Pluvia Insula

Джисон обожал холодные капли дождя, так приятно оставляющие свой след на разгоряченной коже. Он подставлял руки, ловил кончиками пальцев приятную влагу и потягивал носом тропический аромат. Этот остров, на котором они сейчас отдыхают с Минхо, был настоящей находкой для таких ценителей дождя, как Джисон. Да и в целом остров, который появился из ниоткуда около ста лет назад, казался фантастикой. Выросший буквально из-под земли, с приятным климатом и дождем, который накрывал остров после полуночи. Солнце не обжигало своими лучами днем, приятно согревая нежную карамельную кожу парня и придавая ей еще более красивый оттенок. Даже вся живность на острове была безобидной, никаких тебе ужасных пауков-убийц, которые готовы напасть на тебя под каждым тропическим листом, или змей, которые заползали в номер, затаившись по углам. Этот остров стал находкой, которой решил поделиться с миром один предприимчивый бизнесмен, его имя играло во всех заголовках, описывая мужчину в самых лучших красках. Даже сам Хан не удержался от того, чтобы отпустить несколько комплиментов в его сторону, когда он впервые за долгое время смог беспроблемно уснуть, убаюканный звуками дождя, который мелодично звучал, и руками бойфренда, приятно согревающими его талию под широкой футболкой. Температура на острове вечером опускалась до комфортной пятнадцатиградусной, когда можно было стоять в толстовке и это было достаточно тепло. Если бы Джисон мог, то он, не думая, переехал бы на этот остров, но тут не жил никто, кроме персонала, сменяющегося раз в полгода. Человек, выкупивший весь остров, поставил свои условия, взамен давая возможность насладиться его дарами. Люди, отдыхавшие на острове, могли свободно уезжать и приезжать, возвращаясь на остров вновь и вновь, а если бы люди заселили остров, то в нем не было бы того шарма, который есть сейчас. Остров бы захватили многоэтажки, пестрые вывески магазинов и офисные здания, которые бы портили всю флору и фауну. Если бы из-за них остров лишился своей главной достопримечательности в виде дождя, начинавшегося в полночь и заканчивавшегося ровно в восемь утра, то Джисон бы не пережил этого. Фантастика да и только. Сколько бы ученые не пытались разгадать феномен этого острова, у них ничего не получалось, но это на руку таким людям, как Джисон, которые просто хотят тихо провести свой отдых. У него такой роскоши с Минхо не было около года, все работа, дела неотложные, но в какой-то момент старший психанул, сказав, что купил путевки на тот остров, о котором младший без умолку говорил. Поэтому благодаря своему заботливому бойфренду он сейчас стоит и может наслаждаться всеми прелестями, которые только может предложить их оплаченный тур. Минхо подкрадывается тихо, запуская прохладные руки под толстовку и сразу же прижимаясь губами к виску. — Нравится? — Еще бы, — младший вздрагивает от контраста температур и покрывается мурашками. — Я рад. Старший телом ближе льнет к своему возлюбленному, медленно покрывая поцелуями правую щеку и поглаживая мягкие бока большими пальцами. Джисон голову откидывает на чужое плечо, подставляя шею под поцелуи, которые заставляют кожу сильнее гореть, отчего холодные капли ощущаются отрезвляющими на лице. Минхо улавливает сигнал, переходя поцелуями на подставленные участки кожи, и слегка присасывается к нежной коже, оставляя красноватый след после себя. — Ты бы хотел продолжить тут? Младший блаженно улыбается. Возможно, в один из вечеров к нему закралась такая идея, чтобы все его тело было покрыто каплями прохладного дождя, пока возлюбленный прижимался ближе, грея его своим разгоряченным телом, не давая замерзнуть и заставляя шептать какую-то бессвязную белиберду. Ли поднимает свой взгляд на домики, которые расположены не так близко, чтобы их могли услышать и детально рассмотреть, но все еще не настолько далеко, чтобы не заметить, что происходит