Хозяин леса

Утром Костя наколол дров, принес воды, помог убрать в доме, почистил хлев у коз и только к полудню осознал, что просто тянет время. Ему не хотелось идти в лес, пусть он и обещал. Соломин глянул на безоблачное небо и решительно направился к бабушке. – Дай мне что-то, чем можно угостить медведя, и пару бутербродов с собой, – попросил он Прасковью. – Ты с Игнатом пойдешь? – обеспокоенно спросила бабушка. – Один. Так надо, – покачал головой Костя. – Поверь мне. – Я тебе верю, но ты мой внук, и я за тебя волнуюсь, – беспомощно вздохнула Прасковья. – Я не могу по-другому. Соломин обнял женщину крепко и надежно и заверил: – Я вернусь до темноты. Я вернусь, обещаю. – Не обещай того, что не только от тебя зависит, – попросила бабушка, но послушно принялась собирать еду и ему, и хозяину леса. А Костя же принялся заваривать крепкий сладкий чай, решив, что тот, кто заперт в виде медведя, кофе мог никогда и не пробовать, а по чаю, может быть, и скучает. Хозяин леса был здесь еще до того, как старый Игнат застрял в Яблоновке. Лес встретил его тишиной и какой-то особой мрачностью. Соломин даже замялся: нехорошее предчувствие холодком прошлось по спине. Костя уже понял, что тут нельзя игнорировать ощущения и знаки. Он было отступил, решив перенести визит на следующий день, но увидел медведя среди деревьев, и решительно пошел к хозяину леса. – Привет, – поздоровался Соломин. – Я вернулся, как обещал. Давай зайдем чуть дальше? Я не хочу, чтобы нас кто-то побеспокоил. Хозяин леса всхрапнул и пошел сбоку, чуть впереди, словно бы ведя за собой. Костя не возражал: в этот раз ему было все равно, куда они идут. – Я тебе вновь принес подношение. Даже банку горячего чая прихватил. У бабушки нет термоса, но я её обмотал своим свитером. Чай не должен сильно остыть – если мы не будем идти несколько часов, конечно, – сообщил Соломин, решив, что хозяину леса может быть приятно просто слушать обращенную к нему человеческую речь. Возможно, от этого станет ему не так одиноко. Медведь издал странный звук – что-то среднее между хрюком и рычанием, а затем остановился у большого удобного пня. – Ты выбрал отличное место для пикника, – кивнул Костя и достал две банки прошлогоднего еще варенья, положил два пакета: один с вареными и чищеными яйцами, другой с бутербродами; а затем торжественно поставил на самую средину пня ёмкость со сладким чаем. Сев на самый край, Соломин закрыл глаза и спросил: – Как тебя зовут? Ответа не последовало, но вполне себе человеческая рука сжала его ладонь. – Ты не можешь говорить? Если да, то сожми мою ладонь дважды, – попросил Костя. И тут же почувствовал два быстрых и осторожных пожатия руки. – Тебе нравится, что я с тобой разговариваю? – спросил Соломин и улыбнулся, почувствовав утвердительный ответ. – Я уточняю, потому что волнуюсь и от этого меня тянет болтать всякую чушь. Ты любишь чай? Руку быстро сжал вновь дважды, а затем Костя услышал звук глотков без лакания. – Бутерброды тоже тебе, – сообщил Соломин. – Я все равно хочу узнать твое имя. Давай я буду перечислять буквы, а ты сожмешь мою ладонь, когда услышишь ту, на которую начинается твое полное имя, согласен? Заручившись положительным ответом, Костя начал перечислять буквы в алфавитном порядке и вскоре остановился на букве «г». – Удобно, – сообщил Соломин, задумавшись. – Я не много мужских имен знаю на эту букву. Глеб? Георгий? Гавриил? Геннадий? Прости, больше имен я не могу вспомнить, будем и дальше гадать по буквам. Через минут пять Костя сложил нужное и сказал: – Приятно познакомиться, Гордей, я – Костя. Соломин не открывал глаз, чувствуя себя в безопасности в этом проклятом лесу. Он был уверен, что хозяин леса не позволит ничему плохому случиться с ним. Гордей ответил двойным пожатием, словно бы утвердительно отвечая на вопрос. – Я понял, тебе тоже приятно, – сделал свои выводы Костя. – Ты изначально был человеком? В ответ Гордей пожал руку один раз. – Медведем? – удивленно спросил Соломин. Последовало вновь одно пожатие. – А кем? – растерялся Костя. – Оборотнем? Вновь одно пожатие. – Обещаю, сегодня вечером я изучу славянскую мифологию получше и продолжу тебя расспрашивать, а пока я в тупике, – честно сказал Соломин. Его невидимый собеседник дважды сжал руку, подсказывая, что ответ есть в мифологии или хотя бы может там быть. Костя улыбнулся и принялся рассказывать о себе, просто развлекая Гордея. – Ты знаешь, как отсюда выбраться? – спросил