Жизнь неугомонного Ёна.

— Смотри в зеркало. И Сеня переводит взгляд на себя в зеркале, распластанного, возбуждённого, на Женю, что окунает пальцы в баночку со смазкой, а после прижимает один ко входу. Сеня откидывается вниз на локти, но в зеркало смотреть не перестаёт. Видит, как Женя чуть подвигается, открывая обзор на то, как его палец медленно проникает внутрь, как Женя подаётся вперёд и одну руку кладёт на член, поглаживая. Это не больно, просто странно немного, и Сеня наблюдает в зеркале всё то время, что Женя растягивает его сначала одним, а после и двумя, и это возбуждает. Собственная открытость, прекрасный обзор, то, как Миронов гладит его по внутренней стороне бедра и старается быть максимально аккуратным. И, возможно, он слишком старается, потому что на третьем Сеня не выдерживает, поднимается полностью и тянет на себя Женю, желая его поцеловать. Женя в ответ, конечно, приподнимается, целует глубоко и влажно, покусывая губу нижнюю, и меж поцелуями Сеня недовольно говорит: — Трахай уже давай, я не выдерживаю, — Женя его за волосы оттягивает, пальцы высовывает свои и говорит: — Так не терпится крепкий член внутри почувствовать? — Ты здесь видишь ещё один крепкий член, помимо моего? — Сучка ты, — улыбается Женя, стягивает с себя штаны и откидывает в сторону. — Футболку сними тоже, — говорит Сеня, смотря на стоящий член Жени, налитый и покрасневший. Ты как? — участливо спрашивает рыжий, гладя его по спине и бёдрам. — Нормально, — отвечает Березин, выдыхая. Он начинает двигаться: сначала медленно и неуверенно, и Женя выцеловывает его спину, обнимая за талию и поглаживая внизу. Сеня понемногу привыкает: ускоряется, голову назад запрокидывает, пока Женя в ухо горячо дышит и шею сбоку покусывает, а после взгляд переводит в зеркало и… Вау. Смотреть на себя, насаживающегося на член, пока с собственного капает на пол, на руки Жени, что обхватывают и держат, на лицо — довольное, покрасневшее, с испариной на лбу — это так много, так горячо. Сеня чувствует себя нарциссом, когда немного угол меняет, наблюдая за лицом Жени, ловя его взгляд в отражении зеркала. Смотреть, как тебя трахают — великолепно. Чувствовать, как в тебя входят, как держат в своих руках — замечательно. Знать, что тебя хотят так сильно, как хочешь ты — до дрожи в коленях. Женя спрашивает задушенно, а голос хрипит, и дыхание срывается: — Так нравится смотреть? — И он явно сдерживается, чтобы не стонать, когда поднимает вверх бёдра и начинает вбиваться в Сеню нихуя не нежно и не постепенно. И Сеня… а что Сеня? Арсений губы себе кусает, чтобы хоть чуть-чуть заглушить свои стоны, остаться неуслышанным, и перед глазами всё плывет от наслаждения, ведь Женя попадает по простате, и Березин просто не выдерживает. — Да… да, мне так нравится, Женюш, пожалуйста, — просит тот, прикрывая глаза, но продолжая смотреть. Потому что взгляд оторвать невозможно. — Что «пожалуйста?» — спрашивает Миронов, сжимая Сенины бока и немного царапая короткими ногтями. — Прикоснись… ко мне, — еле выдавливает Березин. Женя не отвечает, но руку одну вытягивает вперёд, обхватывая член парня и начиная водить по нему. Сеня смотрит на то, как красная головка то появляется, то скрывается в ладони, как Женя хрипло дышит и тихо стонет, прикрывая глаза, как на собственной шее багрянцем выделяются чужие метки, а в глазах океан похоти расстилается по всей радужке, и… Сеня кончает. По ощущениям это даже не взрыв гиперновой. Это чёртово слияние Млечного пути и Андромеды, это сильно и приятно настолько, что ноги дрожат, а из груди вырывается громкий стон, который Женя не успевает полностью задушить, положив ладонь на рот Сени. Сперма падает на пол с руки и