Квиддич, Джиневра и бунт

*** — Привет, братец, ты здесь какими судьбами? Драко шёл к полю, где они с Джиневрой договорились встретиться в выходной и обсудить некоторые рабочие моменты, когда услышал эти слова и замер на месте. Брат? Вот только одного из придурочных братьев Уизли ему для полного «счастья» не хватало! Они в этой семейке все придурки ещё те, хотя старших он и не знал, но это ничего не меняло. Ему в школе за глаза хватило Персиваля, близнецов и Рональда, чтобы он мог смело утверждать: все без исключения мужчины семьи Уизли пристукнутые на голову. Даже странно, что сама Джиневра оказалась вполне нормальной девушкой, с которой можно иметь дело. Драко прикусил губу и прислушался, решая, стоит ли ему выходить на поле или нет. — Привет, сестрёнка. Я к тебе на важный матч аппарировал, поддержать хотел, а ты не рада, — подчёркнуто жизнерадостным голосом заявил Рональд. Всё-таки Рональд. Его Драко хотел видеть меньше всех остальных и мысленно пожелал ему провалиться. — Рон, я тебе рада, — горестно вздохнула Джиневра. — Рада, но… Колись, давай, что ты там опять начудил. Гарри тебя обычно предпочитает держать к себе поближе, чтобы не дай Мерлин не вышло как в прошлый раз, а тут… Вряд ли тебя в отпуск отправили. Рон… Драко прислонился к опоре трибуны, решив, что выходить не станет — с диким нравом младшего Уизли он был весьма неплохо знаком и возобновлять это знакомство не планировал. А ещё он знал себя и понимал, что вряд ли удержится от искушения потаскать за хвост бешеного пса, особенно сегодня, когда ему слишком плохо, чтобы сдерживать язвительность. Он так ещё и с Джиневрой разругается, а это уже совсем лишнее. Нет, она поймёт, но вряд ли в случае их ссоры встанет на его сторону — Рональд, как ни крути, ей родной брат, а своя рубашка ближе к телу. — Я… Да нормально всё в самом деле! Не могу я, что ли, к сестрёнке на матч прийти? Я даже билеты купил. — Ты? — скептически фыркнула Джиневра, и Рональд взорвался: — Чёрт-чёрт-чёрт! Ладно, Джин, фиг с тобой, билеты купил Гарри. И отослал меня подальше от глаз начальства, давая им возможность побушевать как следует и успокоиться. Да не волнуйся ты за него — на этот раз точно никто не пострадал, ну, кроме преступников. Я один был, патрулировал побережье на следы возможных браконьеров — ничего особенного — и на этих террористов нарвался совершенно случайно. И даже почти сразу вызвал подмогу, когда они прибить меня решились. Короче, ничего страшного. Ну, кроме международного скандала, разумеется, который сейчас пытаются замять. Персик мне уже всю плешь проел своими нравоучениями, как он умеет. Слушай, Джин, может, ну, сходим куда-нибудь после матча, отдохнём? — Нарвёмся на очередных террористов? — хохотнула Джиневра. — Джин! Да не нарочно я! — возмутился рыжий, а Драко с трудом сдержал смех — последние два года, по словам Джиневры, Рональду везло как утопленнику, и его товарищам явно приходилось несладко, когда он вляпывался в очередное дерьмо. На него словно проклятие невезения наложили. — Верю. Сходим. Я тебе местные достопримечательности покажу и даже в бар свожу, если мы выиграем. Только учти, я с другом пойду, и ты мне прямо здесь и сейчас пообещаешь, что не будешь с ним ссориться и лезть в драку. Драко сглотнул, ругая про себя излишне инициативную подругу, и задумался над тем, как бы ей отказать, чтобы не обидеть. Они же оба вряд ли удержатся от свары — им обоим сейчас слишком плохо для мирного вечера. Проклятый Кевин, так не вовремя решивший, что их с Драко отношения себя изжили! Нет, как ни крути, а на прогулку с Уизли ему никак нельзя идти, если он хочет сохранить дружеские отношения с его сестрой. — С другом? Это с Малфоем, что ли? Джи-ин! Ты чудовище! — Драко хороший, Рон, — сладко пропела Джиневра и наверняка улыбнулась, а Драко почувствовал, как по спине пробежали мурашки жути. Решено! Сегодня после матча он чем-нибудь заболеет. Чем-нибудь неопасным, но требующим постельного режима. * * * — Джин, сестрёнка! Второй раз Драко услышал голос Рональда какой-то месяц спустя в кафе, куда они с Джиневрой зашли поужинать. Она