Каток

На фоне жёлтого света фонарей изредка проскальзывают белые крупицы снега Снегопад отнюдь не ненавязчивый, а скорее приятный. Белоснежные звёздочки медленно спускаются с неба, пополняя высокие и такие мягкие сугробы. Снег мелодично "хрустит" под ногами. Такая своеобразная, но до невозможности приятная, музыка зимы. Где-то издалека слышится детский смех ребят, играющих в снежки, делающих снежных ангелов на некогда ровной поверхности снега, съезжающих с горок на санках и ледянках. Из-за закрытых окон доносятся новогодние и рождественские мотивы. Город принимает праздничное обличие. На вывесках магазинов появляются сверкающие огоньки-гирлянды, внутри висит мишура. На главной площади красуется ёлка, увешанная шариками и ангелочками, а на верхушке стоит сияющая звезда. В центре покрывают льдом специально отведённую площадку, огороженную яркими бортиками, и открывают городской каток, где зимой собирается куча народа от мала до велика. Малыши, впервые становящиеся на лёд, и опытные фигуристы, которые делают разнообразные акселя и тулупы, удивляя народ. И всё это вместе создаёт до одури родную атмосферу, отсылая к беззаботному детству, где ты с мамой печёшь печенье, украшая его разнообразными посыпками, или после приготовления вырисовываешь причудливые, не всегда ровные, узоры глазурью. Где вы всей семьёй наряжаете ёлку, постоянно споря, какую игрушку, куда повесть. Но никто всерьёз не обижается, а все попытки сделать надутый вид сводятся к звонкому смеху. А потом про ту игрушку и вовсе все забывают, вешая в любое место. Маленький ты с нетерпением ждёшь курантов, чтобы скорее получить долгожданный подарок, а твои родители гадают, как уложить его под ёлку сюрпризом, потому что ты не отходишь от неё ни на шаг, ожидая, когда красивая коробочка чудом появится под колючими ветками. Но вот им наконец-то удаётся отвлечь тебя, отправляя рассмотреть необычайно красивые узоры, так искуснно нарисованные морозом на стёклах окон. И пока ты с головой погружён в их изучение, они быстро ставят подарок под ёлку, тепло улыбаясь. Невероятно родные моменты, такие волшебные и уже, кажется, совсем неомязаемые. Для Себастьяна всё это было действительно неосязаемые. Он никогда не ощущал, не заставал такого. Его ни разу в жизни не водили кататься на санках и коньках. Ему не позволяли плюхнуться в пушистый сугроб с разбега. С ним никто никогда не готовил сладости. В его доме не было ни единой ёлочной игрушки, что уж там говорить про ёлку. Его отец всегда считал этот праздник пустой тратой времени и денег, и единственным подарком, который юный скрипач мог получить в новогоднюю ночь это отсутствие новых ран на своём запястье. Но сейчас для Глэма всё было совершенно по-другому. В данный момент он нагонял все упущенные в детстве ощущения. Сколько удивления и радости оказалось в этих голубых глазах, когда они в одно декабрьское утром увидели перед собой целую коробку, до верху наполненную ёлочными игрушками и новогодними уклашениями так, что крышкой это закрыть было невозможно, и стоящие на прикроватной тумбочке еловые веточки, выступающие вместо полноценной ёлки, но которые были отнюдь не хуже. Глэм тут же накинулся на только пришедшего с мороза шатена, и чуть не расплакался от счастья на его плече. -Ты что-ли никогда ёлочных игрушек не видел? - произнёс тогда Чес, обнимая голубоглазого паренька в ответ. -Нет, - ответил блондин, смотря на друга глазами размерами с блюдце, полными искренности и какой-то десткой невинности. -Тогда вываливай это всё, буду тебе экскурсию проводить, - усмехнувшись, отвечает Чес, скидывая с себя любимую зелёную косуху, которая не менялась даже на зиму, и усаживаясь рядом на кровать. Глэм с неподдельными интересом и восторгом принялся изучать содержимое коробки, как будто это было что-то инопланетное. Все эти игрушки были далеко не новые, явно пережившие не один праздник. Как выразился тогда Чес "винтажные". Но блондина это совершенно не волновало. Тот день они потратили на украшение комнаты в трейлере, после чего Глэм ещё долго разглядывал их работу, как картину в галерее, и всё не мог нарадоваться. А Чес разглядывал Глэма. Такого искреннего и родного, буквально светящегося от счастья. Ради этой улыбки Чес готов был не то, что скупить и принести в трейлер все праздничные игрушки мира, а горы свернуть. Представьте какого было удивление Глэма, когда шатен совсем на кануне нового года объявил, что сегоднях ночью они идут кататься на коньках. Блондину всегда казалось это весьма сложным, но он безумно хотел, хотя скорее даже мечтал, когда-нибудь в жизни покататься на них. И после такого заявления от Чеса он около 10 минут не мог поверить