Отблеск глаз, цвета серебра, что я запомнил навечно

      Златый взгляд внимательно наблюдал за сероглазым парнем. Ему не интересно то, о чем говорят правители других земель, ему интересен лишь он. Его фигура стройна, лицо чуть остро, а на переносице очки полумесяцы, за которыми серые глаза, что похожи на отлив какого-то самоцвета. Пиковый король медленным движением поправив выбившиеся фиолетовые пряди, что мешали обзору. Как давно он начал чувствовать нечто новое к этому серому самоцвету? Ранее они держались на расстоянии. Возможно это было связано с тем, что в пустоте они отражали лишь главные свои черты характера. Таким образом, Ромео казался ему тем еще любвеобильным нахалом, но стоило им оказаться в пустом, карточном мире, так он удивил восьмого. Остриг волосы по уши, сделав небольшое каре, поменял стиль одежды. Теперь, вместо надоевшего розового пиджака, на нем красовался белый костюм, а из розового были лишь его волосы, да цветок розы на груди. Как только он заполучил власть над генератором, то стал расчетливым, неспешным, будто обдумывал каждый шаг. Пику стоит признать, что и сам он изменился. Перестал выпускать весь свой гнев на кого попало, стал более сдержанным и... Открытым? Еще в пустоте он никогда бы не подумал, что подружится с седьмым, они ведь противоположности, даже несмотря на то, что их карточный ряд идет по порядку. Впрочем, в нынешнем положении розовый как-никак помогал ему больше всего. — При виде серого внутри все трепещет и сердце бьется сильнее? - В легком удивлении, вскинув бровки, Ромео поправил бокал, заставляя содержимое в нем легонько дрогнуть. — Именно, и я не понимаю отчего вдруг... - Прикрыв глаза, ответил ему Пик, лежа перед ним на диване. — А раньше такое было? - с долей интереса спросил розовласый, отпивая сока. — Раньше? До карточного мира? Выждав мгновение, парень задумался, а что он чувствовал к серому?.. По сравнению с другими он выглядел необычно. Куромаку, Трефовый Король и обладатель серебряных волос, что постоянно были уложены. Его пепельный взгляд всегда был скрыт за стёклами очков. И даже не видя их, стоит лишь представить его силуэт, как сразу вырисовывается очертание, не совсем высокого, но статного мужчины. Ответом на вопрос, стал внезапный багрянец на смуглых щеках Пикового, не сдержав легкого смеха, Ромео поставил бокал на поверхность стола и положил голову на свои пальцы. — Интересно... То есть ты влюбился в Куро, даже сам того не осознавая? — Чего! Вовсе не влюбился, - эти слова заставили парня подняться и опровергнуть их. - Это... Это другие чувства! — Пикуш, не обманывай себя, - расплывшись в улыбке, Червовый Король решил пояснить все на пальцах. — Твое поведение, это проявление чувств к нему. Ты не до конца сам это осознал, но однако факт на лицо. Вы долгое время были вместе в пустоте, да и общались только с друг другом. Меня, Зонтика, Вару и Феликса вы презирали - слабые, глупые и громкие. Вару постоянно шалил, Зонт плакал, Феликс истерил, ну а я... Ты знаешь, - не собираясь придавать своему характеру значения, парень продолжил. — Бубновые молчали, замкнулись и будто бы телепатией переговаривались. Вот и остались вы вдвоем. — Ага, но тебе напомнить, каким я был до карточного мира? - сев, Пик впился во взгляд кареглазого, что казался легким и расслабленным. Естественно, ведь эта проблема не его. — Ты был импульсивным и грубым, а Куромаку холодным и тихим, вы дополняли друг друга, каким-то образом находя темы для разговоров. — Но я не чувствовал тогда ничего, почему сейчас... - проиграв в этой битве, Пик с горечью отвел золотой взгляд в сторону. — Потому что наконец можешь расправить крылья и понять иные чувства, - от топтания на месте заболела голова, и, потерев лоб, Ромео откинулся на спинку стула. - Я же говорил, мы все были скованы всего одной эмоцией, ну двумя может... А тут, тут я наконец могу перестать быть влюбленным дурачком. А ты влюбился! В словах Ромео был смысл и была истина, просто она давалась Пику с трудом. А также в воздухе повис вопрос, на который даже у Ромео не было ответа: "Как сделать так, чтобы Куромаку обратил на него внимание".       