на небольшой террасе. Старший уверен, что никто из них не сможет быть достаточно тихим, чтобы сквозь звуки дождя не было слышно пошлых стонов. — Ты же знаешь, что я не смогу делить тебя со зрителями? Это приватное шоу, — хихикает Минхо куда-то в шею, оставляя новый поцелуй на коже. — Знаю-знаю. Еще пару минут, хорошо? От парня веяло запахом сигарет, ясно почему его пальцы были прохладными, когда те так бесцеремонно пролезли под толстовку. Старший отходил от их временного дома, чтобы перекурить, но этот запах не смог выветриться так быстро, как тому хотелось бы. Джисон утверждал, что его даже порой заводит этот запах, на что Ли удивленно вздергивал бровь и все равно говорил, что скоро завяжет с этим делом, только ему нужно больше выдержки. Хан не торопил того, не только из-за того, что ему нравилось, ему вообще было сложно командовать кем-то, да еще и в таком деликатном деле, как никотиновая зависимость. В тот день, когда старший бросит курить, Джисон его поддержит и будет помогать, но сейчас он может повернуть голову и прижаться к прохладным губам партнера, мягко сминая их своими пухлыми, и почувствовать в своем рту привкус табака, оставшийся на чужом языке и теперь осевший на его. Одну руку младший кладет на щеку возлюбленного, нежно поглаживая, а вторую просовывает к себе под толстовку, накрывая нагревшуюся чужую ладонь. С Минхо все было знакомо, приятно, ничего лишнего, даже когда их отношения только начинали развиваться. Хан отрывается от губ в тот момент, когда его врасплох застигает гром. Испугавшись, парень чуть ли не подпрыгнул на месте, но его крепче прижали к себе, мягко поглаживая впалый живот. — Зайдем внутрь? Сердце бешено бьется, и Джисон заторможенно кивает, подталкиваемый чужими руками. Минхо идет за ним, держась на минимальном расстоянии только для того, чтобы была возможность передвигать ногами, и это всегда вызывает в младшем некие приятные чувства. Ему нравится чувствовать себя под защитой старшего. Их разница в росте не такая значимая, но она есть, и это только добавляет ощущение собственной хрупкости в надежных руках. Хану до безумия нравилось, когда Ли подходил к нему сзади и мог покрывать широкие плечи поцелуями, немного склоняясь для собственного удобства, нравилось, когда чужие небольшие ладони оказывались на плечах, показывая, что он рядом. Прикосновения были важной частью их отношений, они зарождались с несмелых касаний, постепенно перерастая в дружеско-заигрывающие, а сейчас имели совершенно иной оттенок. Каждое касание могло сказать больше, чем слова, настолько они были изучены друг другом, но это не делало их отношения скучными. — Ты уже подготовился? — А ты узнай, — Джисон берет чужую ладонь и кладет на свой пах, его полувставший член ощутим в широких штанах. — И ты ждал так долго? — старший смеется около уха, обжигая своим дыханием. Хан недавно был в душе, успев привести себя в порядок и подготовиться к особой ночи. Они взяли из дома несколько атрибутов, которые хотели вновь испробовать, но уже в незнакомой обстановке, привнося новые ощущения. Джисон затаил дыхание, когда чужая рука плотнее сжалась на пахе, а губы вновь нашли его шею, распаляя желание. Младший прижался так близко, как только мог, потираясь ягодицами о чужой пах и давая прочувствовать, что он сделал все как надо. Старший рывком снял чужую толстовку, оставляя Хана стоять в широких штанах, которые скрывали самый главный атрибут сегодняшнего вечера. Все еще оставаясь за чужой спиной, Минхо надавливает двумя пальцами на чужие губы, заставляя их приоткрыть, чтобы те погрузились в горячий рот. Джисон широко обводит языком короткие пальцы, обильно смачивая их собственной слюной. Возлюбленный ведет носом по чужой шее, вдыхая приятный аромат геля для душа, который все еще оставался на коже, хоть и был едва уловим. Ему хотелось растянуть эту ночь, как и каждую, которую они проводят вместе, но