пачкает его, но ему так плевать на это. Он пытается отдышаться и прийти в себя, нежась в посторгазменной неге, пока Женя вбивается в податливое тело, ощущая, как Сеня сжимается вокруг него сильнее, как откидывается назад, без возможности удержаться. Женя смотрит, как тот, выебанный и довольный, улыбается ему в зеркале, шепчет: — Теперь ты кончаешь для меня, Женюш, — и они, наверное, реально связаны, как чёртовы соулмейты, потому что Женя изливается внутрь после этих слов, и это забавно немного. Женя его ближе к себе прижимает, кусает куда-то в районе ключиц и дышит тяжело. — Иди нахуй, — выдыхает он, но не злобно, а привычно. — Открою тебе тайну: я уже тут. И Женя с этого, конечно, смеётся. Сеня вообще заметил ещё давно, что Женю со всех его шуток выносит, хоть иногда они и откровенно дерьмовые, но Березин не жалуется, что вы. Он слезает с парня и ложится рядом, как и Женя, закидывает тому руку на грудь и говорит: — Лежим две минуты, а потом я в душ. — А как же второй раунд? — с улыбкой спрашивает тот, поворачиваясь и убирая спутанные кудри с лица Сени. — Можно и второй. Только полы моешь ты. — Эй, — возмущается тот. — Ничего не знаю, это твоя вина. И Жене хочется возмущаться, только вот не получается вовсе. Женя думает, что безумно счастлив быть рядом с Сеней, смотреть на его расслабленное лицо, целовать пухлые губы. Дни сменяются неделями, принося множество событий: и хороших, которые сохраняются в галерее телефона фотографиями, и плохих, которые лучше бы не случались никогда. Но всё в мире циклично — за закатом всегда следует рассвет, а без темноты не было бы света. История повторяется лишь потому, что люди ничего не извлекают из уроков в школе. Жизнь — удивительный вихрь из эмоций, воспоминаний, чувств, действий. Жизнь — это всегда про потери и приобретения, смелость и слабость, гордость и уступчивость. Прелесть жизни познаётся в моменты самого большого упадка, ведь именно тогда понимаешь, насколько хрупок внутренний мир и спокойствие вокруг. Так казалось Жене до одного момента. Он шёл по коридору, думая о своём, он по жизни ветреный парнишка. Идя к кабинету философии, Женя наткнулся на очень печальную для него картину. Женя врезался в парня, которого очень сильно ненавидел. Ненавидел из-за того, что тот вечно приставал к Сене, на зло рыжему. Так как Женя шёл, не замечая ничего, соответственно того парня он тоже не заметил. - ой.. прости я случайно. – Женя поднял взгляд и сразу же изменился в лице. Вместо того ветреного мальчишки, перед тем парнем, назовём его Дима, стоял совершенно другой человек. - забудь всё, что я сказал. - о, какие люди, давно тебя не видел здесь. Тем более, ты мне ничего сделать не сможешь. - сомневаешься во мне? Что ж, никогда не ставь себя выше своего врага, Дмитрий. - ой как мы заговорили, посмотри-ка. Злой Женечка хочет меня ударить, как же страшно! – дразня и нарываясь на очередную драку, тараторил Дима. - не беси мне. – Женя попытался пройти дальше, но его схватили за плечо. - ну что же ты, давай поговорим, чего как не родной? – посмеиваясь, говорил Дима. Женю это взбесило очень сильно и тот, схватив руку Димы за запястье. - ты прав, знаешь ли, почему бы нам не поболтать? – с неким оскалом, улыбался Женя, сжимая руку всё сильнее и сильнее. Дима, чтоб ослабить хватку, врезал второй рукой под рёбра Жене. Завязалась драка. Драка была без свидетелей, в месте без камер. Никто им не мешал, можно сказать. Были они друг друга со всей дури, одному голову пробили, другому вывихнули руку и сломали нос. Оба были в крови, синяках и ссадинах. Разнять их смог звонок на пары. - увидимся позже, рад был поболтать. – говорил Дима, держась за вывихнутую руку. - да