в своё счастье. Но как только Глэм окончательно понял и осознал сказанное, он вновь кинулся с объятьями на шатена. И вот на этот раз с глаз ручьём потекли слёзы, падая на зелёную косуху. Сейчас же блондин, уже успокоившись и сияя от радости, почти бежит по направлению к катку, держа Чеса за руку и таща за собой. Это сияние заражало. Оно было как электрический ток, переходящий через их руки к Чесу, заставляя его самого светиться, подобно уличному фонарю. И вот они уже на месте назначения. Глэм застыл, завороженно разглядывая каток. Поток восхищения прервал возникший вопрос. -Чес, но у меня же нет коньков... - взгляд парня посмотрел на друга с испугом и разочарованием. -Отставить волнения, всё схвачено - ободряюще произнёс шатен, указывая рукой на "домик", где люди брали коньки на прокат, стоявший неподалёку от самой арены со льдом. -А они разве не платные? -Мы их одолжим совсем ненадолго, - улыбнувшись во все 31, произнёс шатен, который уже ловко пробрался за коньками. Глэм по обычаю закатил глаза, но сейчас обижаться на Чеса просто не мог. Взяв две самые симпатичные пары коньков необходимого размера, Чес вылез обратно. Надев коньки, Глэм, не без помощи Чеса, перебрался через невысокие бортики и стал на лёд. Долго это не продлилось, потому что, не удержав равновесие, блондин в ту же секунду плюхнулся на лёд. -А вот и первое падение, - произнёс шатен уже перелезший ограду, подавая другу руку, чтобы поднять того со льда. -Ничего, все так начинают. Глэм встал и свободной рукой сразу же схватился за бортики, второй крепко держась за Чеса. -Тут абсолютно ничего сложного. Ты поочерёдно отталкиваешься ногами и едешь, - по привычке расстягивая слова, добавляя какую-то магическую подоплёку фразе, проговорил Чес, сразу же демонстрируя сказанное. -Сказать оно всегда легко, а вот на практике, - озадаченно, но всё ещё воодушевлённо, произнёс блондин. Вместо ответа шатен, подъехав обратно к Глэму, взял его за обе руки и повёл за собой, будто ведущий партнёр в вальсе. Неуверенно Глэм последовал за шатеном, держась за его руки, как за спасательный круг в открытом море. Они ехали на центр совершенно пустого в это время катка. С каждым толчком ногой движения блондина становились твёрже и увереннее, но тот всё ещё не отпускал руки друга. Не только из-за страха вновь упасть, было в этих грубых, пахнухщих дымои дешёвых сигарет руках что-то нежное и родное. Огрубевшие от постоянной игры на гитаре подушечки пальцев с такой теплотой косались изящных, аристократичных рук. Уже совсем уверенно Глэм скользит по льду. В глазах горит огонёк, по телу разливается счастье. По коже бегают мурашки. Нет, совсем не от мороза. Сердце начинает стучать быстрее. Вот они оба уже в причудливом танце, который со стороны может показаться странным, но им плевать. Сейчас они рядом, они вместе, а значит весь мир подождёт. Этот момент будто за пределами реальности, он особенный. Волшебный. -Ого, а ты быстро учишься. -Ещё бы, ведь у меня такой учитель, - улыбаясь отвечает Глэм. Парни набирают скорость, держась за руки, по очереди ведя друг друга. Глэм ощущает себя так, будто бы с младенчества стоял на коньках. -Спасибо тебе, Чес. Взор голубых глаз обращён прямиком в карие. -Для тебя всё - что угодно. Чес улыбается, эта улыбка говорит ещё больше, чем слова. Сейчас они сосредоточены друг на друге. Лезвия коньков проходятся по гладкой поверхности льда. Но тут всю сказку момента рушит камушек, внезапно оказавшийся под лезвием коньков Глэма. Спотыкаясь об него парень падает, утаскивая за собой шатена. Оба оказались на льду, но оба всё ещё улыбаются и смотрят друг на друга, держась за руки, крепко переплетя пальцы между собой. -Мастера тоже ошибаю... Чес не успевает договорить, его губы накрывают, чужие, которые так неумело, но так нежно и старательно целуют его. Немного опешив от неожиданности, Чес быстро соображает и охотно отвечает, перехватывая инициативу. Одна из рук ложится на щёку блондина, вторая обхватывает его за талию, притягивая ближе к себе. Язык ловко проникает за ряд зубов, игриво проводя по ним. Затем изучает. Кислород в лёгких заканчивается, парни отстраняются друг от друга. На щеках Глэма поступает румянец, вызванный отнюдь не морозом. Губы расплываются в глуплватой улыбке. -Кажется, сегодня сбылись две мои мечты, - всё ещё немного шокированное, но несомненной довольно, произносит блондин. -И это не последние сбывшиеся мечты, - улыбаясь, отвечает Чес. Он знает, что сделает для Глэма всё, поможет сбыться всем его мечтам. Спустя пару часов они вернуться домой, заваляться на кровать и уснут в обнимку, но сейчас они ещё на льду, и сейчас им больше ничего и никто не нужен.