также хотелось скорее увидеть младшего обнаженным. Это не было новинкой, но Ли не может скрыть то обожание, которое сверкает в темных глазах, когда он вновь и вновь видит обнаженное тело, которое так податливо тянется к нему. Минхо вытаскивает пальцы из чужого рта, накрывая ими сосок и принимаясь покручивать бусину. Младший выпускает тихий стон, пересиливая собственное желание прикоснуться к паху, накрыть своей ладонью и хоть немного остудить пыл. Возлюбленный мягко цепляет зубами тонкую кожу на шее, чувствуя, как от каждого более сильного нажима зубами Джисон вздрагивает и цепляется ладонями за чужие бедра, прижимая ближе к себе, хотя, казалось бы, уже некуда. Ли вновь мягко подталкивает Хана руками, заставляя опуститься на широкую кровать, за которую было доплачено лишние пятьдесят долларов. Каждый сантиметр по-королевски большого ложа должен быть занят этим произведением искусства по имени Хан Джисон. Минхо снимает с себя всю домашнюю одежду, оставаясь в темных боксерах, скрывающих его возбуждение. Хан повторяет за старшим, но с одной разницей — под его штанами нет нижнего белья, только светлый пушистый хвост, который так правильно смотрелся между его карамельных разведенных бедер. Старший шумно выдыхает и сразу склоняется над Джисоном, опускаясь к его разведенным ногам и начиная их покрывать поцелуями, от тонких щиколоток до острых коленок, которые младший хочет свести вместе. Он никогда не смог бы привыкнуть к тому, как эти губы ощущаются на коже и как Минхо хитро глядит на него, зная о слабости младшего к такому ракурсу. Глаз тот не смеет отвести, наблюдая за тем, как старший поднимается все выше и покрывает внутреннюю сторону бедра легкими укусами, наслаждаясь легкой дрожью, которая ощущается на губах и под его пальцами. Старший обожает то, каким Хан становится в постели. Не остается той напускной вредности, которую он пытается показывать при других, мол дайте немного личного пространства да прикосновений поменьше. Минхо ведь знает, что младшему нравится, когда среди остальных его выделяют как самого важного, видит его улыбку, которую тот пытается скрыть, когда Джисону достается местечко рядом с возлюбленным. Между ними сейчас только растущее желание и несколько сантиметров, которые кажутся такими жалкими, и их хочется поскорее сократить, чем как раз занимается Хан. Его руки, которые нервно сжимали простынь в попытках не свести ноги от щекочущих прикосновений, тянутся к Минхо. Тот видит, как губы младшего невольно вытянулись, выдавая его желания, и это невольное действие заставляет его собственные губы дрогнуть в улыбке. — Я люблю тебя, — перед самым поцелуем шепчет старший и ловит своими устами легкую улыбку Джисона, который обвил того руками и ногами, стараясь прижать как можно ближе к своему телу. Это было видно в каждом действии старшего, в каждом взгляде. Даже когда младший не видел, он все равно наблюдал за ним, любуясь и наслаждаясь тем, что ему достался парень, который любит его точно так же. Младший проникает своим языком в чужой рот, нетерпеливо потираясь пахом. Минхо, который остался все еще в боксерах, наконец-то ощущает хоть какое-то прикосновение к себе и тихо шипит в поцелуй, легонько прикусывая джисонов кончик языка. Он не отличался железной выдержкой, что прекрасно осознавал его возлюбленный и чаще всего умело пользовался этим. Конечно же, они оба хотят перейти к самому главному, особенно младший, у которого в заднице пробка, и он хочет почувствовать что-то большее и прийти к разрядке. Старший разрывает поцелуй и просит Джисона поменять свою позу, на что тот недовольно стонет, но все же послушно становится на колени и укладывает голову на подушку. Спину немного тянет после всех пляжных активностей, которыми старший решил его порадовать, но он не будет жаловаться, желая быстрее получить то, чего он хочет. Минхо любуется видом, который ему открылся, хвостом, который