Моя маленькая тайна

Я тихонько спускаюсь по скрипящей лестнице в подвал. Плечо неприятно оттягивает тяжелая сумка, ощутимо толкающая меня в бедро при каждом шаге. Единственный источник света – чадящая керосиновая лампа, тусклого света которой хватает не более чем на пару метров. Тени причудливо прыгают по стенам, дрожа вместе с чахлым огоньком. Звуки моих шагов гулко распространяются в подземелье, отражаясь от каменных сводов. Стоит отдать должное праотцу – дом наш изобилует тайными коридорами, скрытыми коридорами, а уж о многоуровневом подземелье и говорить не стоит. Пыточные камеры, лаборатории, даже комната для занятий оккультизмом – все это скрыто под фундаментом старинной усадьбы. И вот, наконец, цель моего пути – чуть рассохшаяся, окованная железом дверь с тяжелым навесным замком. Рука ныряет в карман, и после недолгого промедления я извлекаю связку ключей. Самый маленький, чуть пострадавший от ржавчины, он совершенно не соответствует тому замку, который весит передо мной. Я улыбаюсь самым краешком рта, и вставляю ключик в скважину. Что-то клинит, и мне приходится помочь второй рукой. Сквозь скрежет металла я слышу тихое, но спешное движение в комнате. Улыбаюсь чуть шире – я справился с замком – и вхожу в помещение. На первый взгляд комната совершенно пуста, да только на полу стоит глубокая жестяная миска, заляпанная изнутри чем-то бурым. Я спускаю с плеча сумку и настороженно наполняю её кусками парного, сочащегося кровью мяса. Чуть толкаю её в глубь комнаты со смешком. -Мирра, выходи! В темноте сверкают глаза, отразившие слабый свет от лампы. Шорох неуверенных шагов – и моя девочка выходит в круг света. Как всегда я залюбовался ею – нежное, почти детское личико, которое не портит чуть испуганное выражение, водопад медовых локонов…Но не это главное. Величественный размах стального цвета крыльев, расправленных для балансировки, длинный, как у павлина хвост, состоящий из острых перьев. Моя сирена, мой боевой трофей! Я не смог удержаться и взял тебя в свой дом. Правда, держать мне тебя приходится вдали от любопытных глаз, но истинная любовь может выдержать и не такое, верно? Я вновь подталкиваю тебе миску с мясом, хоть при мне ты никогда и не ешь. Ты делаешь еще несколько неуверенных шагов мне на встречу, и коготки твоих птичьих лап гулко цокают о каменный пол. Твой лик полон мольбы и укора. Губы шевелятся, но ни звука с них не слетает. -Мирра, не смотри на меня так…Если бы я не отрезал тебе язык, мы не смогли бы быть вместе! Твое пение смертельно для простого смертного, ты же знаешь! Я протягиваю к тебе руки и делаю шаг на встречу. Ты отскакиваешь, и потоки воздуха от твоих крыльев заставляют меня на секунду зажмуриться. Я с тоской опускаю руки. Когда-нибудь ты поймешь, что по-другому мы не сможем быть вместе. Поймешь, и примешь мои чувства. Я разворачиваюсь к двери, собираясь уходить. Бросаю на тебя прощальный взгляд. Ты смотришь в сторону, сложив крылья. Я уже приоткрываю дверь, когда резкая боль взрывает мышцы спины, и острые птичьи когти врезаются в мою плоть.