***
Прокуренный местный паб совершенно не производил должного впечатления. Чонгук сидел за маленьким столом и нервно подёргивал ногой. Он не знал, чего ожидать, как себя вести. У него даже ладошки потели, представляете? Он смотрел только на сцену и трепетно ждал; перед глазами находилась программа концерта, и он, как ему казалось, уже заучил номера, идущие до выступления Тэхёна. Сердце бешено стучало в груди, и только сигары, что лежали на столе так одиноко, могли успокоить мужчину. Он взял одну, зажёг и закурил. Едкий дым просочился по горлу прямиком в лёгкие, который потом Чонгук не спеша выдувал изо рта и носа. Музыканты разыгрывались на сцене, настраивая свои инструменты, и только после этого на сцене появился эффектно наряженный парень. Чонгук не сразу узнал его, Тэхёна. Непривычно подведённые глаза, зажатая меж тонких пальцев сигарета явно говорила о модном влиянии тех лет. Ким всё равно был прекрасен, как и его голос. Стоило ему запеть, Чонгук окунулся в воспоминания. Их первая встреча, и как его ВонИль выкупил, как Юнги подставил, и как Намджун увёз… Столько событий на одного человека. А это ещё плюс события в детстве и в подростковое время… Голос Тэхёна за этот год стал глубже, бархатистей и профессиональней. Чонгук не мог сдержать себя, готовый вот-вот выпрыгнуть из своего места и накинуться на Тэхёна — настолько сильно он скучал и был рад видеть его. Ким допевал свою композицию, одиноко разглядывая скучную и пьяную публику, пытаясь найти средь неё хоть кого-то живого. И нашёл один заинтересованный взгляд глубоких чёрных глаз. Он спустился со сцены вниз, удерживая микрофон в руках. Шнур от него тянулся по всему залу, но Тэхёну было всё равно. Песня заканчивалась, и он мог спокойно кинуть микрофон на пол, чтобы сейчас оказаться в долгожданных объятиях. — Я думал, ты моё видение, — шептал он тихо, крепко прижимаясь к Чонгуку, будто не веря, что он правда мог тут оказаться. — Я бы не смог оставить тебя после всего, что было между нами, — он поцеловал Тэхёна в висок и взял за руку, забирая скорее из этого ужасного места. — Прости, но мы лучше переедем в Америку, я сейчас в Нью-Йорке живу, там намного лучше эстрада. И ей как раз не хватает одной прекрасной знаменитости в лице тебя. — Ты знаешь, Чонгук-хён, что с тобой я поеду хоть на край света. Они вместе на такси приехали в отель, где Чонгук снял двухместный номер, заказали выпить и перекусить, потому что до безумия хотели провести это время вместе. Тэхёну столько нужно было рассказать Чонгуку, и он даже показал ему свои новые мемуары, в которых описывал жизнь, находясь с Намджуном, как бежал во Францию и строил карьеру там. Это был какой-то новый глоток воздуха, переосмысление всей жизни, поиски новой цели. Главное теперь — Нью-Йорк, совместная жизнь и новый виток в отношениях. И, возможно, огласка вторых мемуаров Тэхёна. Кто знает, вдруг он решит показать себя с другой стороны? Мы ведь будет только рады этому, правда?***