была удивительной девушкой: яркой, умной, острой на язык и весьма приятной в общении, и Драко отчаянно завидовал Поттеру, отхватившему такое сокровище, жалея, что сам не может взять и влюбиться в неё. Проклятая природа! Если бы можно было её изменить, Драко был бы куда счастливее. Увы! Сколько он ни пытался с ней сражаться, она всегда выходила победителем, заставляя его в очередной раз неудачно влюбляться в наименее подходящего парня. Оглянувшись, Драко увидел своего бывшего однокурсника, сияющего ослепительной улыбкой. Он направлялся к ним. Что этот горе-аврор там опять напортачил? Кажется, ужин в приятной компании отменялся. — Ронни, братишка! — воскликнула Джиневра, улыбаясь не менее солнечно, подошла ближе и неожиданно для всех коротко врезала ему в солнечное сплетение, отчего Рональд охнул и сложился пополам, пытаясь отдышаться. Удар правой у Джиневры был хорош — Драко испытал его на себе в самом начале их дружбы. На этот раз притвориться, что его здесь нет, Драко не удалось бы. Он подошёл к двум рыжим недоумкам, устроившим шоу, немного отвлекая внимание посетителей кафе на себя. — Привет, Уизли. И протянул руку, психологически готовый к тому, что Рыжий откажется её пожать. К удивлению Драко, тяжело дышащий и потирающий живот Рональд с кривой улыбкой посмотрел на него и крепко пожал протянутую руку. Неужели повзрослел? Поверить в это было сложно. Драко посмотрел на клокочущую от ярости Джиневру, на продолжающего невинно улыбаться Рональда и усмехнулся. Судя по всему, об ужине придется вообще забыть — если их не увести отсюда и не дать подруге возможность где-нибудь в тихом безлюдном местечке выговорить брату всё, что наболело, она сорвётся прилюдно, что обязательно скажется на их репутации. — Привет, Малфой. Не сказать, что рад тебя видеть. — Взаимно. Джиневра… Она хмыкнула, но кивнула, услышав предупреждение в голосе. Хорошая репутация важна, если Джиневра не хочет попасть на скамейку запасных до окончания сезона, что, несомненно, будет большой потерей для их команды. Она была лучшей, но у Джованни имелись свои убеждения о нормах поведения игроков в людных местах и своя система наказаний, и спорить с тренером не решался никто. Даже Джиневра. — Пойдём, Рон, нам надо поговорить, — холодно проговорила она, глядя на тревожно нахмурившегося брата. Чувствуя себя неуместным в этой милой семейной разборке, Драко попробовал отступить, но подруга заметила манёвр и шагнула к нему, беря под руку. Значит, буфер. Драко почувствовал, как в душе растёт раздражение на Уизли — сама идея быть буфером между двумя излишне темпераментными представителями рыжего семейства ему не нравилась. Интересно, что же натворил этот балбес? — Джинни? — Драко пойдёт с нами. «Как гарантия того, что мы друг друга не прибьём» — это не было сказано, но легко читалось между строк. К удивлению Драко, Рональд не стал кричать и требовать беседы с сестрой тет-а-тет, а лишь пожал плечами и направился к выходу, что совсем было на него не похоже. Драко с подозрением посмотрел на рыжий затылок с отросшими до плеч и стянутыми в небрежный хвостик на макушке волосами, заглянул в тёмные глаза Джиневры и пошёл следом. Что-то здесь было сильно не так, но вот что? — Мы аппарируем. Рон? Рональд вздохнул и подошёл к ним. Аппарировать их всех пришлось Драко, и ему почему-то не пришло в голову ничего лучше, чем отправиться на побережье. Обрывистый высокий берег, море до горизонта — и никого поблизости. — Ты решила меня сбросить в море? — усмехнулся Рональд, отступив на шаг. Джинни прикрыла глаза, явно пытаясь успокоиться, и тихо спросила: — Какого хрена ты творишь? Почему я должна узнавать о том, что вы с Гермионой расстались из-за твоей интрижки с каким-то уродом, не от вас, а от Гринграсс?! И с какого такого перепою тебя на парней потянуло?! Ты же никогда… Что?! Драко вытаращился на Рональда, не веря собственным ушам. Да Уизли же натурал до самого мозга костей! Натурал и гомофоб! И вдруг парень в его постели?! Быть такого не может! Джиневра, наверное, всё не так поняла. Или Астория сильно переврала причину, по которой