Я (не) собираюсь вас спасать

      Мне не хотелось покидать комнату, но работа обязывала. Хоть я и предложила близнецам взять несколько выходных, сама периодически сидела в Выручай-комнате. Иногда даже вместе с Вэйном, наблюдая за тем, как он копается в земле. Неужели, это так интересно? — Агнес, — неожиданно сказал Хопкинс, пока я развалилась в кресле, прикрыв лицо старой газетой. — Тебя что-то беспокоит? — Почему ты спрашиваешь? — его вопрос удивил меня. — Ты сидишь здесь со мной, — жестко констатировал Вэйн. — Не то, чтобы я сильно против… Ладно, это напрягает. Ты поссорилась с Фредом? — С чего ты взял? — в этот раз я приподнялась на локтях. Вот же душнила. — Ну, ты избегаешь его и вы больше не занимаетесь, — он продолжал сажать клубнику, даже не обернувшись. — У нас не такого рода отношения, чтобы ссориться и избегать друг друга, — заваливаюсь обратно в кресло. В этой комнате приятно пахнет чем-то сладким и валерьянкой. — Я вообще-то тоже видел засос на твоей шее в нашу первую встречу, — готова поспорить, Вэйн закатил глаза. — Давай я выскажу то, что думаю, а ты послушаешь? — после моего измученного «мгм» он продолжил, — Мне кажется, вы нравитесь друг другу, но из-за ужасного характера не можете сделать первый шаг. А ты вдобавок ещё и не хочешь показывать другим свои положительные стороны, отталкивая людей вокруг. — Хочешь сказать, они у меня есть? — мне хотелось увести разговор в другое русло. — Не напрашивайся на комплименты, Агнес, — Хопкинс повернулся в мою сторону. — Ты и без меня знаешь, что, на самом деле, у тебя доброе сердце. Ты не бросила меня в беде, отдала большую часть прибыли и, хотя и спаиваешь учеников, следишь, чтобы никто не отравился. — Не путай предприимчивость с добротой, — я села ровно. Эти нравоучения меня утомили. — К слову, раз сказал про прибыль, зачем тебе эти деньги? — Ну… — он неловко замялся и снова отвернулся к грядке. — Моя мама тяжело болеет. Так бы я никогда не стал таким заниматься, а сейчас… ситуация вынуждает. — И сколько ещё нужно? — Боже, какая клишированная причина. — Около ста галлеонов, — голос Вэйна стал печальным. — Думаю посадить больше валерьянки, чтобы мы смогли продать всё, что можно. К концу учебного года точно соберу. — Скорее всего, — хмыкнула я. — А зачем тебе столько денег? — ещё один неудобный вопрос. — Я люблю деньги. Вот и всё, — мне хотелось, чтобы этот ответ его устроил. — Опять не договариваешь, — Вэйн вздохнул. С каким пор наш милаш-стешняш стал читать морали? Бизнес его разбаловал. — Ладно, забей. Делай, как знаешь. Уизли в любом случае поддержат всё, что ты задумаешь.       Эти слова стали для меня очередной неожиданностью. Даже большей, чем то, что у этого ботаника есть характер и он может говорить мне всё, что думает. Хотя он не церемонился и когда мы учили Травологию. Это казалось очередным его наивным бредом, однако я не могла выкинуть эту мысль из головы. Мне казалось, что близнецы сбегут от меня, как только заработают достаточно, но внезапно эта мысль испугала. Вести с ними бизнес было вполне комфортно, и я не хотела снова из говна и палок придумывать что-то новое.       Чтобы сохранить это мнимое равновесие, мне приходилось всеми силами стараться нормализовать нашу работу. Фред, словно разделяя мой настрой, больше не пытался поговорить или как-то изменить ситуацию в свою пользу, хотя его счетчик так и показывал 85%. Сначала это напрягало, но потом, раз ничего не изменилось, то я решила не забивать себе голову. Не раз замечала, что вокруг него полно девушек, которые сделают всё только ради его внимания. Напористость некоторых из них напрягала, но я была уверена — кто-то из них точно займёт моё место. Главное подождать ещё немного, не брать в рот леденцы Вэйна и не пить ничего крепче пива. Для меня это не было большой проблемой.       