Судьба — та еще стерва

Скарлетт кивает. Ей самой хочется рассказать все.       — Для начала…какого черта? Скарлетт не важно кто задал этот вопрос. Ей важно слышать это. Она отвечает.       — Для начала расскажу вам то, что я пережила. Я узнала кто Хайд. Пошла у нему договорится, решить все мирно, а потом пришлось убегать от него в лесу. Я очнулась на старом складе Йолланда, это небольшой город в тридцати километров от сюда. Там была Мэрелин и Хайд в человеческом обличии.       — Кто он? — спросила Уэнсдей. Много времени она была одержима его поисками и поимкой, но так и не смогла найти монстра. Он хорошо прятался. Скарлетт знала что Уэнсдей с ним общалась, может и не ради выгоды. Дружила. И как ей об этом сказать? Девушка вздохнула. Спина покрылась тонким слоем дрожи. Соберись. Соберись!       — Тайлер Галпин. — выдала Этингер под пристальным взглядом друзей. Лицо Уэнсдей, казалось, не выражало особых эмоций. Но её взгляд в эту секунду стал другим. Она смотрела на Скарлетт словно маленькая девочка, та семилетняя растерянная Уэнсдей, которая впервые увидела Скай — появилась на миг прямо здесь.       — Продолжай, — выдохнула она, — нам всем нужно это знать. И Скарлетт продолжила.       — Она рассказала мне…не особо важные вещи. Только то как нашла меня, и все. Потом она убила меня, но я успела произнести заклинание.       — Теперь ясно почему твои пальцы такие черные, — ответила Уэнсдей, указывая светом от своего фонарика на руки подруги, что бы друзья тоже это увидели, — От сильной магии.       — Ага, — кивнула Скарлетт, и продолжила, — Я провела несколько часов на другом складе, поближе к академии, но все равно не рядом. Потом телепортировалась с помощью двух румынских заклинаний и…ух, лучше так мне не делать. Меня словно на атомы расщепило, а потом снова слепило. Так себе.       — Что мы имеем? — спросил Аякс. Его вопрос звучал словно риторический, хотя так скорее всего и было, — Восставшую из мертвых подругу и учителя предателя, с монстром на поводке. Супер!       — Это не самое плохое что нам предстоит, — тихо произнесла Энид, — у меня плохое предчувствие.       — Оно плохое у всех, солнышко, — со вздохом ответила Скарлетт. Она даже не обратила внимание на то, как назвала Энид, но на этом не стоило заострять внимание. Энид и правда была ходящим солнцем.       — Ну, что нам делать? — спросил Ксавьер. В его голосе была неуверенность, но Скарлетт знала что если опасность проявит себя хоть в этот миг — он не сбежит, а наоборот, защитит всех тех кто здесь собрался.       — Ждать скорее всего, — Скарлетт пожала плечами, поджав губы. Головная боль пронзила один из её барьеров к голове, и стала более ощутимой. Скарлетт нужно меньше использовать сильные заклинания, ведь это вредит ей, но что еще делать когда опасность совсем близко?       — Ожидание может сделать только хуже, — произнесла Уэнсдей, задумчиво отводя взгляд. Она зациклила взгляд на камне, что был у её ног, хотя всерьез на него не смотрела, погружаясь в свои мысли.       — Тогда что нам делать? — спросила Скарлетт слегка растерянно. Они точно не могли стоять в стороне, ведь уже по уши в этом.       — Наверное стоит рассказать об этом директрисе, — сказала Энид, — нам не помешает её помощь.       — А что если она тоже с ними? — произнес Ксавьер и тут же пояснил: — Скомпрометирована.       — Прости? — спросила Скарлетт так, будто бы он произнес глупость, и тем самым привлекла к себе внимание, — Уимс бы не сделала этого. Я думаю она не предатель, но и не знает о том что происходит.       — А как же тот день после бала? Ты говорила что она хочет тебя использовать, — произнес Ксавьер. Теперь все смотрели на них двоих.       — Может и хотела, — равнодушно произнесла девушка. Скарлетт уверенна в том что Уимс не сделала бы ничего плохого в ее сторону, ведь Уимс хорошо общается с семьей Этингер, — Но не использовала же!       — Про что вы говорите? — спросили Аякс и Энид одновременно. Уэнсдей тоже хотела задать подобный вопрос, но промолчала. Они слышали подобное впервые, и были удивлены тем что Уимс могла иметь планы на Скарлетт.       — У меня суперслух, и я случайно услышала как Уимс и Торнхилл говорили про монстра.       — Значит Уимс причастна к этому, — ответила Уэнсдей, — Если нет, то хорошо. Это нужно проверить.       — Как? — спросила Энид. Скарлетт точно нельзя появляться в академии, ведь там до сих пор есть Торнхилл, и та может заподозрить неладное и снова напасть на Скарлетт. В то же время, если она не появится, её пропажу заметят. Безвыходная ситуация.       — Думаю нам нужно пойти к Уимс и все рассказать, — Уэнсдей посмотрела на Скарлетт одним из своих непроницаемых взглядов, — Опуская некоторые детали. Детали воскрешения, видимо. С хорошей точки зрения это правильно, ведь у Уимс появятся вопросы. Она захочет знать заклинание которое воскресило ученицу, а его так то не существует. С плохой стороны — опять вопросы. Только их будет еще больше, если Уимс услышит неполную историю полную лжи. Без упоминания Скарлетт вся та информация которая у них сейчас есть — выглядит как черновик какого то сценария, не больше.       — Когда и как? — спросила Скарлетт. Её язык почти не поддавался и было трудно говорить, пусть и друзья пока что это не заметили. Головная боль проломала очередной барьер, и теперь резкие импульсы все чаще бьют по голове.       — Я думаю… Мы пойдем в ближайшие дни. Если завтра ничего не произойдет, то послезавтра. После уроков. С помощью левого коридора, где почти нет людей, — произнесла Уэнсдей, — А Скарлетт нужно где-то спрятать.       — Можно у меня, — предложил Ксавьер, — Её комнату проверят первой, я уверен. В комнаты учеников учителя решили не заходить еще давно, ведь они ценят личное пространство подростков. Но что-то Скарлетт подсказывает, что в её комнату Торнхилл или Уимс зашли, или зайдут без спроса. Комната Ксавьера была бы для неё убежищем. Никто не возражал. Скарлетт почувствовала как кроме головной боли она ощущает что-то похожее на смущение. Девушка отвела взгляд от Ксавьера и принялась рассматривать комнату, насколько это позволяла глубокая темнота вокруг. И с каких пор ей неловко от одной мысли что она будет находится в его комнате? Может все дело в друзьях, которые могут только догадывается о их отношениях?

