Алый орден

      Утро в ордене всегда начиналось одинаково: подъём в семь, общий завтрак в столовой и распределение обязанностей активным группам.       Первыми из столовой ушли глава ордена и её заместитель, чтобы подготовить зал и необходимые документы. Минут через десять за ними ушли командиры отрядов, собираясь на ежедневную планёрку: кто-то вернулся с ночного патруля и нужно было отчитаться, другие только готовились заступить и должны были получить инструкции. В столовой оставалось всё меньше людей, поэтому уже начали прибираться.       — Лифа, если не хочешь есть, то так и скажи, — заметил темноволосый парень, уже несколько минут наблюдая, как сестра просто мешает ложкой кашу с ягодами. Девушка подняла на него взгляд, пару раз моргнув.       — Я просто не выспалась, аппетита нет вообще, — пробормотала она, снова посмотрев в тарелку. Съев пару ложек, отодвинула от себя тарелку, взяв стакан сока. Взболтала. Снова поставила на стол, подумав, что надо было взять просто воды.       — Если ты ляжешь подремать до обеда, ничего страшного не случится, — заметил парень, подперев голову рукой и переведя взгляд на опустевшие столы. — Мама просила помочь ей перенести вещи в… папин кабинет, — запнувшись, сообщил он и краем глаза наблюдая за реакцией сестры. Та сжала губы. — Я могу зайти за тобой после тренировки, вместе быстрее получится помочь.       — Да, верно, — кивнула девушка, вставая. Собрав посуду, отнесла на окно раздачи, после чего медленно вышла в коридор. Настроения совсем не было. Она не стала говорить брату, что меньше всего ей хотелось посещать папин кабинет, даже спустя четыре года.       Распустив тёмные волосы и немного растрепав их рукой, девушка поднялась на третий этаж, где находились жилые комнаты: центральный и правый коридоры были отданы для живущих тут членов ордена, а левый — только для главы и его семьи с приближёнными.       — Лифелия!       Её успели окликнуть перед тем, как она скрылась в комнате. Девушка, отвечающая за мелкие поручения в ордене, передала записку от главы, где та просила прийти перед обедом — был разговор. Поблагодарив, Лифелия вошла в свою комнату, закрывая дверь. Сейчас в ордене было довольно пусто, к чему она не смогла привыкнуть.       В комнате не было ничего лишнего: кровать, широкий шкаф, рабочий стол с разной мелочью, диван и кресло. Всё в нежно-голубых и серых тонах. Лифелия скинула кофту, упав на кровать и сразу обняла подушку. Голова немного болела от недосыпа. Девушка не помнила, что именно ей снилось, но это заставило её вскочить среди ночи и пролежать до самого утра без сна.       Достав из-под кровати ноутбук, Лифелия сначала думала включить какой-нибудь фильм, но полистав пару списков, передумала. Ничего не хотелось. Отодвинув его так, чтобы случайно не уронить, уткнулась носом в подушку, надеясь подремать.       — Лифа, проснись, — сквозь сон девушка услышала тихий голос. Кто-то гладил её по голове. Открыв глаза, девушка сонно улыбнулась брату, спрашивая, сколько времени. — Сейчас почти час. Пойдём маме помогать или ты ещё поспать хочешь? — спросил он, видя, что вставать Лифелия не хочет. Девушка потёрла глаза, зевая.       — Мирель, а ты можешь… просто посидеть со мной? — немного подумав, пробормотала Лифелия, чувствуя, как глаза закрываются. Парень улыбнулся, кивнул и снова начал гладить её по голове. Девушка зевнула, чувствуя, как погружается в сон. Стало как-то спокойнее.       Проснулась она довольно поздно, проведя рукой по лицу. Часы показывали без десяти пять, скоро начнётся ужин. В комнате никого не было. Переодевшись в лёгкий сарафан и снова накинув кофточку, Лифелия вышла. Потянувшись, решила найти хоть кого-нибудь. Спустившись на второй этаж и уточнив у ребят, где сейчас Мирель, побежала к кабинету — он находился на первом этаже в левой части дома.       