Уизли и Грейнджер расходятся. Астория, приезжающая к Драко вот уже третий год подряд и непонятно на что надеющаяся, хотя он ей прямо и доступно объяснил, в чём его проблема и почему им не быть вместе… Драко отступил к кромке берега и уселся прямо на землю, запрещая себе даже думать о том, что Рональд довольно привлекательный парень, хоть и не в его вкусе. Ему нравились брюнеты с хорошими манерами, знающие толк в хороших винах, высокой кухне, умеющие поддерживать непринуждённую беседу и увлеченные работой. — Ты уверена, что никогда? Рыжий явно смеялся, но смеялся невесело. Джиневра зарычала. — Не пытайся мне даже намекать на твою влюбленность в моего жениха! Слышишь, Рон? Я не полная дура, чтобы в это поверить. Ты ценишь Гарри, любишь его, но не как парня, иначе вы давно были бы вместе. Я была там, когда вы устроили вечер воспоминаний, и всё слышала. И даже приняла его подростковую влюбленность в тебя, хоть это и ранило моё самолюбие. Что у вас с Гермионой? — Работа. Её работа, моя работа, и её амбиции. Мы слишком разные, чтобы она была счастлива, а ещё мы слишком рано поженились. Амортенция такая забавная штука, Джин, ты не представляешь. Амортеция и афродизиак. — У тебя же аллергия на амортенцию, братец. Да ты просто идиот! — Есть немного. Но обошлось же. Драко обернулся и увидел, как Джиневра шагнула к брату и крепко его обняла. Он не понимал, что вообще здесь забыл. Уизли вполне были способны разобраться со своими трудностями сами, а ему, по-хорошему, стоило остаться в ресторанчике и наслаждаться вкусным ужином. И всё-таки, что произошло у четы Грейнджер-Уизли? — Останешься на игру? — С радостью. Но на завтраке появился Патронус Поттера и потребовал, чтобы блудный друг прибыл на родину. Немедленно. * * * В третий раз они встретились в Англии в декабре. Драко тогда только-только начал встречаться с Пьером и, несмотря на это, уже сомневался, что у них выйдет что-нибудь путное: Пьер хотел удовольствий, праздника, романтики, пьяного секса в туалете гей-клуба, встреч и расставаний, в то время как сам Драко мечтал о стабильности и семье. Он вырос из погони за адреналином, тусовок в клубах всю ночь напролёт и бесконечной романтики. Нет, романтика — это чудесно, особенно в начале отношений, но ему уже исполнилось двадцать пять и хотелось просыпаться в своей постели отдохнувшим и в объятиях любовника, чтобы можно было заняться неспешным сексом, потом пойти вместе в душ и приготовить завтрак, а не искать протрезвляющее зелье, чтобы только ко второй половине дня почувствовать себя человеком. К чёрту такую «романтику»! Она легко могла стоить карьеры, не дав ничего взамен. Да и нужен ли ему вообще Пьер? Красивый, увлечённый фотографией и историей богатый парень был слишком взбалмошным и импульсивным. Мальчишкой, несмотря на то, что был старше Драко на целых три года. Секс с ним, правда, был весьма неплох, но больше точек соприкосновения у них не было. Пьер даже квиддич не любил, несмотря на то, что познакомились они после матча. Драко покачал головой, отпил чай и уставился в окно, за которым шёл дождь со снегом. Погода была унылой под стать его настроению и исправляться не собиралась. Унылая, серая слякоть, гололёд и каша на дорогах. Домой, однако, не хотелось, потому что дома его ждал очередной скандал от так и не смирившегося с его выбором работы и партнёров отца, требования взяться за ум, перестать чудить и жениться. Как будто он мог. Как будто ориентация — то, что можно выбрать по желанию. Драко никогда не нравились девушки. В том самом смысле не нравились. — Какие люди и без охраны! Привет, Малфой, — и, не дожидаясь приглашения, на лавку напротив тяжело опустился Рональд, взял меню, ткнул волшебной палочкой на картинку с чаем и куском пирога с патокой. Драко одарил того возмущенным взглядом, отметив про себя слишком бледное лицо, тёмные круги под запавшими глазами и потрескавшиеся губы. Краше в гроб кладут. В какое дерьмо он снова вляпался? — Что ты здесь забыл, Уизли? Рональд беспечно улыбнулся, принял заказ от подошедшей ведьмы, отпил чай и только потом ответил: — Ты не