Кавински, ты нянька или Наблюдатель?

Войд, разогрев еду, приготовленную подростком, все же попробовал ее, и чуть не поперхнулся от неожиданно острого привкуса в этом блюде. Хоть это и нельзя было назвать слишком острым, но от неожиданности, Войд все же был ошеломлен вкусом. В Альт-Сити не была слишком популярна пряная пища. Брюнет признал, что Кавински готовил очень даже хорошо, особенно если учитывать тот факт, что он был всего лишь подростком, который работал, чуть ли не двадцать четыре на семь в сфере Наблюдателей, и имел обязанности Ликвидатора. У блондина определенно не было свободного времени на себя, с тем графиком, по которому работал Кавински, который имеет чуть ли не несколько сотен часов переработки. Даже многие старшие коллеги этого подростка берут стандартные смены их алгоритма, а не этот безумный график, от которого даже его самого иногда передергивает. Все же этот блондин был чем-то другим. Хоть Войд и признает, что Кавински своими переработками буквально поднялся по социальной ступеньке вверх, и сейчас он так же получает двойную ставку рабочих часов из-за всей этой нагрузки. Если бы не упрямый характер этого Наблюдателя, то Кавински мог бы стать неплохой такой заменой ему, на посту Инспектора. Но увы, Кавински остается самим собой… Да и если говорить честно, то психическое состояние Кавински действительно нуждается в проверке, так как даже он, Инспектор Империи частично опасается этого низкорослого подростка с этим полубезумным взглядом алых глаз. Да и закосы Наблюдателя тоже вызывают определенные вопросы… Войду, все же стоит поискать что-нибудь подозрительное в прошлом Наблюдателя. Ну не может подросток иметь нормальное детство с подобным поведением и взглядом на вещи. Не может! И даже сам Войд понимает этот факт, будучи воспитанным в системе Империи. Мыслительный процесс брюнета прервал сам объект его мыслей, который ввалился в кухню с этим странным взглядом, который до смерти пугал многих людей, но Войд только подавил неприятную дрожь, вызванную этим пристальным взглядом. — Кавински? Что-то не так? — поинтересовался Войд, которого проигнорировали, когда блондин наливал себе остывший чай. После того как блондин выпил его, то наконец обратил внимание на Инспектора. — О чем это вы? Все просто отлично, — вопросительно склонил голову подросток, пристально смотря на Инспектора, который подавил желание свалить от этого блондина куда подальше. — Так, — брюнет выдержал пристальный взгляд подростка и продолжил, — Ты говорил что-то о том, что мы собираемся обсудить Калеба, так что я слушаю. Подросток только хмыкнул и присел напротив Войда, сложив руки на груди, облокотившись на спинку стула. — Да, я действительно хочу обсудить с вами это, — протянул Винс, — Как я понимаю, ребенок у вас не так уж и долго? По крайней мере, когда я только начал работать в этом отделе, у вас точно не было подопечного. — Вы правы, он у меня всего два года, — кивнул Инспектор, размышляя, к чему вообще эти вопросы, неужто этот подросток решил обсудить его методы воспитания? На что блондин задумчиво промычал что-то себе под нос. На что Войд нахмурился, его раздражало, что он не мог прочитать эмоции Кавински, как бы он не пытался. — Понятно, значит, вы понятия не имеете, как воспитывать детей, — кивнул себе подросток под нарастающее раздражение мужчины. — С чего вы это взяли? — поинтересовался у подростка Инспектор, — Или вы у нас специалист по воспитанию детей? Что-то не припоминаю, чтобы вы имели детей, Кавински, и младших родственников у вас нет. На открытое раздражение мужчины, Винс только едва улыбнулся, но взгляд стал более напряженным, когда он ответил мужчине. — Может, у меня и нет младших родственников, и я сам не являюсь родителем или опекуном, но я не слепой, Инспектор. Ваш подопечный опасается связываться с вами, да и с людьми в целом. Это уже огромный красный флаг в моем списке. Потом же идет его обучение на дому. Это не идет ребенку на пользу, Войд. Он буквально чахнет тут в одиночестве. Люди — это социальные существа, и да, я могу согласиться с тем, что есть исключения из списка, но этот ребенок точно не является таким исключением, — начал свою спонтанную лекцию подросток, под потрясенное молчание мужчины, который