никогда в жизни, не рад был поболтать. – отвернувшись, говорил себе под нос Женя, шатаясь и держась за стену идя к кабинету. – психопат… - а где Миронов, я его видел сегодня, почему его сейчас нет? – спрашивал учитель философии у Валеры, Алёны и Сени. - ну а нам то откуда знать где он? Шатается где-то, наверное. Скоро должен прийти. – говорил Сеня. - ладно, подождём. У Жени кружилась пробитая тем подонком голова, поэтому он еле как различал куда идёт. Минут через 10 он дошёл до кабинета. Стук в дверь. - а вот и опоздавший, заходите! - извините за опоздание… - медленно открывая дверь и накидывая капюшон на голову, говорил Женя. - ну и где же вы были? - простите, но так получилось, в магаз ходил, а там очередь огромная. - проходите. Женя, стараясь не терять равновесие, держа руки в карманах, шёл к своему месту. Придя, первый вопрос, который он получил: - ты где, блять, был? – почти хором спросили ребята. Женя их проигнорировал и сел на место. - хееей, - маяча рукой перед его глазами, пытался привлечь внимание Сеня. – ответь. Земля вызывает Женю. Женя промолчал, схватив Сенину руку и убрав её. - случилось что-то? Ну не молчи, а. Женя сидел молча, не двигаясь, пока кровь не потекла полбу тонкой струйкой. - чёрт… можно выйти? - ну иди. Женя постарался выйти быстро на столько, насколько это возможно. Пока он сидел на месте, кровь успела немного замарать парту. Сеня долго смотрел на это место. Женя, в свою очередь, ушёл в туалет смыть кровь. - простите, могу я тоже выйти? - иди. Сеня вышел и пошёл за Женей. Тот стоял напротив зеркала, аккуратно смывая кровь с головы. - у меня к тебе серьёзный разговор, Женя. – заходя, говорил Сеня. Увидев Женю, он замер. - хорошо, я тебя слушаю… - ты подрался с кем-то? - нет. - не ври мне, я сам всё вижу прекрасно. С кем? - не важно. - Женя! Это важно, говори быстро. - ну с Димой, легче стало? – повышая голос, говорил Женя. – ему тоже не сладко теперь. - а теперь объясни, каким местом ты думал, когда с ним дрался? - не устраивай допрос. – вытерев руки и снова накинув капюшон бормотал Женя. – я всё сказал. Я пошёл. Женя вышел из туалета и пошёл в аудиторию. - ладно, не хочешь говорить ты, скажет он. Сеня вернулся в аудиторию. На перемене он направился к кабинету, где проходило занятие у Димы. Дождавшись его, Сеня начал диалог. - Дима. Что у вас произошло? - твой мне руку вывихнул и нос сломал. – ухмыляясь, тянул Дима. - меня не волнует что он сделал, мне интересно, почему это произошло? Ладно он ведёт себя, как маленький, но ты то чего? - да я просто хотел поговорить, не более. Он пытался уйти, а я его остановил, положив руку на плечо. – вдалеке показался Женя и Дима, улыбнувшись и подождав, когда рыжий подойдёт ближе, продолжил. – хм… хотя, знаешь что? Это уже неважно~ Дима наклонился к Сене, положил свою руку ему на щеку и слегка притронулся к его губам своими, как вдруг сразу же отхватил от Сени. - не смей трогать меня, Дима. – он будто знал, что сзади сейчас находится Женя, и поэтому сказал. – прости, что вмешался, Жень, но так нужно. А сейчас идём, раны обработаю. – обернувшись и взяв за рукав Женю, он потащил его в мед. Пункт. - не нужно, само затянется. Позже схожу туда, если понадобится. - нет, пошли сейчас. - нет. - быстро блять. Женя недовольно что-то пробубнил, но всё же пошёл в след за ним. Жене обработали рану и наложили повязку, после чего их двоих отправили домой: Женю как больного, а Сеню как смотрящего за ним. Они шли по парку домой, совсем не разговаривая. - … прости, я опять повёл себя, как последний мудак. – решившись нарушить молчание, тихо говорил Женя, стараясь избегать зрительного контакта, смотря в пол. – я не хотел, оно само