История одной автозаправки

Сереже семнадцать. За окном тёплые летние сумерки. На носу выпуск из опостылевшего детдома и поступление в Москву. Парень не вылезает из-за стола, каждую свободную минуту он норовит открыть очередной учебник, обложиться бумажками с ног до головы и приступить к кипучей деятельности. Эта самая деятельность отнимает у него столько времени и сил, что порой Сергей даже не в состоянии доползти из комнаты до столовой. И несомненно, он и сейчас сидел бы за книгами, если бы не Олег, вернувшийся с тренировки, который просто стянул у него из под носа учебник по стереометрии (капец, Серый, это вообще математика или иностранный какой-то?) и, когда парень полез отнимать у него книгу, не придумал ничего лучше, чем кинуть ее через всю комнату, и что самое интересное, попал прямо в открытое окно. Серёжа замер. Где-то на улице послышался мягкий удар книги об асфальт. —Блять, Олег, ты издеваешься? А если бы он кому-нибудь на голову упал? А если порвался? У меня больше такого нет! Давай иди за ним! —Ладно, ладно!—примирительно поднял руки Олег. —Ну, переборщил немного, с кем не бывает—пробурчал он, уже выходя из комнаты. Сергей сел и постарался снова сосредоточиться. Получалось не особо. Он был на взводе. Как Олег не понимает, что от того, как он сейчас подготовиться, зависит их дальнейшая жизнь? Почему он относится ко всему так наплевательски? Того все не было, и Серёжа начал прямо-таки бесится. Наконец с улицы послышался голос: —Серый! —Что ещё?—раздраженно высунулся из окна тот, испытывая желание прибить Олега. —Я пропуск забыл!—лучезарно улыбнулось это лохматое нечто. Серёжа взвыл. Придётся нести этому долбоебу пропуск, потому что без него старая карга—вахтерша никого ни за что в жизни никого не пропустит. Ну и что, что Олег тут уже много лет живёт? Ну и что, что только что выходил? Правила есть правила! Серёжа, полыхая раздражением, толкнул дверь и остановился, вдохнув такой особенный, ни с чем не сравнимый запах лета. Как давно он не выходил из помещения? Наверное, неделю, а может и больше. Возвращаться сразу же категорически расхотелось. Хоть комната и проветривалась, это было совершенно не то, что стоять на свежем воздухе, ощущая лёгкий тёплый ветерок, треплющий длинные рыжие волосы, и слушая отдалённые визги и вопли детдомовской малышни, гуляющей на детской площадке. Сергей закрыл глаза и почти до конца слился с этой атмосферой, когда услышал голос Олега: —Ну наконец-то. А то ты совсем забыл, как кислородом дышать, Серёж. Знаешь, нахуй эти твои учебники, ты и так уже умнее всех, поступишь без проблем, слышишь? А такого лета у нас никогда, возможно, не будет больше. Надо каждый момент использовать. Пойдём погуляем? Серёжа посмотрел на Олега. Такого преданного, любящего Олега, который лишь заботился о нем, и в груди кольнуло чувство стыда за свое поведение. Сглотнув, парень кивнул. Олег просиял. Его губы сразу же растняулись в счастливой улыбке: —Я тут знаю место одно, нам обязательно туда надо. Рыжий не сопротивлялся. Пока они шли, на улице окончательно стемнело. Резные фасады домов смотрели на парней жёлтыми просветами окон. Горели фонари. Прохожих практически не было. Серёжа шёл рядом с Олегом и думал о том, что это, наверное, самый лучший день из всего лета, полного долбаных экзаменов и нервотрепки. Он любовался Олегом, его растрепанными каштановыми волосами, благородным профилем, мускулами, которые не скрывала чёрная футболка, его руками с красивыми длинными пальцами. Олег глянул на свое рыжее счастье, и, как будто прочитав мысли, взял парня за руку. В груди у того теплыми потоками разлилось счастье. Сергей шёл, чувствуя себя полностью свободным, и это давало ощущение небывалого покоя. Больше всего на свете Серёже сейчас не хотелось, чтобы Олег оказался прав, когда говорил, что такого лета у них никогда может больше не быть. —Пришли—сказал Олег через несколько минут. Они стояли перед автозаправкой, кажется, не работающей, потому что ни машин, ни работников видно не было. Серёжа недоумевал. Олег без лишних слов завёл того под крышу и притянул к себе, а в следующий момент прижался своими губами к его. Губы у Олега были мягкие и тёплые. Серёжа не ожидал, но тут же ответил на поцелуй, и сразу понял, как изголодался по нежностям. С начала экзаменов их личная жизнь отошла на второй план, и только теперь он понял, как ему не хватало Олега. Поцелуй был глубоким и долгим. Наконец Серёжа нашёл в себе силы отстраниться, чтобы спросить: —Олег, но почему... здесь? Что это за место? Олег улыбнулся и вывел его из-под навеса. На вывеске красовалось название когда-то процветавшей автозаправки: РАДУГА —Ты серьёзно, Волче? И только ради этого мы припёрлись сюда? Поцеловаться под этой надписью? —Ну почему только поцеловаться?—поведя плечами, улыбнулся Олег. И от этой улыбки у Серёжи внизу живота что-то сладко свело.                                    *** Небо над Питером чернело тучами, было холодно, хоть по прогнозу обещали тёплый летний вечерок. Но Сергей уже давно не верил прогнозам. Да ему впринципе давно уже было все равно, какая там погода на улице. После гибели Олега он как будто бы стал механическим, на него не действовали ни холод, ни жара. Молодой миллионер занимался благотворительностью. Прибыль, полученную от "Вместе", которая стала самой популярной соцсетью, он отдал на капитальный ремонт обветшалого здания своего детдома. Теперь оно стало довольно красивым и чистым, и Серёжу уже не тригеррили различные воспоминания из своего не самого лучшего детства. Он как будто похоронил их вместе со старым обликом этого здания. После этого гулять по знакомой с детства части города стало гораздо легче. Сергей вдыхал свежий летний воздух, но без какого-либо наслаждения. Ему ужасно не хотелось возвращаться домой, потому что там ему было решительно нечего делать. Поэтому мужчина бесцельно прогуливался по улицам, не испытывая практически никаких эмоций, глядя такие знакомые места города. Он пошёл вдоль шоссе и набрёл на какое-то полуразвалившееся сооружение. Кажется, когда-то это была автомобильная заправка. Сергей прошёл бы мимо, но его посетило какое-то странное чувство дежавю. Нет, не может быть... Или же все-таки может...? Он пригляделся и увидел проржавевшую вывеску. На ней ещё можно было разобрать буквы: РАДУГА Сережа детально вспомнил тот вечер. Глаза жгли солёные слезы. Грудь разрывала тоска. Что ж, Олег был прав. Такого лета у них больше не было, и уже никогда не будет.