Свернув в нужный коридор, Лифелия замедлила шаг. Она давно не ходила туда, не было необходимости, да и желания. Мамин кабинет до этого находился на третьем этаже, но она всё же решилась занять этот: ближе и там больше пространства. Мирель стоял у двери с большой коробкой в руках, когда заметил сестру.       — Почему не разбудил? — спросила она, наблюдая, как мама стряхивает оставшуюся пыль с книжного шкафа.       — Тебе нужно было отдохнуть, — отозвался Мирель, сразу уточнив, можно ли вносить вещи. Женщина обернулась и махнула в сторону комода. — Если хочешь, присоединяйся.       Девушка кивнула, заметив стоящий у стенки аквариум. Даже его решили забрать из старого кабинета, хотя он давно опустел. Подняв его, Лифелия перенесла его на комод. Женщина устало села за стол, положив голову на руки, и смотря на стопку отчётов и лежащие рядом объяснительные.       — Мам, всё нормально? — уточнил Мирель, поставив стопку книг у шкафа. Всё это можно рассортировать позже, сейчас хотя бы убрать из коридора.       — Всё хорошо, милый, — женщина выпрямилась, потянувшись. — Просто, сегодня день какой-то… не знаю. Муторный. Но это не важно, — она встала, убирая со стола коробку на пол. Потом разберёт. Потом. Сейчас хотелось закончить с работой и пойти отдахать, пока есть такая возможность и не случилось ничего, требующее вмешательства главы ордена.       Обсуждая возможный семейный отдых, начали разбирать вещи по полкам. Лифелия спросила про записку, на что женщина вздохнула: скоро должны будут прибыть новички, поэтому она хотела попросить Лифелию провести им инструктаж и проводить до тренера по стрельбе. Девушка кивнула, ведь никаких проблем с этим не было.       — Чтобы я без вас двоих делала с этим переездом, — устало улыбнулась глава ордена, посмотрев на сына. Он был очень похож на отца, только цвет волос достался от неё, как и Лифелии. Дети ей ничего не ответили на это, лишь уточнив, нужна ли ещё какая помощь. Женщина отмахнулась: в прошлом кабинете остались только бумаги, которые она позже заберёт по мере необходимости.       Покидать тот кабинет не хотелось, но он не подходил из-за расположения — третий этаж не место, куда стоит вести посетителей. А как глава ордена, она должна думать в первую очередь об этом, а не о старой ране. В конце концов, пора бороться с воспоминаниями.       Мирель собирался что-то сказать, как в комнату вбежала заместитель главы.       — Люсия, там это… девушка прибыла, — пытаясь отдышаться, проговорила она. Поправила причёску. Мирель пододвинул ей стул, предлагая присесть. Женщина поблагодарила, — о-она утверждает, что её фамилия… Рейвен.       Все переглянулись, не понимая, как это возможно: может это не такая уж и редкая фамилия, но не в этом месте. Мирель подошёл к сестре, обнимая ту за плечи, заметив, что её это сильно взволновало. Девушка вздрогнула, прижав руки к груди и подняла взгляд на брата. Люсия подошла к заместителю, что-то тихо уточнив. Та кивнула и, бросив взгляд на детей, так же шёпотом ответила. Глава сжала губы, сглотнув.       — Что ж, тогда я сама её встречу, — в конце концов, произнесла Люсия, проведя рукой по лицу. Ей не нравилось происходящее. Она взяла со стола золотую брошь в форме плаща перечёркнутого стрелой, прикрепив её на груди. — Мирель, Лифа, оставайтесь тут, а лучше идите на ужин. Я сама поговорю с этой гостьей.       — Мама...       — Прошу, Лифелия, — Люсия натянуто улыбнулась, подняв руку и нахмурившись. Она редко называла дочку полным именем, что подсказывало — лучше не спорить. — Гейла, если ты не против, я бы попросила тебя пойти со мной.       Заместитель кивнула, вставая. Лифелия взяла брата за руку, чувствуя, что что-то не так. Обычно мама была не против, чтобы хотя бы Мирель сопровождал её, как будущий глава. Дождавшись, пока обе женщины покинут кабинет, девушка предложила брату всё же послушать. Мирель упрекнул сестру, что это очень некрасиво и невоспитанно.       — Я знаю, но... что-то не так, понимаешь? — пробормотала девушка, приложив руку к груди. — Я знаю, что наша фамилия не редкость, но не в ордене. И ты видел реакцию тёти Гейлы. Это не простая новенькая.       Мирель промолчал, но всё же кивнул. Жестом он дал понять идти за ним тихо и осторожно.       Они вышли в коридор и свернули в центральный коридор, остановившись перед поворотом на большую лестницу. Отсюда их не будет видно, но можно будет услышать, что происходит.       Когда Люсия вышла к главному входу, то едва не потеряла самообладание, схватив Гейлу за плечо. Теперь была понятна реакция заместителя. Любой, кто сейчас увидел бы гостью, сразу бы вспомнили основательницу их ордена — Офелию Рейвен: золотистые волосы, глубокие серые глаза, нежная улыбка. От незнакомки так и веяло чем-то таинственным.       Но ещё, она напоминала Люсии её пропавшего без вести мужа.       — Добрый день, — гостья поклонилась, приложив руку к сердцу, — да укроет вас алый плащ.       Это было приветствие, которое используют лишь члены их ордена или его приближённые, кому позволено приходить напрямую в главный дом. Гостья точно была необычной. Гейла тихо шепнула, что стоило бы ответить. Люсия вздрогнула, кивнув.       — Да будет твоё оружие остро, — отозвалась она, стараясь контролировать собственный голос. — Я нынешняя глава ордена — Люсия Фиона Рейвен. А вы?       — Я Лесси Рейвен, дочь Джастина Рейвена, предыдущего главы, — представилась девушка. Люсия покачнулась, что Гейле пришлось её придержать. Обе не могли поверить услышанному. Среди стоящих на постах членов ордена тут же началось перешёптывание. — Меня воспитывал дядя, поэтому я прибыла только сейчас. Он сказал, что тут моя… семья.       — Ну, этого пока не стоит утверждать так громко, — Люсия держалась из последних сил. Она не могла отрицать это сходство. — Сколько тебе лет?       — Пятнадцать, — Лесси заметно нервничала. — Я понимаю, что для вас это шок. Дядя предупреждал меня. Простите, что…       — Нет-нет, всё нормально, — голос подводил главу. Она приложила руку к груди, чувствуя себя худо. — Давай поговорим позже, ладно? — предложила она, стараясь сохранить улыбку. Посмотрела на постовых. — Проводите юную Лесси в гостевую комнату… в левом блоке.       Двое человек подошли к ним, взяли сумки у Лесси и попросили проследовать за ними. Девушка не спорила, молча последовав за сопровождающими. Стоило им скрыться, как Люсия осела на пол, пытаясь унять дрожь.       — Люсия… — Гейла даже представить не могла, что сейчас испытывает подруга.       Если Лесси действительно пятнадцать, то она ровесница Лифелии. И сложно не думать о том, что пропавший муж Люсии изменял ей ещё до рождения дочери, хотя это никак не вписывалось в характер бывшего главы. Не зная, чем тут помочь, Гейла предложила дойти до медкабинета и выпить успокоительного. Глава кивнула, придерживаясь за подругу, едва заставляя себя идти. На душе стало невероятно тяжело.       В то же время Мирель обнимал сестру, которая закрыла уши руками и бормотала, что этого не может быть. Поскольку они сидели в нише с правой стороны, их не заметили, уйдя в левый коридор на лестницу. Парень не знал, какой бы была эта неловкая встреча с этой Лесси или мамой, учитывая, какое у неё сейчас состояние. Лифелия беззвучно плакала, её потряхивало. Мирель взял её за руку, прося сосредоточиться на дыхании, пока она не начала задыхаться. Девушка кое-как кивнула, зажмурившись и едва шевеля губами, начала считать — это всегда помогало немного отвлечься. Она даже не заметила, как вонзилась ногтями в руку брата. Мирель продолжал молчать, немного покачиваясь из стороны в сторону, словно убаюкивая её.       Они были бы не так шокированы, если бы появилась младшая сестра, будь та младше и приехав не так внезапно. Никто до сих пор не знает, что случилось с их отцом: вдруг он потерял память, встретил другую… это было бы не так обидно. Но Лесси её ровесница! Лифелия не хотела в это верить.       — Давай я отнесу тебя в комнату, — предложил Мирель, подхватывая сестру на руки. Та лишь всхлипнула, — и давай не будем говорить маме, что всё слышали, — предложил парень, выглянув из-за угла и убедившись, что их никто не видел, — пусть она сама скажет.       Девушка не ответила. Она могла лишь прижиматься к брату, который всегда был её поддержкой. Даже сейчас, вместо того, чтобы как-то высказаться или отреагировать на подобную новость, заботится о ней. Уже в комнате она попросила Миреля посидеть с ней.       В голове была каша из несвязных мыслей, обдумать услышанное не получалось.       На ужин Лифелия идти не хотела, боясь, что там появится эта новенькая. Называть её сестрой она точно не станет, даже если это подтвердится. Мирель сидел рядом с Лифелией, поглаживая её по спине и пытаясь хоть как-то поддержать. Последний раз он видел её в таком состоянии только после пропажи отца четыре года назад.        В конце концов, Лифелия просто уснула, обнимая брата за руку. Мирель вздохнул, смотря в потолок и думая: по хорошему, надо поговорить с мамой, что они всё слышали. В каком она сейчас состоянии? Убедившись, что сестра спит, парень встал, укрывая её пледом. Осторожно открыв дверь, Мирель вышел, столкнувшись в коридоре с заместителем.       — Вы не пошли на ужин? — спросила Гейла, выходя из комнаты главы. Мирель покачал головой. Повисло неловкое молчание. — Вы же слышали, да? — уточнила она, посмотрев Мирелю в глаза. Парень кивнул. — Я заметила вас, когда уводила, но надеялась…       — Не надо сейчас об этом, мама сама скажет, — перебил её парень, понимая, что сейчас лучше не устраивать слухов. Конечно, Гейла была не из тех, кто что-то расскажет, но мало ли кто и что услышит: стоящие на постах явно поделятся произошедшим с другими, не стоит давать повода наговорить лишнего. Заместитель лишь печально улыбнулась, предупредив, что пока она возьмёт на себя отчёты и прочую работу, пока Люсия не возьмёт себя в руки. Мирель кивнул, лишь уточнив, как мама.       — Люсия… я не видела её такой разбитой с того дня, — пробормотала Гейла, нервно выдохнув. Она сама не знала, как относится к этой ситуации. Она мало общалась с Джастином, когда он был главой ордена, поэтому не могла сказать чего-то конкретного, но... вернее человека в их ордене не было. Семья, орден или друзья — он говорил прямо, никогда не лгал им и появление второй дочери того же возраста просто не укладывалось в голове. Да, кто-то мог обдурить и их, и Лесси, наговорив ей подобного, но... она была слишком похожа на основательницу ордена, потомком которой и был Джастин.       — Присмотрите за ней? — попросил Мирель. Гейла вздрогнула, почти забыв, зачем вышла в коридор. — Думаю, ей надо отдохнуть, прежде, чем говорить с нами, сейчас я не стану к ней заходить.       — Мне жаль, что ты вырос так быстро и думаешь не о себе, а только о других, — покачала головой Гейла, но на просьбу согласилась. Напомнив, что Лифелии не было и на обеде, предложила сходить на кухню и взять ей что-нибудь лёгкое. Подумав, Мирель решил так и сделать. Гейла направилась на вечерний обход, бормоча что-то под нос.       Когда Мирель вернулся в комнату сестры, та сидела на подоконнике, обнимая колени. Лифелия обернулась на шум, слабо улыбнувшись. Под присмотром брата она всё же поужинала, только спросив, как мама. Больше они эту тему не обсуждали. Мирель долго сидел с сестрой, успокаивая её и гладя по голове, пока она не уснула. Зная, что она может проснуться среди ночи, сходил в свою комнату, переоделся и принёс подушку с одеялом, устроившись на диване.       Лифелия пару раз вскакивала, но Мирель довольно быстро её успокаивал. Пару раз он выходил в коридор, слыша, что маме тоже не спится. Судя по голосам, Гейла сидела с ней всё это время.       Ночь была трудной для всех.