получилось. - давай мы сейчас просто дойдём до дома, ты отдохнёшь и всё расскажешь, ладно? - да, хорошо, прости. - не извиняйся, ты не виноват в этом. - так я же… - молчи. – перебил Сеня. – идём молча, окей? - хорошо. Дойдя до дома, Женю первым делом отправили отдыхать. Сам Сеня пошёл на кухню, чтобы что-нибудь взять поесть, после он пошёл с едой в комнату. - я тут поесть принёс немного, будешь? – протягивая печенье, заботливо спрашивал Сеня. - не хочу, но спасибо. Поем позже. – отворачиваясь бубнил Женя. - хорошо. – Сеня сел рядом. – ну давай, рассказывай, что у вас там произошло. - да нечего рассказывать, тем более, я полагаю, он тебе уже всё рассказал, я в этом уверен. - он мне практически ничего не сказал, я услышал от него только то, что он пытался поговорить, ты пытался уйти, он тебя остановил и началось. - всё так и было. - Жень, я не понимаю, в чём дело? Что он такого сделал, что ты в драку полез? - выбесил. - не хочешь рассказывать, значит, да? - да всё он тебе рассказал, так и было. - всё, хватит, поговорили. - ага. Спустя час молчания раздался звук уведомления. - Жень, это твой. Спишь что ли? Ладно. Сеня включил его телефон и посмотрел на сообщение. Дима: Ну привет, мы так и не поговорили. Я: Чё тебе от него надо? Чё ты лезешь к нему? Я тебя ни раз просил отстать от нас с ним. Дима: Арсений, ты что ли? Ты где его телефон нашёл вообще? В прочем, не важно. Я: Слушай сюда, засранец. Не трогай Женю, а. Дима: А то что? Убьёшь меня? Чего молчишь? Я: Если нужно будет, убью. Сеня выключил телефон, заблокировав Диму. - сучёныш… - что-то случилось? – тихо спрашивал Женя, едва проснувшись. - а? Ты когда проснулся? - только что. Так, может ответишь на мой вопрос? - прости, я его не слышал. - что-то случилось? – повторил Женя. - нет, всё хорошо, не волнуйся. - правда? – смотря прямо в глаза Сене, спрашивал Женя. - не смотри так, я правду сказал. – слегка отвернувшись, утверждал Арсений. - хорошо. Женя немного полежал, а потом ушёл на улицу, под предлогом «подышать». Вернулся он часа через два. - ну и где ты был так долго? Расскажешь или опять нет? - не начинай, пожалуйста. Прогулялся я. - ну-ну, ладно, иди. - да чего ты опять? Я ж не на пол дня пропал. - ещё бы ты на пол дня пропал, идиот. Женя промолчал и ушёл в комнату, закрыв дверь. «Да что я делаю не так?!» пронеслось в голове у Жени, когда тот сел за письменный стол. Он достал листок и карандаш, взял наушники и включил музыку, начав рисовать разную фигню. - わたしの最後はあなたがいい. – напевал он, не громко, но слышно было. Перевод он прекрасно знал, и у него часто звучала эта фраза в голове, когда тот думал о Сене (перевод: Я хочу, чтобы ты был моим последним). Сеня ему ну уж очень дорог, это единственный человек, про которого Женя может сказать, что они всю жизнь знакомы. - わたしの最後はあなたがいい あなたとこのままおサラバするより 死ぬのがいいわ 死ぬのがいいわ 三度の飯よりあんたがいいのよ あんたとこのままおサラバするよか 死ぬのがいいわ 死ぬのがいいわ!!! – громче пропел он, после чего Сеня зашёл в комнату (перевод вбейте в переводчик, мне лень писать). - Жень, ты чего орёшь? - а? Ты чего-то хотел? – снимая наушники, спрашивал Женя. - понятно, уже ничего. - … ты это, прости, окей? - без проблем, но за что? - за то, что пропал на 2 часа и за то, что наверное был шумным сейчас. - хорошо. Кстати, а что ты пел? Могу я узнать перевод? - это неважно, тем более перевода я не знаю. – убедительно говорил Женя, - ты можешь поискать текст песни, если тебе интересно. Название я напишу. - ну, хорошо, давай. – Женя оторвал немного от листка и написал «shinonoga ewa». - вот, - протянул листочек, - держи. - спасибо. С того момента прошло несколько недель. Женя старался не творить хуйни, Сеня старался не обращать внимания на его проделки.