***

Скарлетт провели по небольшому коридору Аякс и Ксавьер, потому что если бы с ними пошли остальные девушки, то они бы наделали шума. Аякс тихо поинтересовался, не нужна ли ей медицинская помощь, на что Скарлетт лишь отмахнулась и ловко проникнула в свою комнату за одеждой, книгами и салфетками, стараясь оставлять все как было, будто бы она не приходила в свою скромную небольшую обитель. Уже через десять минут она сидела на кровати Ксавьера в своей черной пижаме и с чистым лицом. Салфетки убрали почти все последствия от драк, перемещений, бега по лесу и пыток. Кроме воспоминаний, конечно же. Книги с рунами и всем тем прочим, чему не стоит попадать в чужие руки, а особенно Торнхилл, Скарлетт спрятала у Ксавьера в шкафу, спрятав под одеждой. Было три часа ночи, когда Ксавьер наконец лег на кровать после своих ночных приключений, и Скарлетт села рядом. Её головная боль прошла и она тихо лежала на кровати прижавшись к своему парню, едва чувствуя усталость.       — Фух, — расслаблено выдохнул Ксавьер, — Я так устал за этот день, наконец-то напряжение уйдет… Скарлетт озорно улыбнулась и убрала свою голову с его торса.       — Помочь расслабиться? Ксавьер не ответил, из-за чего тишина стала неловкой и Скарлетт поняла в каком контексте её слова сказаны. Девушка смутилась. Румянец охватил ее щеки.       — Боже… — смущенно выдохнула она и поспешила оправдаться, — Я не это имела ввиду. Обычный массаж. Я не предлагаю заниматься…этим. Скарлетт вздрогнула когда Ксавьер резко повернул её голову к себе и прижался ближе.       — Чем «этим»?       — Тем о чем ты подумал, — спокойно ответила Скарлетт, не смотря на бурю удовольствия и внезапного возбуждения внутри себя. Ей было интересно что будет дальше, словно все это — хитрая игра Ксавьера. Парень же неслышно хмыкнул, а потом озорные огоньки заплясали у него в взгляде, и хитрая ухмылка расцвела на губах.       — А я думал о тебе, неужели тебе неловко произнести одно слово? — спросил он, явно наслаждаясь этой ситуацией. То что Скарлетт не могла сказать слово, которое возможно уберет все барьеры и рамки между ними, его одновременно удивляло и запаляло.       — Смотря что ты хочешь от меня услышать, — прошептала Скарлетт, опуская ресницы, позволяя взгляду задержатся на его шее и ключицах. Она касается кончиком языка своих потрескавшихся губ, и сглатывает в ожидании. Это словно кошки-мышки. Они знакомы не так давно, несколько месяцев, но они оба те еще хитрецы. То, как Скарлетт смущалась при нем, чаще всего из-за него, Ксавьер замечал. И ему это даже нравилось. Пусть, но недавних пор он этого не признавал, но смущать Скарлетт было даже интересно, может немного приятно. Это запалило азарт, жажду продолжения разговора, частая потребность общения и поиск возможных мест для встречи. Словно Том и Джерри. И вдруг Джерри позволяет Тому поймать себя в свои сети. Это становится настоящим безумием между ними. Скарлетт приблизилась к нему первой, нарушая раскаленное до предела расстояние между ними. Поцелуй был смазанным и быстрым, но в нем были их чувства — Скарлетт целовала аккуратно, стараясь не касаться лишний раз определенной части губ, что бы не задеть ту часть где у него была небольшая царапинка. Она относилась к нему с максимальным теплом, в то же время страсть в её поцелуе не угасала, а усиливалась, но показывала себя более аккуратно, чем могла бы. Ксавьер же не обращал внимания на то, как губы Скарлетт проходят по его, иногда касаясь царапины. Волна боли прошлась по нему, когда её губы очередной раз коснулись царапинки, но он едва её ощутил, из-за прилива адреналина и возбуждения. Ладони Скарлетт нырнули под тонкую хлопковую ткань его футболки и заскользили вверх. Короткие ноготки царапнули спину парня, когда он углубил поцелуй, и он замычал, когда эти же ногти оставили еще несколько царапин на его коже. Оставляя легкие, почти невесомые следы от скулы до ключицы Скарлетт, парень оказался у шеи, прямо у лямок укороченного топа, который сейчас только мешал. Ксавьер прикоснулся носом к коже и вдохнул. Господи, как же хорошо она пахла… Сейчас, после обнимашек и касаний, она стала пахнуть не только привычными мятными духами с шлейфом аромата граната в волосах, а еще и им. Его духи были яблоком и пахли хвоей, и чувствовать этот запах на Скарлетт было сумасшествием. Скарлетт перестала царапать его спину, выгибая свою от головокружающих поцелуев на шее, переставая поддаваться на ласки и томно вздыхать. Она слегка отстранилась и со всей серьезностью проговорила:       — Ты точно не хочешь спать? Она…заботилась. Да, прервала очень важный момент, но она хотела что бы он не клевал носом на учебе, и не свалился в обморок от усталости. Она хотела что бы он поспал. И это было важно.       — Умеешь же испортить момент, — фыркнул он, — Спать хочу, но не сильно, понятно? Скарлетт нахмурилась.       — Спи и не переживай. Подобного в наших отношениях будет еще много, я уверенна. И все-таки он заснул. Через минуту, как только он коснулся подушки, в свои сети его затягивали приятные сновидения, пока Скарлетт смотрела в одну точку, в темноту, пытаясь разглядеть там то, чего там нет. Сон не шел, и не только из-за того что произошло между ними сейчас, а еще из-за того, что произошло за день. Скарлетт не хотела закрывать глаза и спать, потому что во снах её ждет Торнхилл.