Экзамены неизбежно приближались, и я начала поддаваться всеобщей панике, как и многие мои однокурсники. Только они переживали о том, что получат низкие баллы, а я — что не пройду порог. Всё-таки как человек приземлённый, а ваша эта магия-хуягия вообще не моя история… К большому сожалению, сейчас это была как раз «моя история». Почему нельзя было отправить меня куда-то ещё? Никогда не поверю, что этот мир подходит больше, чем любая другая НЕмагическая вселенная. Ну, а если жизнь припрёт, стану фокусником. Или какой-нибудь местной ведьмой, которая умеет делать порчи на понос. Однако я всё ещё надеюсь, что смогу перевести свои сбережения в обычную валюту и купить акции.       За учебниками, уроками и работой время летело также быстро. Даже сказала бы, безжалостно. Следующий заказ сделали сами близнецы — они решили отметить своё совершеннолетие (к слову, здесь это семнадцать лет) и закатить лютую вписку. Но когда Уизли потребовали скидку, я показала им однозначный фак. Скидок не делаем даже для своих. Я не желаю выходить в минус только из-за их хотелок.       Но, не смотря на отказ в этой просьбе, они всё равно пригласили меня и Беллу на Гриффиндор 1 апреля. Картер была вне себя от радости и с самого вечера выбирала наряд, когда я сослалась на дела и просто сидела в Выручай-комнате с учебниками — да-да, в голове пусто, а жопа горит. К тому же, мне не хотелось усложнять и без того неоднозначные отношения с Фредом только из-за своей пьяной распущенности… А приглашён был даже Вэйн. Интересно, он сможет найти себе нормальную тёлочку? А то его зелёные «девочки» явно намекали на то, что кроме них у него вряд ли появится кто-то ещё… не зелёный. — Бэка, — сказала я, когда голова уже опухла от этой бесящей Истории магии. Я сидела в кресле с включенной лампой. Свет был приглушен. По комнате расплывался едва уловимый запах вина, которое мы начали изготавливать в начале марта. — Какова вероятность, что я сдам эти экзамены? — Вероятность успеха 60%, — ответила Система, немного подумав. Такие расчеты стали её новой плюшкой. — Показатель меняется в зависимости от ваших усилий. Если бросите учить сейчас, он снизится до 20%.       Я недовольно взвыла, ведь уже не первый раз намекаю ей на то, что хочу бросить это гиблое дело. Вот даю слово, как только сдам эти чертовы СОВ, положу такой огромный болт на учёбу, что даже Флитвику страшно станет. Иногда он приходит в такое отчаяние от моей успеваемости, что угрожает отвести к МакГонагалл. А поскольку мне вообще не хотелось лишний раз пересекаться с этой страшной тётей, я старалась учиться как могла. Оценки стали немного лучше, но Гном Гномыч продолжает заёбывать своими лекциями. Может поменять конфетки в его пиале на столе? Так, для профилактики. — Бэка, это всё утомляет меня, — я отбросила книжку за пятый курс в сторону. — Ты говорила, что я могу добиться цели любой ценой, так почему я должна сейчас это учить? Мне скучно. — Вам скучно, потому что вы сидите здесь одна, — ответила она с усмешкой. — Однако до конца вашего одиночества осталось 30 секунд. — Что? — её слова даже как-то испугали, и в этот самый момент дверь открылась. На пороге стоял Фред в дурацкой красной рубашке, от которой рябило в глазах. — Почему ты пришёл? — К тебе, — он ответил весьма емко. Кажется, Уизли уже нажрался вдрабадан. — Зачем? — вопрос звучал глупо и наиграно. В ответ Фред шаткой походкой направился к моему креслу. — Агнес, — рыжий снова произнёс моё имя с томным придыханием, оперевшись руками на мягкую спинку кресла. От него разило крепким алкоголем, и я почувствовала себя неуютно. По крайней мере, можно дотянуться до этого толстого учебника по истории. — Почему ты не пришла? — Я… мне надо учиться, — дёргаюсь, когда Уизли проводит рукой по моей щеке. Тёплая. — Кого ты обманываешь? — его лицо приблизилось к моему, отчего горячее дыхание обожгло кожу. — Ты просто пытаешься избежать того, что мы начали в прошлый раз.       