Соломин вдруг о самом важном и, почувствовав два пожатия, продолжил: – А мне расскажешь? Хозяин леса не сжал руку ни один раз, ни два. – Ты не можешь рассказать? – спросил Костя и получил положительный ответ. Соломин замолчал, размышляя, а затем уточнил: – Гордей, а сейчас, если ничего не изменится, можно уйти отсюда? Хозяин леса сжал руку один раз, а затем погладил большим пальцем по запястью, выражая сочувствие, и Костя кивнул: – Что-то в этом районе я и предполагал. Можно мне потрогать твое лицо? Хочу понять, как ты выглядишь. Гордей дважды сжал руку, а затем протянул ладонь Соломина к своему подбородку. Костя хмыкнул, сообразив, что было глупо об этом просить: все, что он смог понять, ощупывая лицо хозяина леса – это то, что перед ним мужчина с двумя глазами, носом, с короткой бородой и ртом. Но лицо точно было человеческим. Это было странно, ведь Соломин уже понимал, что стоит открыть глаза, как все изменится и Гордей вновь превратится в медведя. – Я ничего не понял, – честно сказал Костя. – Гордей, я сейчас открою глаза, устал сидеть с закрытыми. Мы можем продолжить разговор, когда я тебя вижу? Хозяин леса отрицательно пожал руку, заставив Соломина задуматься. Костя провертел в голове разные варианты, а затем спросил: – Медведь не совсем ты? Гордей сжал ладонь дважды, подтверждая догадку. – Но он мне безопасен? – спросил Соломин. Хозяин леса ответил положительно. – Тогда давай так: я открою ненадолго глаза, заведу на мобильнике будильник, чтобы успеть уйти из леса до темноты, а потом продолжим разговор, – предложил Костя. Гордей потянул ладонь Соломина и положил её на плечо, чтобы тот почувствовал, как хозяин леса пожал плечами. Костя рассмеялся и, отметив для себя, что его собеседник был без рубашки и его рука коснулась горячей кожи, озвучил своё предположение: – Ты не знаешь, что такое мобильный и будильник? Хозяин леса подтвердил догадку Соломина, и тот открыл глаза. Медведь тихо фыркнул и замер, рассматривая Костю, смешно сидя на пне. Глянув на время, Костя поставил будильник и закрыл глаза, держа телефон в руке, пояснив уже для Гордея: – Это мобильный, мобильный телефон – аппарат, с помощью которого можно общаться с людьми, что находятся далеко. Но не в этом месте… Мобильник создан при помощи технологий, а они оказались бессильными против магии этого леса. А будильник – это функция подавать звуковой сигнал, когда наступает определенное время. Телефон – вещь многофункциональная, например, тут есть фотографии – это изображения, что хранятся на память, но нарисованные техникой, а не человеком. Хозяин леса взял руку Соломина и принялся по ней водить пальцем, словно бы пытаясь что-то написать. – Щекотно! – рассмеялся Костя и затем, сосредоточившись, озвучил: – П… Первая буква. Вторая «о», а третью я не могу понять… Давай я буду перечислять буквы, а ты остановишь меня, когда я угадаю. Вскоре Соломину удалось составить слово «покажи», и он, уточнив, что показать нужно именно фото, сообщил: – Я открою глаза, затем зайду в галерею и закрою их вновь. Чтобы листать фотографии, нужно просто будет вот так провести по экрану. Готов? Гордей согласился, и Костя открыл галерею, где было много его собственных фотографий, немного маминых, несколько блюд, виды города, коты и немного сохраненных фото. Открыв папку с именно сделанными фото, чтобы Гордей не увидел ничего шокирующего, Соломин закрыл глаза, протянув мобильный в темноту: – Ничего особо интересного ты там не увидишь. У меня была не самая насыщенная жизнь. Хозяин леса погладил по руке, словно бы говоря: «Ничего, мне все интересно». Костя принялся рассказывать о своем университете, чтобы Гордею было понятно, что за странное помещение с множеством парней и девушек он увидел, а затем предложил: – На телефоне можно писать – правда, тебе это явно будет непривычно. Я принесу в следующий раз блокнот и ручку, чтобы ты смог мне ответить. Ты ведь умеешь писать? Хозяин леса дважды сжал руку. – Вот и отлично, – обрадовался Костя. – Я не представляю, сколько всего не высказанного в тебе накопилось. Я бы не смог жить столетия без общения. Гордей чуть слышно тяжело вздохнул, давая понять, что и ему это одиночество давалось очень сложно. – Чем ты вообще целыми днями занимаешься? – спросил Соломин. – Медведем живешь? Хозяин леса лишь один раз сжал руку, сообщая, что это не так, и Костя предположил: – Когда тебя никто не видит, ты становишься собой, Гордеем? И тут же получил