поверишь, но тебя. Джинни с какой-то радости решила, что пригласить тебя в Нору на празднование их с Гарри помолвки хорошая идея. Придёшь? — Ты не ответил на мой вопрос, — нахмурился Драко. — Здесь вкусная выпечка. Эй, я не следил за тобой или что-то в этом роде! Я часто сюда прихожу, когда не работаю. Оправдывающийся Рональд выглядел смущённым и растерянным, но не злым, как можно было ожидать. Такой Уизли оказался приятной неожиданностью и показался Драко даже симпатичным. Ну вот, снова. Нет, этот путь ведет в никуда. Несмотря на то, что Рональд оказался не гомофобом — это не означало, что на него стоило смотреть, как на вероятного любовника. Вряд ли он сумеет оценить что-то подобное и не посмеяться. В конце концов, у них обоих была история. — Не работаешь? — Проклятие, — пожал плечами Рональд, запихивая в рот большой кусок пирога. А вот манеры его со временем совсем не улучшились, несмотря на четыре года брака с Грейнджер и престижную работу. Драко поморщился, глядя на смеющегося парня. Манеры? Несомненно, манеры. Грейнджер должна была его достать постоянным напоминанием о приличном поведении. Или Драко совсем не знает мисс Заучку. — Ты мог быть и аккуратнее на своей работе. Джиневра злится на твою безалаберность и погоню за адреналином. Вряд ли твои похороны перед свадьбой — предел ее мечтаний. А мне совсем не хочется видеть её расстроенной из-за твоей глупости. Рональд с громким стуком поставил кружку на стол и прищурился, внимательно глядя в глаза Драко, отчего тот с трудом сдержал желание поёжиться. Опасный, хищный, интересный. Чёрт бы его подрал! И Пьера, умотавшего в Германию на выставку магической фотографии, вместе с ним. У Драко в последнее время было слишком много проблем и слишком мало секса. Вон он даже на Уизли заглядываться начал, несмотря на то, что выглядел этот самый Уизли, как инфернал. — Трахнуть тебя, что ли? — протянул Рональд, подаваясь вперёд. Драко откинулся на спинку лавки и криво усмехнулся, чувствуя себя дико из-за их свернувшего куда-то не туда разговора. Вообще вся ситуация была дикой — начиная от присутствия Рыжего за тем же столом и заканчивая предложением, на которое неожиданно хотелось согласиться. — Уверен? Не боишься в процессе помереть? Мне совсем не хочется в Азкабан из-за того, что я тебя затрахал, и твоё сердце не выдержало. Рональд вытаращился на него, как на чудо света, а потом откинулся на спинку и расхохотался. Секса у них сегодня не будет. И лучше бы никогда не было. Драко смотрел на смеющегося Рональда, старательно давя в себе ненужное сожаление. Им обоим не нужен был этот роман, который обязательно приведёт к ужасным последствиям. — Ты кошмарен, Малфой, — заявил Рональд, отсмеявшись. — Хорошо, я учту твоё пожелание. — Я… О каком пожелании вообще шла речь? — Ты придёшь в Нору? — Приду. Джиневра мой друг, Уизли. Это много для меня значит. — Я передам сестре твои слова. * * * Празднование помолвки перенесли на Рождество, потому что рыжий балбес загремел-таки в госпиталь Святого Мунго, словив несколько проклятий на пороге своего дома буквально на следующий день после их встречи. Как выяснилось позже, нападавшие пытались взять его в заложники, чтобы надавить на Грейнджер, продвигавшую в Министерстве магии закон о равном статусе магов и существ. Очень неудобный для многих чистокровных закон. Заложником Уизли стать не согласился, устроив битву с тремя не самыми слабыми магами, и, как то и странно, даже вышел из неё победителем, свалившись под ноги прибывшей подмоге. Дня три он находился между жизнью и смертью, а потом, решив, что подыхать ему пока рано, пошёл на поправку. Медленно, но упрямо. Всё это Драко узнал от Джиневры уже после того, как кризис миновал и стало ясно, что её младший из братьев будет жить. У самого Драко в те дни был свой кризис отношений с отцом, требующим от него взяться за ум, жениться, произвести наследников и найти нормальную работу. Если насчёт работы Драко был с Люциусом согласен — ну, сколько он ещё полетает, прежде чем придётся покинуть большой квиддич? Год? Два максимум? — то жениться он не мог никак. Даже