Это было правдой лишь наполовину — смотря что именно он вкладывает в это «то». — Ты пьян, — сейчас было сложно найти что-то очевиднее этого. Я приложила руку к его щеке. — Если сейчас наговоришь глупостей, то потом сильно пожалеешь. — Ты такая вредная, Агнес, — Фред резко проявил какое-то ребячество и сел на ковёр, положив голову на мои ноги. — Это только доказывает, что ты странная… — Тогда просто иди к другой, — слова вырвались сами собой, словно это терзало меня изнутри. — Так тебе будет проще унять свой интерес… — Не говори ерунды, — Уизли сильнее прижался ко мне, слегка приобняв голени. — Мне сложно представить, чтобы во всей Англии был ещё кто-то, кто может волновать меня, как это делаешь ты.       Я хмыкнула и, поддавшись порыву, пригладила его растрепанные волосы. Он точно знает, что моё эго падко на такие «сладкие» речи, однако в них не чувствовалось фальши, как в прошлой жизни. Это подкупает настолько, что я теряю своё рациональное хладнокровие. Фред за эти месяцы смог немного разбудить во мне то, что так глубоко спрятано в сердце. Однако это не означало, что я не смогу запихнуть эти чувства обратно. Тогда мне никто не сможет причинить боль. — Ты пьян и пожалеешь об этих словах, — но я решила хоть немного оттянуть этот момент и продолжила перебирать рыжие пряди его волос. В тёплом свете лампы они были похожи на бронзу. — Я не смогу ответить тебе тем же. Никогда. — И что? — его голова вжалась в мои колени. — Агнес, ты постоянно говоришь неприятные вещи, а потом всё равно делаешь по-другому. Поэтому я не поверю не единому твоему слову и сделаю так, как посчитаю нужным. — И что ты считаешь «нужным»? — его слова снова меня удивили. Что за детский сад? — Ну… — Фред наконец-то поднял на меня взгляд. — Если прямо сейчас не усну, то поцелую тебя и лягу спать на этот диван вместе с тобой.       Хотелось спросить «и всё?», но решила лишний раз не нарываться на то, о чём также могу пожалеть. Ведь я уже жалела, что не могу оттолкнуть его от себя и перестать смотреть в эти карие глаза. Они отливали золотом, словно передо мной был какой-то самородок. Никогда до этого я не считала его глаза настолько красивыми, чтобы признаться в этом самой себе. — Лучше проспись, — я резко убрала руку, которую он тут же схватил и потянул на себя. В одно лёгкое движение Уизли приподнялся и прислонился к моим губам. От неожиданности рот, приоткрылся, позволяя ему углубить небрежный поцелуй. От нехватки воздуха я замычала и слегка толкнула его в плечо — эта беспардонность не знает границ. — Так, — прикрываю рот рукой, притягивая к себе колени. — Прекрати. Это… было забавно какое-то время, но теперь зашло слишком далеко. — Да, да, — Фред сымитировал «болтовню» рукой и поднялся на ноги. На удивление, не шатаясь. — Я уже говорил, что ты вредная? — Раз пять, — констатирую это как факт. — Ты вообще понимаешь, что я тебе говорю? — Наверное, — рыжий легкомысленно махнул рукой, и диван сам собой разложился. Комната быстро сообразила на нём подушки и одеяло. Нет, он точно издевается надо мной. — Я же уже сказал, что буду делать так, как посчитаю нужным. Ты вообще понимаешь, что я тебе говорю?       Уизли насмешливо улыбался, от чего я начинала закипать. Он прекрасно знает, что мне ненавистно, когда мои слова игнорируют, и всё равно это делает! — Ты меня достал, — почти в прыжке поднимаюсь с кресла. Но стоило мне сделать шаг в сторону двери, Фред взял меня за запястье и притянул к себе. Через мой глухой вскрик он грохнулся на этот чёртов диван, вынудив лечь прямо на него. — В твоей пьяной башке совсем ничего нет, кроме опилок!.. — И чё? — его левая бровь приподнялась. Теперь он крепко держал меня за талию. — У тебя вообще-то тоже. Если ты не знала, я видел твой последний тест по Травологии… — Ой, всё! — я начала сильнее вырываться, но Уизли не собирался сдаваться. — Знаешь, что я сделаю, если ты меня не отпустишь?! Раздолблю конфеты Вэйна тебе в чашку, а когда ты словишь передоз — наделаю компромата! — Боюсь, боюсь, — Фред откровенно рассмеялся. — Оставь это на будущее для кого-нибудь другого.       