два пожатия в подтверждение. Соломину стало тошно, едва он представил, как этот человек бродит по этому лесу совсем один, никому не нужный и всеми давно забытый. – Можно глупый вопрос? – спросил Костя. Хозяин леса дважды сжал руку, явно решив, что даже глупый вопрос лучше, чем тишина. – Твоя одежда давно истлела? – спросил Соломин и, получив подтверждение, продолжил: – Я принесу тебе одежду и обувь, но не знаю, какой размер ты носишь. Думаю, ты и сам понятия не имеешь. Ты выше и крупнее меня? Двойное пожатие. – Я сниму кроссовок, а ты померь его; если будет мал, сожми руку один раз, если велик – дважды, если подойдет, что вряд ли, сожми руку трижды, – решил Костя и принялся разуваться, не открывая глаз. – Жаль только, вымыться перед одеванием тебе негде. Гордей взял Соломина за плечо и сжал один раз. – Так… Есть где мыться? – уточнил, не поняв ответ, Соломин. Хозяин леса стиснул плечо дважды. – Тут есть озеро или речка? А мне покажешь? – спросил Костя. – Никто мне не говорил, что тут есть водоем. Гордей пожатиями пообещал, что сводит. Соломин снял левый кроссовок и извинился: – Прости за его состояние. После походов по лесу он не мог остаться чистым и аккуратным. Через пару минут Хозяин леса сжал руку Кости один раз, сообщая, что обувь ему мала. Соломин задумался и решительно сообщил: – Я приду завтра, но одежду не принесу. Вначале мы узнаем твои размеры, потом я найду, во что тебе одеться. Но бритву, если хочешь, и гель для душа, а также шампунь принесу. Это то, что нужно для того, чтобы помыться. Я расскажу, как пользоваться. И палатку со спальником! Я постараюсь сделать твою жизнь максимально комфортной. Что тебе еще нужно? Я готов гадать по буквам. До самого звонка будильника они общались, а когда заиграла музыка, Костя тяжело вздохнул: – Мне пора. Но завтра я приду пораньше, обещаю. Теперь я точно уверен, что должен был прийти сюда. Гордей благодарно сжал руку Соломина, и тот открыл глаза. Медведь опустился на четыре лапы и повел Костю к выходу из леса. – Знаешь, ты тоже не обычный зверь, – сообщил уже хищнику Соломин. – Для простого зверя ты слишком умен и огромен. Мне кажется, что простой бурый медведь раза в полтора меньше тебя. Медведь фыркнул и посмотрел в сторону Кости с любопытством, а затем пошел вперед. Как и обещал, Соломин домой вернулся до темноты. Поздоровавшись с Прасковьей, Костя предупредил: – Бабушка, я сейчас буду собирать вещи, но это не значит, что я собираюсь уходить. Я их просто обещал одному хорошему человеку. – Кому? – спросила Прасковья, наблюдая за тем, как внук мечется по дому, складывая в одном месте странные предметы. – Я не могу сказать, – обнял крепко бабушку Соломин. – Доверься мне. Просто доверься. У кого-то тут есть палатка и спальник? – Я попрошу у Игната, – задумчиво протянула Прасковья. – Попроси временно, – кивнул Костя. – Я напишу маме, пусть она мне их купит. Потом вернем Игнату его имущество. – Костя… Ты собираешь то, что может пригодится кому-то в походе… Скажи честно, ты все же передал весточку своей девушке, и она к тебе приехала? – осторожно спросила бабушка. – Нет, – рассмеялся грустно Соломин, понимая, что личной жизни теперь у него точно не будет. – Это мой друг. Но он не застрянет тут по моей вине, обещаю. – Хороший друг, раз ради тебя пришел сюда. Пусть у меня живет, я не против, – пожала плечами Прасковья. – Нет, не нужно так, – чуть покраснел Костя, понимая, что сейчас действует так же, как его мать. Врет, пытаясь защитить бабушку. Соломину почему-то не хотелось рассказывать правду о Гордее хоть кому-то. Костя не понимал, почему, но тут он привык больше опираться на предчувствие и инстинкты, чем на разум. Пока это приносило неожиданные, но плоды. – У меня есть идея – может, безумная, – остановился Соломин, задумчиво смотря на бабушку. – Я хочу её проверить. Потом, позже, я тебе все расскажу. Ты ведь шьешь? – Бывает такое, – кивнула Прасковья. – У тебя есть такой метр, мягкий, которым меряют талию? – спросил Костя. – Ты про швейный метр? – уточнила бабушка. – Да, про него. Он мне нужен на один день, а потом я тебе его верну, – кивнул Соломин, доставая небольшой котелок, который можно было греть и на костре. – А его можно я совсем заберу и пару коробок спичек тоже? – Можно, – кивнула Прасковья, пытаясь понять, что происходит и что именно задумал её внук. – Спасибо! Ты лучшая бабушка на свете! – отозвался Костя, крепко обняв ту. – Ты меня очень выручаешь.