Атака цветом

      Прекрасная по меркам Аддамсов погода за окном омывала двуликий витраж частыми каплями. Дождь великолепно сочетался с музыкой, льющейся из старого магнитофона, и с щелчками клавиш-клапанов печатной машинки. Идеальный тихий шум и творческий покой. Уэнсдей была почти счастлива, в своем особом понимании этого слова, но, как часто бывает, счастье не длилось долго.       В общую для двух девочек-противоположностей комнату влетел вихрь пастельной радуги в лице жизнерадостной волчицы. На ней был отвратительный (по мнению будущей писательницы) розовый свитер в цветочек и юбка, одновременно сочетающаяся и абсолютно не подходящая к верху образа. — Хей, соседка! Опять ты сидишь безвылазно в своем углу? Может, все же попытаешься приобщиться к социальной жизни Невермора? — девушка упала на кровать, смотря со своей излюбленной (смущающей) улыбкой на Уэнсдей. — Я скорее выпью яд, чем займусь чем-то настолько бесполезным, — незамедлительно последовал ответ. Энид лишь пожала плечами, никак не смущённая резкостью подруги. Это уже обычное дело, было бы странным не привыкнуть за месяцы сосуществования под одной крышей. — Зачем пожаловала? — лицо мрачной девушки почти ничего не выражало, но близко знакомый с ней человек (или изгой) мог бы понять при желании, что она раздражена больше обычного, ведь ее творческий порыв прервали наинаглейшим образом. Так и о сне можно забыть нарушителю. Новая смотрительница общежития ещё не успела обвыкнуться и легко смогла бы пропустить попытку убийства перед своим длинным носом. Близорукая и рассеянная, она стала великолепной жертвой для обидных, но неопасных шуток учеников. — О, да так… Вспомнила кое о чем, — хитренькая улыбка Энид испугала бы Уэнсдей, если бы не хладнокровность готичной девушки. Может, лишь чуть-чуть напрягла. — Ты же знаешь, что слово надо держать? Не воробей и всё такое… — оптимистичная волчица чуть ли не тряслась от предвкушения. — Я, конечно, люблю пытки, но не такие и не надо мной. Говори, в чем дело, не тяни, — Аддамс раздражённо сложила руки на груди в защитном жесте. — Ну… Помнишь, ты говорила, что скорее покрасишься в розовый, чем попросишь у мамы совета? Мне об этом одна птичка нашептала, — глаза мрачной девочки округлились в неприсущем ей приступе эмоциональности. — Так вот, я купила краску и выкроила нам время в ванной комнате. Слово нужно держать! — блондинка захлопала в ладошки от радостного предвкушения. — Нет. — Как нет? Ну пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! Хотя бы пару прядей!..       И мало Уэнсдей такого удара, так еще и взгляд у оборотня был такой… Слащавый что ли. Даже названия не подобрать. Наверное, такими глазками змеи смотрят на мышей, ласково прося их залезть в пасть. Ужас. Может, она все же врет и на самом деле сирена? В противном случае младшая Аддамс без понятия, как объяснить тот факт, что через час на ее голове было отвратительное гнездо спутанных волос и краски, над которыми пытались колдовать Энид и Вещь (грязный предатель). — Больно, но в наихудшем смысле. Уверена, даже снятие скальпа будет намного приятнее. Это хотя бы весело. Скорее всего, после я позорно спрыгну с самой высокой башни Невермора. Головой вниз, чтобы кровь окрасила мои волосы в приятный глазу цвет, — в лёгком шоке пробормотала Уэнсдей, стараясь не смотреть на себя в зеркало. «Зато родителей инфаркт схватит, когда они это увидят. Да, это почти того стоит, » — улыбка тронула уголок ее губ, делая выражение лица девушки зловещим. Маниакальным. — Ты такая красивая! А когда мы закончим, будешь вообще принцессой, — счастливо произнесла Энид, заприметив в отражении