на влюблённой в него Астории: не хотелось прожить всю свою жизнь во лжи и насилии над собой. Странное дело, но Нарцисса в конфликт между Люциусом и Драко не лезла, предпочтя оставаться в стороне. — Драко, привет. Я рада, что ты пришёл, — широко улыбаясь, поприветствовала его Джиневра, когда он шагнул из камина в большую, но из-за обилия мебели кажущуюся тесной комнату. Следом за Джинни к нему шагнул счастливый Поттер и протянул руку. — Привет, Малфой. Джинни мне много рассказывала о тебе. Рукопожатие Гарри оказалось крепким, но без лишнего давления. Не состязание — уважение и спокойная уверенность в себе. Похоже, Поттер всё-таки вырос и научился слушать других людей. Драко улыбнулся. — Надеюсь, только хорошее? — Всякое. Но хорошего больше. Проходи. Рыжих было много, слишком много, чтобы запомнить каждого в лицо, даже если Драко и знал каждого Уизли, их супругов и детей по рассказам Джиневры. Долгим и зачастую восторженным рассказам: она любила каждого из своих родных такими, какие они есть. Иногда, слушая рассказ подруги о семье, Драко испытывал чувство стыда за свое поведение в прошлом. Но только иногда. — Ты знаешь, что я был немного влюблён в тебя в школе? — тихонько проговорил Рональд, садясь рядом с Драко на диван. Выглядел он в отличие от прошлого раза очень неплохо, лучился здоровьем и весельем. Драко насмешливо фыркнул: — В самом деле? — Ага. На восьмом курсе, когда ты на человека стал похож. Это было неожиданным открытием. Но ты сам же всё и испортил. Помнишь? Как то ни странно, Драко помнил. Восьмой курс в Хогвартсе был для него трудным — все эти суды, разбирательства, давление отца, паника матери, отвернувшиеся друзья — поэтому, когда Рональд в октябре стал провожать его долгими взглядами, Драко сорвался и наговорил кучу гадостей. Они даже подрались тогда, и гриффиндорцы растаскивали их в разные стороны, а Поттер потом целый месяц следил за лучшим другом, как коршун, не давая приблизиться к Драко. А уже на Рождество Рональд снова сошёлся с Гермионой, и больше они не расставались, поженившись сразу по окончанию Хогвартса. — Не думаю, что у нас могло быть будущее, даже если бы я не сорвался, — улыбнулся Драко, глядя как Гарри становится на колени перед Джиневрой и просит её стать его женой. Поттер любил красивые жесты и внимание публики, хоть многие и говорили о его скромности. Рональд хохотнул. — Красивая пара. Жаль, что Джиневра решила покончить с квиддичем, — заметил Драко. — А ты? — И я тоже. Года через два-три, если повезёт. Ты решил сойтись с женой? Не заметить Грейнджер, говорившую о чем-то с Артуром и, кажется, с Чарльзом? Да, Чарльзом, — было невозможно. Рональд повернулся, бросил короткий взгляд на бывшую жену и пожал плечами. — Не думаю, что это хорошая идея. Она сейчас счастлива с Чарли, так что я буду там совершенно лишним. Что у тебя с твоим мсье Пьером? Они продолжают прошлый разговор? Драко почувствовал, как сводит живот от страха и желания наплевать на всё и оказаться-таки в одной постели с непонятно чем руководствующимся Рыжим. С Пьером он всё-таки расстался, не найдя в себе сил поддерживать эту утомительную связь, но Рональд? Вряд ли у них выйдет что-то путное с этим адреналиновым наркоманом. Ну и чёрт с ним. В конце концов, Драко устал пытаться выстроить с каждым своим любовником серьёзные отношения. Может, стоит попробовать секс ради секса и не ожидать слишком многого? — А это точно хорошая идея, Рональд? — Не уверен. Но я хочу попробовать стать твоим. И сделать тебя моим. Что скажешь? — Прошу всех к столу! — громко заявила счастливо улыбающаяся Молли. Драко встал с дивана и направился следом за Уизли на кухню. Он определённо подумает над предложением. В том числе и над тем, как отреагирует отец, если он свяжется-таки с Уизли. Драко поймал вопрошающий взгляд Джиневры и широко улыбнулся. Даже если у них с Рональдом ничего не получится — почти наверняка не получится — подёргать дракона за хвост, как мотив для секса, идея заманчивая, хоть и сомнительная. Хотя, Рыжий вполне привлекательный парень… — И, Драко, я — Рон. Будем знакомы? — Будем.