного. Нашёл брошенный мною пару часов назад телефон и скривился, увидев несколько десятков пропущенных звонков и кучу сообщений. Ну да, меня «потеряли». Самое лаконичное от Джуна: «Ночуешь дома?». Коротко и ясно.       Ч.: Ещё не решил       Н.: Скоро Юнги приедет, он уже на пути сюда       Ч.: Знаю. Я хочу познакомить его с Еленой       Н.: Уверен?       Ч.: Да!       Вот и поговорили. Остальным Намджун сам всё скажет.       Я понимал, что мне надо вернуться на виллу, но уходить от центра моего нынешнего притяжения не хотелось. Я точно знал, что Лена ни за что не согласится жить у нас. Но и мотаться между двумя домами не лучший вариант — слишком высок риск быть узнанным. Провести время, отведенное нам здесь? Мило и по-домашнему. Я скучал по домашнему теплу и уюту, и меня согрела мысль о возможности провести хоть несколько дней вот в таком маленьком домике, где нет никого лишнего, зато есть запах чего-то родного и близкого.       Я услышал, что Лена вышла из душа, повернулся и невольно улыбнулся. Она такая забавная, мокрая и взъерошенная, ещё и фыркает раздражённо, в точности как кошка, которая попала в лужу. Женщина куталась в пушистое полотенце и явно ругалась. Я шагнул к ней, но тут же был остановлен:       — Воды нет, душ тебе не светит. И я жутко зла! — она смерила меня с ног до головы и обратно недовольным взглядом. — А почему ты до сих пор голый? Наверху тоже есть ванная, мог бы ею воспользоваться.       — Я хотел к тебе присоединиться, но меня отвлекли, — меня ужасно веселила её недовольная мордашка и бурчание. Я невольно улыбался, чем сильнее раздражал Лену.       — Чему ты радуешься, моя сладкая булочка? — ехидно поинтересовалась она.       — Я? Не радуюсь я нисколько, — я напустил на себя невинный вид. — Но ты сейчас такая забавная. Ты как кошка, которая замочила лапки.       — Чимин, ты явно что-то задумал. Я это вижу по твоим хитрющим глазам. И перестань кидаться сексом!       — Что? Как ты сказала? — я в недоумении смотрел на Лену. — Что это значит?       Елена согнулась пополам в приступе смеха:       — Святая простота! Ты разве не знаешь, что все женщины мира умирают от желания к тебе? Ходячий флирт твоё второе имя! Я прошу тебя, оденься наконец, иначе я за себя не ручаюсь!       Я медленно облизнул нижнюю губу, чуть наклонил голову, прищурил один глаз и протянул вперёд правую руку с пальцами, сложенными сердечком. Лена демонстративно схватилась за сердце, закатила глаза и застонала. Через секунду мы хохотали, показывая друг другу самые разные жесты, которые были в ходу у мемберов, мемчики из интернета, корчили рожицы и просто щекотали друг друга. Я увидел другую Елену: заводную хохотушку с чертенятами в шоколадных глазах.       Насмеявшись до боли в животе, мы вернулись в верхнюю комнату, чтобы одеться.       — Собери, пожалуйста, необходимые тебе вещи. Вдруг мы сегодня задержимся и тебе придётся переночевать у нас на вилле, — я ожидал ответа, заранее настроившись на отказ. И снова ошибся.       — Хорошо. Но только сегодня, — Елена мягко погладила мою щеку и подарила мне нежный поцелуй-прикосновение. — Не хмурься, я люблю твою улыбку, а ты со мной всегда так серьёзен.       Я ладонью накрыл гладящие меня пальцы, легонько сжал их и поднёс к губам. «Мы точно знакомы всего два дня?» — возник и тут же исчез в голове вопрос. Я не хотел сейчас ни о чём думать, просто наслаждался моментом и сердечной теплотой, разливавшейся между нами. Целовал эти пальцы, гладил тонкие запястья, искал в глазах напротив такие желанные искорки света, что стали зажигаться в них, когда Лена смотрела на меня. «Всего два дня, а она уже другая!» — я никак не мог отделаться от этой мысли. А какая она у себя дома, в той далёкой стране? Чем она живёт, чем занимается? По сути я ничего о ней не знаю: что она любит, а что ненавидит, кто идёт с ней рядом по жизни, чем увлекается, какую музыку слушает, какие книги читает, о чём мечтает. Ну и главный на сегодня вопрос: а зачем всё это мне? Почему я веду себя так, словно она будет со мной всегда?       Я задавал себе этот вопрос и не находил ответа. Просто мне это нужно, и ей тоже, я это чувствую. Сейчас мы дарили друг другу душевное тепло, пусть даже основанное на банальном влечении.       — Лена, а ты умеешь танцевать? — мой внезапный вопрос смутил женщину.       — Нет, я всю жизнь была жутко неуклюжей, — Елена отняла у меня руку и стала быстро кидать вещи в свой рюкзачок. — Я даже не пыталась. Нет чувства ритма, да и с музыкальным слухом не фонтан. Какие уж танцы… Не смущай меня, Чимин.       — А что ты обычно слушаешь?       Елена остановилась и в который уже раз внимательно на меня посмотрела. Потом взяла с комода свой телефон, на несколько секунд погрузилась в поиски и протянула его мне:       — Вот мой плей-лист. Только не смейся.       ABBA, Nirvana, Rain, Бах, Чайковский, BTS, Pink Floyd, Моцарт, Селена Гомес, Мадонна, Шер, Вивальди, Шуберт, Верди… И это неполный список. Вот это разброс. Я ткнул на первый попавшийся трек и мурашки пробежали вдоль позвоночника — из динамика зазвучал, полный торжественной печали «Lacrimosa» Моцарта. Потом полилась страстная скрипка Дэвида Гарретта, Happy New Year, Кумпарсита, Frozen… Я потерялся в музыке, что открывала мне путь к пониманию той, что стояла сейчас рядом. Сколько же в ней кроется страсти и боли, мечтательница, как Алиса из Зазеркалья, бунтарка, как Скарлетт О’Хара. Быть рядом с такой женщиной одновременно великое счастье и безмерный труд. А между нами и вовсе целая жизнь.       — Откуда ты взялась такая? — сейчас я испытывал к Елене почти ненависть. — Где, такие как ты, рождаются, живут?       Я не мог выразить словами всю степень моего разочарования от осознания той пропасти, что нас разделяла. Эта женщина ворвалась в мою такую насыщенную, но размеренную жизнь, где всё было расписано по часам, подчинялось контрактам, где выгода всегда была превыше всего, а жизнь выставлялась напоказ и всё личное было под запретом. Я не был свободным.       Елена, уже полностью одетая, подошла ко мне, отняла телефон, в который я вцепился мёртвой хваткой. Потом своим смешным вздёрнутым носиком уткнулась мне в грудь, посопела, сплела свои пальцы на моей пояснице и приложилась ушком где-то в районе сердца.       — Тук, тук-тук, тук-тук, тук, — она вторила ударам, а её лёгкое дыхание щекотало мне кожу. — Не думай ни о чём, родной, пусть всё идёт так, как предписано судьбой. Только не влюбляйся, останься свободным от меня.