еще никогда не слышал так много от подростка, пока тот говорит об одной теме, если это не касалось какого-нибудь задания или оружия. Пока подросток продолжал свою лекцию, Войд же внимательно следил за каждым его движением, и выражением лица, в попытке понять этого подростка. — И наконец, Войд, ребенку нужны хотя бы элементарные развлечения в жизни, а не только учеба и ваши странные тренировки, о которых этот малой упоминал. Серьезно, Инспектор, как будто вы сами никогда не были ребенком и не взаимодействовали с другими детьми. И если вы хотите чтобы Калеб действительно начал вас уважать, и возможно даже принял вас как своего опекуна, то вам стоит сменить вашу манеру воспитания. Я не говорю вам полностью изменить ваше отношение к ребенку, но хотя бы будьте к нему снисходительней. Подросток за эту лекцию успел заварить себе еще одну кружку чая, и теперь молча, пьет горячий напиток, оставив Войда со своими размышлениями в покое. Сам же мужчина не ожидал, что подобную лекцию ему прочитает именно Кавински, ведь тот мало того, что подросток, так и от блондина и в лучшие дни не дождешься какого-нибудь совета, а в худшие тот мог и довести до слез несколько новичков. Но брюнет, после того как подросток буквально ткнул ему носом в его «грубейшие ошибки и нарушения прав человечества» по словам блондина, начал понемногу понимать. Войд признает, что он не лучший кандидат в опекуны, но чтобы все было настолько печально, по словам Кавински? Причем Наблюдатель для подтверждения своих слов даже приводил в пример различные книги по психологии, а так же законы о защите прав детей. И Войд все же принял претензии блондина, отвечая. — Хорошо, Кавински. Как я уже говорил, ты можешь заботиться о моем подопечном так, как посчитаешь нужным, — проговорил мужчина, — Есть что-то, что я обязан знать еще на данный момент? Блондин изучающее осмотрел мужчину, который был довольно спокоен на вид, но Наблюдатель буквально чувствовал исходящее раздражение мужчины, которые было приглушено. Видимо Инспектор серьезно обдумывал то, что высказал ему Кавински. — Пока что нет, но будьте уверены, я вам сразу сообщу, если что-то понадобиться, — кивнул мужчине блондин, встав со стула и взяв уже пустую тарелку, которая стояла перед брюнетом, и направился к раковине. Войд же глянув на часы, удивился, уже десять часов вечера. Прошел уже целый час с момента прихода домой. — Что ж, пожалуй, доброй ночи, Кавински, — мужчина встал с насиженного места и пошел в сторону своей комнаты, оставляя подростка на кухне, домывать посуду. Блондин мельком посмотрел в окно, вид был действительно красив с такой высоты. Это, конечно, не самый последний этаж, но тринадцатый этаж тоже был не плох. Да и соседи на этаже были только одни. Хорошо устроились, блондину нечего сказать по этому поводу, хорошо, что лифт в этом здании все же присутствует. Иначе, Винсу пришлось бы затаскивать Войда и его подопечного в свою квартирку, так как Кавински отказывается подниматься на такое расстояние для того, чтобы просто попасть в квартиру. Поставив чашку и кружки сохнуть, блондин выключил свет в кухне, и в темноте направился в свою комнату, на ощупь, найдя ручку двери, он открыл дверь и вошел в комнату. Включив свет, блондин достал из сумки свой ноутбук и поставил на прикроватную тумбочку, включая его. Пока ноутбук включался, Кавински собрал сменную одежду и направился в ванную комнату, которая была удобно расположена в спальне. Спустя около двадцати минут, блондин уже сидел на кровати в черной майке и шортах, просматривая различные новостные сводки, и чаты некоторых подпольных организаций. Как он вообще туда попал, Кавински никому и никогда не признается. Тем временем Войд в своей комнате просматривал досье Кавински, которое он запросил из архива в срочном порядке. Ничего криминального, которое бы привлекло внимание, в истории Наблюдателя нет. Рос в самой обычной семье, родители, да старшие брат и сестра, которые погибли в автокатастрофе, когда ему было восемь. Несчастные случаи происходят. Да, это печально, но это жизнь, отметил про себя брюнет. Потом он жил с родителями своего отца, так как других родственников у него не осталось. На подозрительные травмы было организовано следствие. Никакого