Пока из моей головы уже исходил пар от недовольства, он устало зевнул. Уизли таким же легким движением развернулся и положил меня на диван рядом с собой, прижав к себе правой рукой. — Спи, Агнес, — он пригладил мои волосы. — Утром ещё расскажешь, какие изощрённые махинации ты успела придумать. — Не дождешься, — только и смогла я пробурчать ему в грудь. От него всё также пахло алкоголем и каким-то одеколоном, который успел раствориться в его естественном запахе.       Я ещё какое-то время вертелась, пока не поняла, что это бесполезно. Фред тихо засопел, и мне ничего не оставалось, как угомониться и принять ситуацию. С одной стороны, можно было бы сильно пихнуть его в одно уязвимое место, но я почему-то не решилась и на это. Мне было… спокойно, хоть и душно. Очевидно, Фред не позволит себе лишнего, стоит только закрыть глаза.       Спустя какое-то время он выпустил меня из своей мёртвой хватки, но я не ушла — просто укрылась одеялом по самую шею и заснула.       Сновидений не было. В Выручай-комнату через несколько окон проникал солнечный свет. В воскресенье он был не такой противный, как утром понедельника. — Вау, Агнес, — раздалось прям над ухом. — И не стыдно тебе затаскивать пьяных парней к себе в постель?       Я медленно повернула голову в сторону, где полу боком вальяжно развалился Уизли. Но мои глаза полезли на лоб от того, что его яркая рубашка была полностью расстёгнута, оголяя торс и полоску рыжих волос под пупком, уходящую вниз. — Чё? — только и вырвалось у меня. От моего недоумения его улыбка стала шире. — Ты прикалываешься? — Какие приколы, Агнес? — Фред притворно удивился. — Нет, я конечно хотел наутро после своего дня рождения проснуться в одной постели с какой-то девчонкой, но не думал, что это будешь ты… — Ну ты и пидорас! — не выдерживаю и бью его подушкой по лицу. — Всё, иди на хер. Сил нет слушать твои бредни…       Этот порыв был больше похож на истерический припадок, но тогда я почувствовала себя настоящей идиоткой, которая поверила в эти долбанные 85% над его макушкой. От скопившихся за ночь эмоций я продолжила херачить его этой самой подушкой, желая в конце концов задушить надменного придурка. — Так, — его голос стал властным. Фред навис надо мной, прижимая мои запястья к простыне. — Тебе настолько не понравилось спать со мной?       Я не успела ответить на это очередной гадостью. С тихим скрипом дверь открылась, шаркающей походкой вдоль стены тащился Вэйн. Вид у него был пугающий: волосы растрёпаны, кофта порвана в нескольких местах, галстук на плече, очков нет и, кажется, с этого расстояния я могла разглядеть на его щеке помаду. Мы замерли, неотрывно наблюдая за его «победным» маршем. Хопкинс даже не повернул голову, продолжая идти в сторону своих грядок, где был проход в его личную комнату. — Сделаю вид, что не заметил, — только и прохрипел Вэйн, с грохотом закрывая за собой дверь.       Я какое-то время смотрела ему вслед, совсем забыв в каком положении оказалось. Интересно, он потом расскажет мне об этой ночи? Или его накроет приступ амнезии? — Как думаешь, он наконец-то нашёл себе нормальную девушку? — словно прочитав мои мысли, спросил Уизли. — Хотя бы на один вечер… — Надеюсь, она была не в зелёном, — этот вопрос интересовал меня не меньше. — А то уже фетиш, получается. — Я бы совсем не удивился, — Фред хмыкнул и снова повернулся ко мне. Он весело улыбнулся, быстро чмокнул меня в лоб, от чего я нахмурилась. У него вообще есть какая-то логическая цепочка в голове? — Пора вставать, Агнес.       После этих слов рыжий спустился на пол и потянулся. Я смотрела на то, как Уизли идёт к столику с графином чистой воды и думала: «а чё это, блять, вообще было?».       Чтобы больше не встречаться с ним взглядом, отвернулась к стенке и укуталась одеялом с головой. Слипающиеся глаза снова погрузили меня в короткий сон. Однако, когда я снова открыла их, в комнате уже никого не было.       Эта ситуация не имела колоссального эффекта на наши с Фредом отношения, как и всё до этого. Подобный «ни к чему не обязывающий флирт» вполне подходил моему стилю жизни, хотя я чувствовала, что Уизли стал мягче и больше не срывался на обидные колкости. Мы продолжали гнать сэм и вино, варить пивасик, поднимая кэш на чужих зависимостях. Вэйн так и не рассказал нам, что произошло на тусе близнецов, однако Джордж видел, как он зажимался с какой-то блондинкой. Расследование так ничего и не выявило, поэтому мне пришлось снова сесть за блядские книженции.       