The Creator

я вышел.

      Девушка, не спеша, спускалась по лестнице, ведущей в библиотеку.       Гермиона шла, тихонечко размахивая сумкой из стороны в сторону. Она думала о том, что наконец суета, из-за начала учебного года, поутихла, и все встало на свои привычные места. Первокурсники стали на порядок самостоятельнее и за ними больше не вешали якорь из студентов постарше. Все шло своим обычным чередом: занятия, обеды, прогулки, посиделки с друзьями. Выпускники, по определению, решили сделать последний год незабываемым. Они устраивали шумные вечеринки в конце каждой недели, строили планы, как провести год как можно интереснее и большинство из них даже не задумывались об окончании Хогвартса и сдаче ЖАБА. В отличии от них, Гермиона только об этом и думала. Вот и сейчас, она предпочла выбрать посиделки с книжками, а не друзьями.       Она не хотела отдаляться, просто сама по себе стала более незаметной, чем обычно. В компании больше молчала, редко выбиралась куда-то вместе со всеми. Ей почему-то резко разонравилось веселье, ей стало скучно рядом с близкими. Свой день рождение она тоже провела поодаль ото всех.       Сейчас уже середина октября. На выходных запланировано украсить замок к Хэллоуину. Каждый должен изготовить свою тыковку со свечой внутри и снести ее в большой зал. У нее никогда не получалось самостоятельно вырезать глаза и рот несчастному плоду, поэтому она прибегала к маленькой хитрости, применяя пару простых заклинаний. Она была уверенна, что не единственная так делала, не каждый хочет возиться с этой врединой: ложкой вытаскивать мякоть, ножом пытаться вырезать нечто похожее на глаза, так чтобы это выглядело уродливо по обыкновению, а не потому что ничего не вышло. В детстве она очень любила этот праздник, несмотря на пугающую атмосферу. Мама всегда пекла тыквенный пирог и украшала его паучками из лакрицы. Сейчас же, многое стало смазанным и не нужным.       Девушка остановилась напротив двери и прислушалась. На секунду ей показалось, что на нее кто-то смотрит. Она ощутила нечто слева. Гермиона резко метнула взгляд туда, откуда исходила, как ей казалось, причина ее тревоги, но там было пусто. Только густая тьма, так и норовящая ухватить грифиндорку своими ручищами. Страх мало помалу начал отпускать, и она зашла в библиотеку, напоследок еще раз глянув в не освещенный уголок.

***

      Спустя два часа Гермиона уже лежала в постеле. Ей нравилось быть перфектом, хотя бы по причине отдельной спальни. Уединение необходимо, ей всегда не хватало этого. В комнате девочек всегда было шумно. Все вечно суетились, смеялись и громко что-то обсуждали. Именно по этому, еще будучи маленькой девочкой, она убегала из тесной спальни и пряталась в библиотеке. Там всегда было тихо, никто не вторгался бесцеремонно в поток мыслей какими-нибудь глупыми вопросами.       Она скучно жила. Она так не считала, она – знала это. Гермиона засыпала и просыпалась с чувством неудовлетворения. Оно сопутствовало ее на протяжении дня и не давало покоя. Ей хотелось чего-то неопределенного, чего-то, что вызовет у нее восторг. Восторг в любом плане, она хотела чего-то неожиданного. Она желала испытывать какие то эмоции, ей хотелось радости, печали, гнева.       Девушка лежала, смотрела в никуда и вздыхала. Казалось, что она вот-вот взорвется, и все ее мысли повиснут в воздухе, под потолком, или разбредутся в хаотичном порядке куда-нибудь в приоткрытое окно, а потом обратно соберутся вместе и продолжат водить хороводы в ее сознании.       Ее, буквально, вытолкнул из размышлений беспокойный стук в окно. Девушка зажмурилась от резкого звука, осторожно привстала с кровати и глянула в окно. В окошке парил бурый филин, шустро махая крыльями. Гермиона подбежала и отворила птице дверцу. Она с жиреющим интересов взяла в руки, аккуратно свернутый черный, конверт. Матовая бумага была не подписана, девушка нахмурила брови, однако все равно продолжила вскрывать конверт. Она прощупала его и аккуратно разорвала бумагу, не повредив письма. Гермиона бежала по строкам из раза в раз, пытаясь понять, что этим хотел сказать отправивший. «Кто-то прячется в углу, Двое нас, будь – начеку. Темной ночью мы придем, Твой покой с собой возьмем.»       Это не было похоже на записку от тайного воздыхателя. Скорее кто-то пошутил, к тому же неуместно. Ребячество на ночь глядя.       Гермиона со свистом закрыла окно. Села за стол и думала. Долго думала и ждала, когда те двое заберут ее покой.

***

      Он сидел на подоконнике и ощущал, как стены замка питались ее тревогой. Он увидит завтра ее бегающие глаза и запишет это. Просто чтобы потом воссоздать ее образ в голове и долго улыбаться. Когда будет ломать ее, он будет улыбаться точно так же. Одержимый идеей он захлопнул бархатный черный блокнот.