Маленькие причуды

Новый меч удобно лежал в руке, легко вращался и рубить таким направо и налево вообще обещало стать одним удовольствием. Бониэль довольно провёл ладонью по лезвию — он не особенно разбирался в магических металлах, но Шарн сказал, что меч волшебный, а сомневаться в его словах пока не приходилось. Виоле интересовался ещё более приземлёнными вещами: с любопытством запустил пальцы в ювелирные украшения и драгоценные камни: знал в них толк. Напавшие на их небольшой отряд бандиты грудой мёртвых тел высились из ближайшего сугроба, пока разношёрстная компания авантюристов делила то, что им досталось «в наследство». Со стороны разбойников, наверное, казалось, что двое слабеньких, невооружённых чудаков вкупе с единственным громилой мало что могут им сделать, но они явно не рассчитывали нарваться на магов и привыкшего к местным суровым реалиям закалённого бойца. Пока Виоле делил деньги, Шарн торчал около костра и скрупулёзно разбирал другие интересующие его вещи: в телеге грабителей обнаружились книги. Вряд ли они принадлежали им, скорее уж какому-то невезучему бедолаге, который, возможно, сейчас лежал в сугробе такой же безжизненный, как и его убийцы. Бониэль не особенно понимал, чем таким его приятеля цепляло всякое бесполезное старьё, но относился к этому с толикой уважения, хотя и не без скептицизма. Колдуна, конечно, также волновало количество доставшихся ему золотых, но зачастую только его интересовали книги. — Чего ты там нашёл? Магия? — пробасил воин, хлопнув его по плечу. Шарн вздрогнул, вскинул голову как испуганный ворон, но солнечно улыбнулся, поймав взглядом широкий довольный оскал друга. — М? Нет, просто история, — он неловко заправил за ухо выбившуюся из хвоста прядь волос. — Интересная? — Бониэль мгновенно заглянул в книгу. — Для тебя, наверное, не очень, — усмехнулся тот. — Даже картинок нет. — У меня есть воображение, — буркнул варвар, тут же выхватывая из чужих рук книгу. Шарн прикрыл ладонью рот, но вежливо промолчал. Бониэль же, зацепив взглядом пару строк, быстро понял, почему тот прячет усмешку: книга была научная. Ну или по крайней мере таковой выглядела: что-то о культуре и обычаях варварских племён разных стран. — Было бы здорово получать побольше таких трофеев, — вздохнул волшебник, щёлкнув ногтем по книге. Бониэль хотел было задать встречный вопрос, когда их отвлёк возглас Виоле: — Шарн, подойди! Тут что-то магическое, проверь! — Если это шутка про хуй, я тебя прокляну! — отозвался тот. Он неловко фыркнул и спрыгнул с телеги, оставив воина в одиночестве. Бониэль проводил взглядом узкую спину, пытаясь осмыслить фразу про трофеи: по его мнению, трофеев с их приключений было более чем достаточно. Шарна, однако, интересовали явно другие — может, поэтому он ходил вечно потерянный и не особенно радостный. Варвар снова направил взгляд в книгу, пытаясь понять, что же там было такого, что интересовало мага. Это даже не являлось волшебным свитком. У Бониэля вообще в последнее время были проблемы с тем, чтобы адекватно оценивать действительность: он очень много всего забыл. Шарн выглядел посреди плавающей памяти островком стабильности: только в нём сейчас воин был уверен, хотя, судя по всему, сам Шарн не был уверен в себе. Бониэль придерживался мнения, что о «своих подчинённых» надо иногда заботиться, особенно о тех, что жертвовали собой ради него. Варвар невольно покосился на книжку в руках.