смену выражения лица подруги. — Ты хочешь, чтобы меня вырвало? Может, хотя бы это сделает твои вещи чуть менее… — Аддамс обвела взглядом выполненные в пастельных тонах расчески, заколки и еще много подобных мелочей для «наведения красоты», очень заманчиво лежащих перед ней. А ведь если взять шпильку и воткнуть ее в глаз под определённым углом… Только вот в чей, она пока не решила. — Раздражающе-приторными. Ты будто диснеевскую принцессу ограбила. — Ну не бурчи, подруга, у меня тут есть резиночки и в твоем стиле. Специально для тебя покупала! — Сейчас лопну от счастья. И заберу этим взрывом вас двоих за собой. В Ад. — Будь хорошей психопаткой и посиди какое-то время без попыток сбежать. Если не хочешь, чтобы все плохо прокрасилось, или от волос ничего не осталось. Будешь похожа на пугало. — Тогда я хотя бы смогу сбрить оставшиеся после экзекуции пряди и стану похожей на дядю, а не на внебрачного ребенка единорога и феи Динь-Динь, — но вопреки своим словам и недовольному виду, Уэнсдей не сдвинулась ни на йоту, лишь угрожающе впилась тяжелым взглядом чёрных очей в соседку. — Ну не ворчи, всего лишь пару локонов красим! Ну, надеюсь, что выйдет… — волчица с подозрением, смешанным с испугом, оглянула хаос на голове подруги. И с нетеряемым оптимизмом продолжила свое занятие под чуть слышный обречённый вздох.       Но неизбежное нагрянуло и свалилось крупнокалиберным градом на голову младшей Аддамс, когда все было готово, и девушка посмотрела в зеркало. Она выглядела просто отвратительно (считала так лишь она сама на данный момент), но в самом плохом из возможных трактовок этого слова. Ее голова была похожа, на… Тут даже слов литературных не подобрать. Несколько прядей превратились в странных розовых змей, выглядящих инородно среди привычной черноты. А потом взгляд упал на выражение лица Энид… Пустота вместо сердца писательницы тихо ёкнула и пустилась в лихорадочный пляс. Внешне это никак не проявилось, лишь на щеках проступил чуть сиреневатый румянец, который можно было легко спутать с аллергией на краску. Родители наверняка сразу же забили бы тревогу, решив, что их грозовая тучка подхватила что-то неприятное даже по меркам Аддамсов. С парнями не бывало таких странных сбивок, а тут из-за соседки, которая первое время была ужасной занозой. Занозой, от которой совершенно теперь не хочется избавляться.       Мозг, скованный новыми для Уэнсдей чувствами, был не в силах переварить довольное щебетание соседки, только уловил что-то про красоту и позитив. Какие неприятные слова. Может, она и правда заболела? Точно, это все влияние цвета. Цвета, которым полна прекрасная Энид. Он заразен и подобен чуме. Надо срочно придумать вакцину против него. Она сделает услугу миру, если научится химическим путём устранять такие неполадки. Может, и люди быстрее бы развивались. Хотя тогда подруга перестанет быть… Такой. Наверное, в начале их знакомства, Аддамс обрадовалась бы такому повороту событий, но сейчас что-то агрессивно протестовало внутри нее. — Это… Мерзко, но я вытерплю, — наконец-то спустя минуты неловкого молчания отвисла девушка и подала голос, чуть охрипший от тишины и сухости во рту. — Если что, купим тебе парик! Наверняка кто-нибудь занимается созданием париков, если есть странные люди, делающие чучела в свадебных нарядах, — подбадривающе улыбнулась волчица и отпустила на волю свою подопытную, чтобы приняться за самый неприятный этап преображения — уборку. А соседка же поспешила вернуться в свой чёрно-белый уголок, чтобы посредством писательства и музыки реабилитироваться после полученного стресса.       Эмоции — слабость, и как не ей об этом знать.