оскорбительного отношения со стороны взрослых не было выявлено, да и сам Кавински отрицал подобные обвинения. Пришлось закрыть дело. Инспектор взял на заметку эту информацию. Учился парень отлично, все учителя были в восторге от того, что блондин опережал программу, и они даже подтолкнули его сдать экзамены досрочно. Что было довольно примечательно, немногие школьники решались сдавать экзамены досрочно, но это не удивило Войда, так как уже в четырнадцать лет, Кавински успешно стал Наблюдателем. Правда была так же приписка о том, что Кавински не был общительным человеком, большую часть времени проводил за учебой, и дополнительными курсами. Войд приподнял бровь на этом моменте и пролистал документ до вкладки с пунктом Образование. И действительно. По всем предметам у него наивысший бал, и так же сертификаты о прохождении дополнительных курсов, которые включали в себя, автомеханику, экономические курсы, начальные медицинские курсы, а так же курс по психологии, который был обновлен совсем недавно, около года назад. Брюнет покачал головой, и почему он не просмотрел его полное досье раньше? Ах, да, в те времена он просто проверял, чтобы его сотрудники были стрессоустойчивы и не имели никаких криминальных нарушений. Его не волновало их образование или история жизни, если она не включала в себя какие-нибудь нарушения. Довольно забавный факт, отметил для себя Инспектор, если бы Кавински не вступил в ряды Наблюдателей, то ему бы присвоили алгоритм Учителя. Результаты экзамена автоматически закрепились на электронной анкете блондина, что было одной из хороших сторон функционала Имперской системы. Войд решил прочитать остальную часть позже, так как завтра ему придется с самого раннего утра идти на алгоритм, и он вновь прибудет домой где-то к девяти вечера. Тем временем, Кавински начал активно переписываться с одним из людей подполья, узнавая информацию о некоторых подпольных организациях, которые многие люди из теневого мира хотели бы устранить. Хотя, эта информация досталась ему не за бесплатно, конечно же. Тогда же, блондин начал делать заготовки своего отчета по поводу этих группировок. Ему нужно больше информации для того, чтобы устранить их на законных основаниях, так как эти подпольные крысы были более скрытны, чем «Гидра». Хотя о чем это он, «Гидра» просто совсем потеряла чувство страха перед законом, вот и поплатилась за это. Так много нарушений у одной организации, тем более в таких масштабах еще надо поискать. Блондин закатил глаза на требования своего нового информатора, предоставить рабочие часы перед передачей данных, и отписался ему о том, чтобы они встретились лично, и он переведет часы в момент передачи информации. А то он знает таких личностей, после перевода рабочих часов, такие люди попросту кидали клиентов, отказываясь передавать обещанную информацию, и никто никак не поможет вернуть часы, так как подобные сделки не прописаны в законах, и никто из сторон не подписывал соглашения о состоявшейся сделке. В последний раз, глянув на время, которое показывало аж два часа ночи, Винс все же перевел свой ноутбук в режим сна, и сам расположился на кровати поудобнее, в надежде поспать хотя бы часа два-три. Без дозы снотворного, Кавински никогда не спал больше часа, если только он не был смертельно уставшим, чтобы не видеть эти гребаные кошмары. Блондин прикрыл глаза, дыхание начало замедлятся. В темном помещении подвала пахло просто отвратительно. Некая смесь заплесневелости и затхлой крови. В темноте действительно было сложно разглядеть то, что творилось в этом месте, блондин даже немного пожалел о том факте, что он не имеет глазные импланты, так как те помогли бы ему увидеть, что твориться в темноте, без того, чтобы пользоваться фонариком. Блондин вытащил из сумки фонарик и включил его, при этом держа пистолет в доминирующей руке. Картина, представшая перед ним, была действительно неприятной. Все помещение было покрыто засохшей кровью, кое-где даже валялись части человеческих тел, а самым отвратительным было то, что выпотрошенные тела людей висели прикрепленные к потолку, как туши животных, которые должны были разделывать. Благо в помещении не было никого, что было подозрительно, но, тем не менее, опустило напряжение