***

Вдох-выдох. Всё под контролем. Ничего ужасного не происходит. Шарн ощутил, как у него нервно начинает дёргаться глаз, так что стал забивать трубку, изо всех сил стараясь абстрагироваться от шумящей вокруг него таверны. Можно было бы ещё выпить, но он подумал, что и так много пил в последнее время — лучше уж травить себя табаком, чем ещё раз мучиться от страшного похмелья. Головной боли у Шарна по жизни и без похмелья было достаточно: можно было сказать, что он сам и мигрень — понятия идентичные. Начиналась эта мигрень всегда при попытках вспомнить что-то о своём далёком прошлом, потому что ближайшее время он припоминал довольно неплохо. Но как он докатился до магических пактов, а следом и до долины Ледяного ветра, колдун не мог вспомнить никак. Он прекрасно отдавал себе отчёт в том, что отличается от обычных людей: слишком много всего его удивляло. Он никогда не видел полуросликов, был в лёгком шоке от некоторых культурных особенностей, абсолютно не понимал мелочей местного менталитета — он был здесь чужаком. Это читалось в его внешнем виде, в витиеватости речи, в жеманности манер и даже в каком-то пассивном желании выпрямить спину. Шарн делал вывод, что он был аристократом, но каким и где — понятия не имел. Его собственная фамилия ему ни о чём не говорила. Среди прочих приколов памяти где-то потерялся и Бониэль. Шарн ощущал к нему отчётливо тёплые эмоции, почему-то был уверен, что может повернуться к нему спиной без опаски, но совершенно не помнил, кто это и какую роль он играл в его жизни. Его это, впрочем, не беспокоило. До определённого момента. — Что такой красавчик забыл в такой дыре? Виоле подсел в своей обычной легкомысленной манере. Шарн подчас любил иногда подыграть этому агрессивному шутливому флирту, но сейчас лишь хмуро посмотрел исподлобья. — Большую часть своей жизни, я думаю, — слегка раздражённо произнёс он. — Чё случилось, птаха? — миролюбиво спросил маг воды. — Ты какой-то напряжённый в последнее время. Огня не подашь? Эльф красноречиво указал взглядом на самокрутку — Шарн лениво сделал в его сторону магический жест. Ему подумалось, что поделиться переживаниями не станет зазорным. В конце концов, это могла бы быть их общая проблема. — Мне кажется, Бониэль хочет меня убить. Виоле аж закашлялся, чуть не упал со стула. Волшебник похлопал его по спине, пока тот пытался отдышаться. — Что? — переспросил эльф. — Он же тебя обожает. После того, как ты его к жизни вернул, особенно. — Ага, мне тоже так казалось, — мрачно ответил Шарн, затягиваясь трубкой. — Но что-то, по ходу, изменилось. — С чего ты взял? — тот приподнял одну бровь. — Сходить с ума — твоя фишка, а не Бониэля. — Лучше бы я с ума сходил. Помнишь тот завтрак недавно, когда я ничего не съел? — И полдня ещё сидел как на иголках, — кивнул Виоле. — И? — Я в то утро проснулся весь в кровище, а рядом со мной в постели голова вепря отрубленная лежала прямо у лица, — волшебник скуксился. — Аппетитно, пиздец, — осторожно отложил свою форель маг воды. — С чего ты взял, что это он? — А кто ещё, ты, что ли? Медар бы разбудил меня, если бы это был кто-то чужой, — Шарн кивнул в сторону сидящего на спинке стула ворона. — И он ничего не сказал? Ну, в смысле, Бониэль. — Не-а. А сам я застремался спрашивать. — Застремался? — фыркнул Виоле. — Ну иди, сам спроси! — вспыхнул колдун. — «Бониэль, а почему ты заливаешь всю комнату кровью кабана, а его голову ставишь рядом с моей на подушку?». У меня ваще никаких гарантий, что следующей башкой на подушке не станет моя! — Ты так сказал, что теперь это реально плохо звучит, — эльф почесал затылок. — Да я сначала вообще списал это на какое-нибудь… не знаю, зимнее обострение. Но вчера он повторил этот финт уже с башкой гнолла, — Шарн отчётливо ощутил подступающую тошноту. — У неё аж язык ещё торчал. Я хотел как-то типа мягко уточнить, что это за херня, но он после драки с