На этом они и разошлись. Сколько прошло времени Пик не считал, однако он до конца ничего не предпринимал, да и незачем было. Куромаку не выходил на связь долгое время, а когда вышел попросил собраться на собрание. Зачем — Пик до конца не понимал, но пришёл, и даже раньше остальных. В белом зале, где находился белый стол да восемь стульев, никого не было, кроме серовласого парня, что склонился над чертежами. Заинтересованно оглядев Трефа с ног до головы, Пик мерными шагами прошел к нему, заглядывая через плечо на бумагу. Синими чернилами были выведены сложные слова, цифры, буквы, а посередине возвышалась неопределённая машина. Погруженный в свои раздумья, Куромаку даже не заметил приблизившегося Короля, пока тот не подал голос. — У тебя ошибка тут. — Где?! - недовольство так и било из него, да какие ошибки, он не мог их совершить, это неправильно. — Вот тут, в расчётах. — Пик протянул свою руку под его и показал пальцем на вычисление. — Не может быть, - уставший взгляд оглядывал расчеты, не понимая, о чем говорит Пик. — Может, серый, может. - положительно закивав головой, парень взял в свою руку его пальцы и ими тыкнул в решение. — Сто пять умножить на тринадцать, будет тысяча триста шестьдесят пять, а не шестьдесят два. Тут же оттолкнув его руку, парень склонился над решением, пересчитывая. — Ты не очень свежо выглядишь, секунду, - оглядевшись, он подошел к месту Ромео и из выдвижного ящика в столе, достал небольшое зеркальце. Оно было украшено камнями и позолотой, а ручка имела небольшие завитки, будто лианы. — Куромаку, глянь на меня. Недовольно цыкнув, серовласый лишь зачеркнул неправильное решение и написал верное. Однако Пик не отставал от него, продолжая настойчиво называть имя Трефа. Терпение не железное и резко подняв голову, он собирался уже сказать пару "ласковых" Пиковому, когда перед его взглядом предстал уставший взгляд, что был скрыт за стеклами очков. Волосы взъерошены, щеки впали, а под глазами синяки. Прикрыв рот, Куромаку отвел тусклый взгляд, тут же начиная приглаживать пряди. — Мне кажется, ты нуждаешься в теплой кровати. - положив зеркало на белую поверхность стола, Пик сложил руки на груди. — Не нуждаюсь, - спорить от усталости не было сил, но он точно хотел настоять на своем. — Давай, отменяй свое собрание и иди в свой Куроград. - Пик явно не хотел слушать его, но и Куро не особо желал ему повиноваться. Кто этот Пик такой, чтобы указывать второму, что делать. — Ведешь себя неподобающе, - развернувшись, парень вновь устремил свой взор на бумаги. — А ты упрямо... Прям как я, - сев на стул, Пик положил руку по щеку, внимательно следя за состоянием паренька. — Не сравнивай нас, мы разные. — Разве? — Именно! - Куромаку резким движением развернулся к нему лицом, у него аж ноздри раздувались от негодования. Никогда еще его так не оскорбляли. — Тебе напомнить, о чем мы разговаривали в пустоте? - особо не паникуя, расслабленно спросил Пик. — Нам было хорошо вместе, мы даже на валетов не обращали внимания... С какой минуты, он начал наслаждаться личиком Куромаку? Он и сам не может ответить на свой вопрос. То как он поднимает брови, как строит их домиком и как тонкие пальцы трут веки. — Ты от меня не отстанешь? - худая рука потянулась за видеофоном, набирая несколько номеров сразу. — Именно, отменяй и иди спать. Для нас время ничего не значит, мир ограничен и спешить нам некуда. Отстранившись от стола, Пик встал со стула направившись на свою тропинку. Даже не попрощавшись, он заставил Куромаку в непонимании смотреть ему вслед.       После этого и начались странности. Какие? Ну например, каждый месяц к Куромаку приходил Курон с цветами. — Ваше Величество, снова цветы у вашего порога. Вновь без подписи и какой-либо открытки. Это утомляет, заставляет тяжело выдохнуть и потереть лоб в непонимании. Сняв очки, Куромаку оценивающе оглядывает серое пятнышко вместе с белыми цветами. За все время, он уже порядком устал от них, но теперь... Их не хочется выбрасывать. — Поставь в воду и убери в какую-нибудь комнату. - отмахивается парень, тут же нацепляя на нос оправу очков и устремляя свой взгляд на экран монитора. Цветы не виноваты в том, что их дарят тому, кто в них не нуждается. Только вот, Куромаку не может отбиться от мысли, что это достаточно приятно. А еще странное поведение Пика, он стал внимательнее и заботливее, что ли... Это определенно мешало работе, и избавиться от иногда заносчивого парня, не представляло возможности. Только вот спустя год своих мучений, Куромаку начал понимать, что он как-то и не хочет, чтобы Пик уходил обратно на свою территорию. С губ златоглазого могли срываться комплименты, ласковые словечки, что зачастую бесили и Куромаку в негодование пытался прогнать его.       За годом сменялся год, и Ромео довольно наблюдал за тем, как Куромаку в легком раздражении, но принимает цветы. С его уст срываются язвительные словечки, наподобие: "Зачем мне этот веник; И снова Лилии - никакой фантазии; Прекрати дарить мне то, в чем я не нуждаюсь!". Куромаку отрицал то, как ему приятна забота Пика, но принимал еë. А ведь началось все с неприметного общения и ядовитого состояния Куромаку и с каждым месяцем Пик усмирял его все больше, наконец подминая под себя, словно большой и жирный кот.

Кажется у них все будет хорошо.