внутри блондина. «И почему меня послали на это дело в одиночку?» — мысленно ругался на Инспектора блондин, — «Подозрения в том, что в этом районе орудует маньяк, так что не выдавай свое прикрытие» Блондин осмотрел помещение, и поняв, что тут никого нет, спрятал оружие и достал телефон, набирая сообщение полиции о том, что подвал этого склада и был пристанищем для какого-то маньяка. Отправив сообщение, блондин вновь убрал телефон и достал оружие, но было поздно. Он почувствовал сильный удар по затылку и на мгновение отключился. Придя в себя, подросток был уже прикован цепью стене. Свет в подвале был включен, и над ним надвисал владелец этого склада, с хмурым выражением лица. — И что же вам не сидится на месте, господин Наблюдатель, вы знаете выражение: «Любопытство убило кошку»? Так вот, видимо, это любопытство вас так же лишит вашей жизни, — произнес довольно ровный голос мужчины, который с мрачной ухмылкой отошел от подростка, разглядывая на столе свой «набор маньяка». Сам блондин же тихо пытался нащупать у себя запасное оружие, но это было весьма проблематично со связанными руками. — Зачем вам это делать, Лайнел? У вас в жизни есть все, что только можно пожелать человеку, так скажите, зачем вам нужно убивать ни в чем неповинных людей? — попытался отсрочить свою возможную смерть подросток, мысленно ругаясь на полицейских, и чего они так долго? По идее они должны находиться рядом со складом, так, где же они?! Блондин действительно надеялся, что эта тактика сработает и преступник выдаст какой-нибудь монолог. Все же психологический портрет этого мужчины соответствует типу человека, которому нравится говорить о себе. Он так же надеялся, что он не разгадал шифр, который он послал полиции, если и прочел его переписку. Благо на такие задания им выдаются одноразовые мобильники. Мужчина выглядел взбешенным, и блондин подавил желание вздрогнуть, когда тот хлопнул по столу, с которого слетели оружия пыток. — Неповинных?! Вы, правда, считаете, что они были невиновны?! — блондин выдержал яростный взгляд голубых глаз мужчины, который схватился за нож. Подросток взял себя в руки и пытался казаться менее опасным, чтобы этот мужчина не почувствовал от него угрозу. И не убил на месте. — А разве они были? Если они в чем-то и были виноваты, то почему вы не сообщили о них в полицию, или в отдел Наблюдателей? — как можно спокойней спросил у мужчины красноглазый, который действительно не хотел знать, как работает разум этого маньяка, в чем вообще могли быть виноваты эти люди? Полиция и Наблюдатели прошерстили их биографию вдоль и поперек, и не нашли никаких серьезных нарушений. Да, у некоторых, возможно, и были предупреждение о нарушении комендантского часа, или штрафы за превышения скорости, но ничего особо криминального выявлено не было. Да и у жертв не было никакой связи. Среди жертв были как мужчины, так и женщины. Алгоритмы многих так же отличались. Внешние данные тоже у всех были разные. Возрастной диапазон был от двадцати до сорока, что было слишком случайно на взгляд экспертов. — Нет-нет, ты не понимаешь… — начал бормотать мужчина, — Они не верили в Него… В Великого… Блондин нахмурился, не понимая о чем бормочет этот мужчина. — Они не верили в Него… Именно по этой причине они стали моим подношением Ему… — мужчина широко улыбнулся — Возродитель будет доволен… Да… Ты тоже, в скором времени станешь частью подношения… Блондин дернулся, когда мужчина начал подходить к нему с ножом в руках. Он ничего не мог поделать с этим беспомощным состоянием. Он, конечно, смог пару раз пнуть мужчину, и даже укусить. Но это не остановило того, только сделало его более возбужденным в своей попытке принести его в жертву какому-то Возродителю. Блондин вскрикнул от резкой боли в нижней части живота, куда вонзился нож. Мужчина противно засмеялся. Подросток зажмурился, у него закружилась голова, он не мог и слова вымолвить от этой противной ноющей боли, затопившей его сознание. Краем сознания он уловил звук выстрела и ругательства маньяка… Блондин распахнул глаза, тяжело вздыхая, приложив руку к нижней части живота, где раньше располагалось ножевое ранение. — На этот раз задержание фанатика, да? — пробормотал красноглазый, беря в руки телефон, чтобы