местными племенами такой злой был, что я подумал, огребу в тот же миг, — он скривился. — Я вот думаю, может, мне начать баррикадироваться на ночь? — Если у тебя нет какой-нибудь магической баррикады, то пизда тебе, — многозначительно произнёс маг воды. — А он, кстати, где? — Не знаю, я… блять, Виоле, он опять хуйню какую-то тащит! Шарн резко подскочил, глядя в окно — голос стал выше и в нём появились истерические нотки. Волшебник не видел, что именно несёт в руках идущий в сторону таверны варвар, но зато видел, что это что-то напоминающее голову с рогами, кровь с которой не капала только потому, что уже замёрзла. Маг воды тоже напрягся, сощурившись в окно. — Я сдохну сегодня ночью, отвечаю! — Не верещи раньше времени, — Виоле кивнул в сторону одного из столов. — Иди, затаись — я попробую с ним поговорить. — А если драка? — Ну, блять, тогда драться и будем. Может, его кто-то типа заколдовал или проклял, или ещё что. Шарн нервно покивал, быстро уходя за дальний стол и отворачиваясь спиной ко входу. Он на всякий случай подпёр лицо ладонями и прикрыл глаза, отпуская сознание в свободный полёт. Медар перепорхнул на краешек стола, чтобы было лучше видно, и взглядом выхватил заходящего в таверну воина. Тот был запорошен снегом, а его ноша при ближайшем рассмотрении оказалась головой йети. Колдун мимоходом подумал, что если Бониэль умудрился завалить в одиночку йети, то лично ему самому вообще поможет только чудо и никакая Королева его не спасёт. Виоле ловко перехватил на себя внимание варвара дежурным приветствием и кружкой эля. — Шарн у себя? — Бониэль повертел головой по сторонам, но, кажется, не обнаружил присутствия волшебника. — Не знаю, с утра не видел, — эльф усмехнулся. — Чё тащишь такое? Пожрать принёс? Тот выгнул белёсую бровь. — Как ты голову йети есть собрался? — Это голова йети? — колдун успел заметить, как у мага воды нервно дёрнулся уголок губ. — На кой чёрт ты её сюда притащил? Она тут всё провоняет, как только оттает. — Так Шарн просил. — Шарн просил?! На этих словах поперхнулся не только Виоле, но и сам Шарн. Благо ворон не мог кашлять. — Ну да. Он видел какой вечно потерянный ходит? Недавно прям так и сказал: «Вот бы побольше таких трофеев» — и книгу показал. — Какую книгу?.. — на лице эльфа было написано незамутнённое недоумение. — Как какую, вот. Воин достал из рюкзака книгу и с хлопком опустил её на стол. Пришлось заставить ворона подлететь чуть ближе, чтобы была возможность разглядеть текст, когда водный маг начал листать страницы. Судя по всему, Бониэль даже заботливо сделал несколько закладок внутри, которые начал объяснять. — Он же маг, вот, я нашёл трофеи для всяких ритуалов, — он ткнул пальцем в одну из закладок. — Вот, тут же прям написано. Бла-бла-бла, «ритуально в качестве трофеев приносят головы зверей или чудовищ». Звучит неплохо, — варвар недовольно упёр руки в бока. — Только ему всё ещё что-то не нравится, мог бы хоть поблагодарить. От Виоле раздался писк человека, изо всех сил сдавливающего хохот. Шарн почти физически почувствовал, как его уши начинают краснеть со скоростью пожара. — Так он это… — эльф аж сжал в руках покрепче кружку, пытаясь сдерживаться, — наверное, считает, что раз ты такой сильный, мог бы, наверное, кого-то страшнее из чудовищ убить. Волшебнику в этот момент изо всех сил захотелось клюнуть его куда-нибудь в ухо. Бониэль же расплылся в улыбке, полной чувства собственной важности. Правда уже спустя секунду напрягся. — Это мне за ледяным троллем идти, что ли? Нет? За драконом? По-моему, слишком жирно. Виоле открыл было рот, чтобы что-то ответить, но тут Шарн уже не выдержал: Медар с карканьем вцепился лапами в волосы эльфа. Воин, увидев знакомого ворона, издал довольное: «О!» — и аккуратно сгрёб его ручищей. — Отлично, ты-то мне и нужна, птица. Где там твой хозяин, веди. Из глубины зала таверны послышался глухой удар лбом о столешницу.