***

      — Я всегда буду рядом, nepoată. Не давай ложных надежд, тетя Лия. Скарлетт разлепляет глаза и щурится от солнца за окном. Одинокая слезинка скатилась на её щеку и сонная девушка поспешила её вытереть. В тот день, когда они виделись последний раз, Лия произнесла эти пять слов и уехала. Скарлетт осталась абсолютно одна в тот момент и до сих пор это чувство её не покидает.       — Я вернусь, очень скоро, — та Лия из воспоминаний, была такой реальной, доброй и понимающей, что хотелось оставаться в этом воспоминании максимальное количество времени.       — Но ты же не задержишься? — проговорила Скарлетт, обнимая тетю, прижимая её к себе крепко-крепко, и не желая отпускать. Наивная. Лия не вернется больше никогда.       — Нет, — прошептала она в макушку девочки, — Будь собой, stea, я очень тебя люблю. Скарлетт осталась стоять на крыльце поместья. Она наблюдает как единственный человек который её понимает, уходит, и оставляет её одну. Никто никогда не заменит ей Лию. Она стала ей словно мамой, не Эллен которая сравнивает её с младшей сестрой, а настоящей мамой, которая поддержит и сделает все, что бы Скарлетт чувствовала себя хорошо. Теперь у нее сломан телефон, и она даже не может написать ей. Это делает ей еще больнее. Она так и не смогла заснуть, но пыталась, ведь не выспалась. Когда Скарлетт закрывала глаза, её сознание возвращало её на склад в соседнем городе, на стул, к Торнхилл которая издевалась над ней с каждым вздохом все сильнее и сильнее.

***

Скарлетт идет по коридору академии вместе с Ксавьером и Аяксом. Уже был поздний вечер, все ученики должны быть в своих комнатах, но учителя еще не закончили свою работу. В академии было шумно последний час, но именно в их корпусе было тихо, словно в морге. Это напрягало, но найти причину тишины не было времени, ведь это не было главной проблемой подростков. Девушка проходит в приоткрытую дверь кабинета и замечает бездыханное тело Уимс первая. Она издает приглушенный вскрик, быстро закрывая рот рукой и отшатываясь.       — Господи… — вздохнул Аякс, растерянно смотря на безжизненную директрису.       — И Уэнсдей пропала вместе с Энид… — прошептал Ксавьер.       — Это, — Скарлетт сглотнула, не веря в его слова, — не могла сделать Уэнсдей. Не нужно так говорить. Аддамс не нужно было это делать. Это точно была не она, Скарлетт могла в этом поклясться. Торнхилл это сделала, Скарлетт была в этом уверенна. Та что могла что-то исправить — мертва. А это означает что конец близок.       — Нам нужно найти девочек, — сказал Аякс, — они нам помогут.       — Да, — согласилась Этингер, — Идите в левое крыло, я пойду в правое. Встретимся в центре академии. Ксавьер подошел к Скарлетт и обеспокоенно посмотрел на неё.       — Ты не должна идти сама, — проговорил он, — это опасно.       — Знаю, — выдохнула Скарлетт, понимая что её затея глупа, но без этого никак, — все будет хорошо. Я вернусь и не задержусь, — девушка слабо улыбнулась и сдержала порыв отвести глаза от отвращения к самой себе. Лия сказала так же в последний день их встречи. Аякс и Ксавьер покинули комнату, а Скарлетт вышла через окно на черепицу, и оказалась в конце внутреннего дворика. Ей было жаль Уимс, ведь та была знакома с её семьей, но директриса уже мертва, ничего не исправить. Скарлетт не заметила как добралась до пятиугольного внутреннего двора, но она не смогла зайти туда, а лишь спряталась за колонной. Мэрелин-чертова-Торнхилл стояла возле раненной Уэнсдей и пищала возле какого-то мужчины с копьем. Скарлетт поняла кое-что слишком поздно. Все-таки стоило послушать Ксавьера.