посмотреть на время, — Отлично, уже пять утра, рекорд. Ну, заснуть у меня больше не выйдет, так что можно и вставать. Пробормотал себе под нос блондин, взяв со стула сменную одежду на сегодня, и уйдя в ванную. Горячая вода прогнала остатки сна из затуманенного кошмаром, разума Наблюдателя. Вытирая волосы полотенцем, подросток с недовольством отметил, что темные круги под глазами становятся все более выделяющимися, и что ему действительно нужно пополнить свой запас снотворного. Переодевшись и кинув одежду в стиральную машину, блондин вышел из ванной комнаты, сразу же схватив телефон, залезая в мессенджер, проверяя на наличие новых сообщений. Как и ожидалось, чат Наблюдателей, как всегда был активен, хоть днем, хоть ночью. И это было неудивительно. Просмотрев сообщения, блондин понял, что это просто обычные сплетни, которые не интересны ему, и жалобы тех, кто остался на ночную смену в штабе. От нового информатора не поступало больше никаких сообщений. Кристиан же просто интересовался как у него дела, и все ли у него в порядке после «инцидента». На что подросток послал ему пару смайликов, которые выражают все, что Винс думает о беспокойстве этого «новичка». На удивление, Винс на данный момент не был сильно раздражен беспокойством старшего мужчины. Удостоверившись в том, что в сети не было ничего нового, блондин положил телефон в карман, вышел из комнаты, и пошел в сторону кухни. Готовку завтрака никто не отменял. Пройдя через темный коридор, который едва освещал тусклый свет из окон, блондин вошел на кухню и включил свет. Остались остатки карри, которые можно разогреть. Нужно, правда, еще риса отварить, да еще что-нибудь приготовить. Войду до начала рабочего дня еще часа два, отметил про себя блондин. Включив плиту, Кавински поставил вариться рис. Блондин так же забил в телефоне рецепт блинов, и следуя рецепту, начал готовить тесто. Спустя около часа готовки, все было готово. Войд был привлечен на кухню приятным запахом еды. — Доброе утро, Войд, как спалось? — протянул блондин, ощущая присутствие старшего мужчины позади себя, чувствуя отстраненное недовольство за свои три часа сна. — Все хорошо, спасибо, — Инспектора немного насторожила эта наигранная позитивность Наблюдателя, мужчина присел за стол. — Калеба, как я понял, ты будить не собираешься? Блондин промычал себе под нос что-то невнятное, и спустя пару секунд ответил. — Почему же? Как раз закончил готовить завтрак, и собирался пойти и позвать его, — пожал плечами подросток, ставя, кипятится чайник, выходя из кухни, в сторону комнаты ребенка. Приоткрыв дверь комнаты, блондин заглянул внутрь, Калеб не спал. Шатен сидел на стуле, погруженный в какую-то книгу, которая явно относилась к учебной программе. — Доброе утро, Калеб, — привлек к себе внимание ребенка, красноглазый, и едва ухмыльнулся, когда Калеб чуть не подпрыгнул, ошеломленно глядя на него. — Д-доброе, — кивнул подростку шатен, закрывая книгу, положив ее обратно, на стол, где лежали еще пара книг. — Что-то случилось? Блондин покачал головой, и махнул в сторону коридора, — Нет, просто пора завтракать, идем. Молодому организму нужно питаться каждый день, как минимум три раза. По крайней мере, мне так говорил дедуля. Последнее предложение блондин пробормотал себе под нос, но Калеб услышал это, и подавил смешок. Этот подросток действительно был интересным, на его взгляд. Шатен послушно последовал за подростком на кухню, где уже сидел Войд, ожидая их прибытия. Калеб сел напротив брюнета, пока подросток накладывал им порцию карри, и наливая им чай. На взгляд Инспектора, Кавински пристально посмотрел на того в ответ, и пододвинул чашку с чаем ближе к брюнету и тихим, спокойным тоном произнес. — Слишком много кофе, вредно для вашего организма, Инспектор Войд, и я прекрасно знаю, что за время вашей работы вы выпиваете как минимум пять кружек, так что дома вы кофе не дождетесь, — с дружелюбной улыбкой протянул подросток, сверля мужчину своим привычным взглядом, от которого, тот подавил желание поежиться. Калеб же подметил то, что этот подросток явно напрягает Войда, и в какой-то степени, он действительно захотел хоть немного быть похожим на этого Наблюдателя. Калеб тоже хочет иметь возможность пугать Войда до дрожи.