Экзамены подкрались незаметно. Я ненадолго «отошла от дел» и продолжила подготовку (на самом деле просто отсыпалась в своей кровати), оставив бизнес на пацанов. Это было сложным решением, которое далось мне не легко. Но мысль о том, что эта блядская параша закончится за две недели, грела душу. Только вот уже первый экзаменационный листок ввёл меня в самый настоящий ступор.       В Большой зал равноудалено поставили около сорока парт. Над головой престарелых экзаменаторов висели громадные часы, которые безжалостно тикали. Между рядами сновали учителя, заглядывая на колени сидящий. И уже через двадцать минут и пять вопросов я поняла, что нахожусь в полной жопе. Вопросы казались незнакомыми. Ещё через десять минут меня начала накрывать паника. Чем я вообще занималась всё это время? — Бэка, — процедила я сквозь зубы, оглядываясь по сторонам. — Бэка, блин!       Снейп обернулся, заставив меня пригнуться. Вот сучка! Молчит, когда нужна больше всего! — Звали? — наконец-то отозвалась Система. — Бэка, помоги, — снова тихо пробурчала я. — Очень тебя прошу.       Она как-то ехидно хмыкнула, намекая на то, что без неё мне не выжить в этом бренном мире, и реально начала диктовать ответы. Я поспешно записывала каждую формулировку как из учебника. Завершить успела минута в минуту с окончанием таймера, при этом тяжело выдохнув, мои лоб и шея покрылись испариной. А это был только первый день и История магии, что я задрачивала полгода. Ещё никогда в жизни не писала так быстро, да ещё и пером! Теплилась надежда, что это смогут разобрать при проверке.       Бэка, как гугл, ответила и на другие экзаменационные вопросы. С одной стороны, я была ей безумно благодарна, с другой — крыла матом, ибо она не сказала, что так можно было сделать изначально! Эта компьютерная баба обвела меня вокруг пальца и заставила учиться! Она даже подсказывала мне на Зельеварении и других практических экзаменах, хотя я не была уверена, что это не «наёбка для уёбка» и ответы правильные. Словно самый первый сайт с решением на контрольную, откуда списывает весь класс, а потом у всех поголовно два. Но я всё-таки надеялась, что моя подружка не умеет врать.       После последнего тестирования 23 июня своей победной походкой шагала в сторону Выручай-комнаты, чтобы громогласно заявить о том, какая я умная и вообще пидзатая девочка. Более того, хотелось предъявить, что такого щедрого и образованного руководителя эти соплежуи больше никогда не встретят. Однако увиденное заставило меня засунуть злорадство себе в одно место. — Агнес, — аккуратно сказал Джордж. — Как последний экзамен? Знаешь, у нас тут… небольшая проблема.       Эта самая «проблема» валялась за его спиной в странной позе и, кажется, хотела блевануть на ковёр. Но это было не так страшно, сколько ещё обдолбанных школьников я увижу в этой жизни? К сожалению, это был не просто рядовой школяра, а один из чемпионов турнира.       Седрик Диггори вырисовывал пальцем какие-то узоры на ковре, и это испугало меня ещё больше, потому что никакого рисунка там не было. Сложнее далось осознание того, что почти через сутки этому укурышу идти на последнее испытание «защищать честь школы».       Я ловила ртом воздух, ища в глазах близнецов хоть какое-то объяснение, но в их неловких лицах его не было. Вот и оставила детей одних на две недели. — Пиздец, — только и смогла выговорить, опуская взгляд на чемпиона, что теперь пытался сделать «берёзку». Он точно не отойдёт до завтрашнего утра.       Испытание «Убить нельзя помиловать» Бизнесу игрока угрожает опасность! Спасите его за сутки, не привлекая внимания посторонних. При провале игроку может грозить наказание вплоть до лишения свободы сроком на три года. Возврат к исходной точке будет невозможен. — Пиздец, — ещё раз вызвалось у меня. Теперь точно, приплыли.