Оправа сломанных очков

-Отрадный Владимир Григорьевич? -Нет. -Чё нет, фраерюга? Ты перед участковым хоть не выделывайся! Отрадный Владимир Григорьевич? -Да нет я говорю! -Ты… А, правда нет, тогда извини. Муслим Ахметович Рашидов? -Нет. -Ты чё меня, добить хочешь? -Ахмедович. -А? -Гаджимагомедович! -Владимир Мономах короче. Так… Товарищ князь вся Руси, хотя не Руси наверное, Вы состоите в Чёрной Бригаде? -Упаси Боже мне там гнить, ты чего. -Ты мне не тыкай, слышишь, знаешь, чей я сын? -Чей? -Божий. Приходите к нам на службу в воскресенье в 12:00. А, опять перепутал. -Почему если чурка, то сразу мусульманин? -Хочешь сказать, в Христа веришь? -Нет конечно. -Так сиди и молчи. Нет, не молчи, а скажи лучше, вот вам, бандитам, мирно не живётся? Вы чего разборки на улицах устраиваете? -Ты у меня спрашиваешь? -У атамана спрашивать надо? -Смешно. -Нет, ну правда, вас в ауле не учили, как надо себя в гостях вести? -Я всю жизнь в Москве живу. -Ну, по тебе не скажешь. Давай иди отсюда, пока я добрый, делать мне нечего с такими как ты разговаривать. Участковый отпустил допрашиваемого, ведь не особо интересовался бандитами. Ведь не один он считал, что две воюющие банды, Чёрная Бригада и Третья Июльская, обычные клоуны. Тем временем Рашидов мигом помчался в логово, где его ждал главарь банды. -Ты чего, чучело, опять к мусорам угодил? -Гадир Магометович, меня отпустили пораньше и шоколадку дали. -Ты неправильное место для шуток выбрал. Ты чё, с Уфинским переобщался? -Юрий Валерьевич хороший, он мне даже не сказал ничего плохого. -Мм… Повезло тебе значит. Иди отсюда, но сначала виски мне оформи. Гадир Белозёров-лидер и основатель Образования Третьей Июльской Улицы. На первый взгляд он может показаться спокойным и тихим, однако это лишь маска. Во время афганской войны Гадир обрёл кровожадность и хладнокровие. Банда Белозёрова враждует с Чёрной Бригадой из-за давнего конфликта Гадира и Каспарова. Каспаров был пленником у афганцев, за него отвечал Белозёров. Он с маниакальным взглядом водил ножом около шеи Андрея, ломал ему пальцы, стрелял в ногу, словно пленный-кукла, с которой можно делать всё, что угодно. Затем Каспаров откопал какую-то старую рацию и вызвал подмогу, Белозёрова быстро нашли и делали то же самое, что он делал с Каспаровым. А затем сам Каспаров заставил Гадира плюнуть на Коран, после чего афганца отпустили. -Макс, как там дела с радиопередатчиком? -Господи… Магометович опять про этот передатчик засуетился? Он думает, что чёрные настолько умные, чтобы общаться по рации? -Ну, он сказал делать, значит надо делать. Ой, это… Я на выпускном недавно был… -Да, ты говорил. Как прошло? -Отлично. Средь церемонии на машине ворвался какой-то тёмненький из чёрных, меня искал. И Каспаров пьянющий за рулём. -У него ещё куча шрамов и золотая цепь? -Ага. -Ох… Это Евгений… Как его… Протокол. -Евгений Протокол? -Ну, фамилия такая. И чего хотел? -Найти и убить, наверное. Меня другой дурак из бригады спас, Комиссар. -Как спас? -А прогнал этого буйного. Подошёл, шепнул чего-то, и тот ушёл.