медленно качнулся из стороны в сторону, когда Хан немного шире расставил ноги. Тот не удерживается от легкого шлепка по мягкой ягодице и чуть крепче сжимает пальцы на ней, слыша тихий вздох. Его пальцы проходятся под самым хвостом, оглаживая вход, и младший нетерпеливо стонет, он сейчас так чувствителен там. Ли тянет за хвост, наполовину вытаскивая игрушку и придерживая искусственный мех, наклоняется ближе к колечку мышц, которое растянулось вокруг самой широкой части игрушки. Минхо медленно проводит там языком, задевая металлическую игрушку. — Что ты… — начал было Хан, но сразу же тихо заскулил, когда старший повторил действие, но более уверенно, широко проходясь языком и чуть сильнее надавливая на игрушку, растягивая вход. Джисон крепко сжимает в руках подушку, закусывая губу и упираясь лбом в матрас. Минхо тянет на себя игрушку, откладывает ее в сторону и вновь возвращается к своему занятию, погружая язык в горячее и влажное нутро. Пальцы оказываются на чужих ягодицах, разводя их в разные стороны, чтобы дать себе больше доступа к действиям. На язык попадают первые капли виноградной смазки, которой младший не пожалел, а тот погружается все глубже под тихие всхлипы. Нижнее белье становится неприятно влажным, ноги сводятся ближе, когда из пухлых губ вырывается особенно громкий стон, стоит старшему ввести два пальца и направить их в нужном направлении. Парень не нуждался в дополнительной растяжке, но Минхо доставляло удовольствие то, как младший рассыпался под ним и слегка дрожал, стоило ему только надавить на простату пальцами. Джисон бормочет о том, чтобы старший поторопился, делает это так жалостливо, что глаза невольно закатываются. Отрываясь от задницы, Ли снимает с себя нижнее белье, брезгливо откидывая подальше, и кладет руку на собственное возбуждение, быстро проведя по нему несколько раз. Хан кладет одну ладонь на свою ягодицу, оттягивая в сторону, и чувствует, как капли смазки вытекают из него, стекая вниз по мошонке. Минхо крепче пережимает себя у основания, когда наблюдает за этим, чувствуя чужое нетерпение. Поднеся пальцы к чужому входу, старший погружает их вновь внутрь, но на этот раз с целью смазать себя, а не только чтобы подразнить младшего своими действиями. Джисон обреченно стонет, когда вновь чувствует только пальцы, а не горячую плоть внутри себя, и бросает быстрый взгляд на старшего, который уже размазывал смазку по своему члену. — Что такое, бельчонок? Младший кривит лицо от этого обращения и получает на это тихий смешок. Минхо надавливает младшему на спину, заставляя того прогнуться сильнее, и приставляет член ко входу, особо не церемонясь и входя сразу наполовину. Джисон стонет тихо, прикрывает глаза и отворачивает голову, падая ею на подушку, ставшую спасательным кругом. Старший останавливается ненадолго, привыкая к жаркому ощущению вокруг возбужденной плоти, и ведет ладонями по чужим плечам, задерживаясь на них подольше. Младший ведет бедрами назад, желая насадиться поглубже. Ли прислушивается к желанию и делает один глубокий толчок, входя до конца. Хан стонет громче, оставляя рот приоткрытым и чуть крепче сжимая подушку, казалось, что еще немного и от нее ничего не останется. Джисону не хватало рук возлюбленного, того ощущения, когда их пальцы сплетаются, они смотрят друг другу в глаза и отдаются чувствам. Минхо наклоняется ниже, оставляя несколько поцелуев на спине, и начинает медленно двигать бедрами, выходя наполовину и вновь входя. Спешить им некуда, у них еще вся ночь и все время мира, которое они хотят разделить вдвоем. Толчки размеренные, все для того, чтобы Ли мог оставить больше поцелуев по всей спине, насладиться всеми изгибами, на что младший открыто реагирует, мыча довольно. Руки старшего скользят по чужому подтянутому животу, поднимаясь к груди и медленно обводя напряженные соски. Когда пальцы слегка оттягивают одну бусинку, Джисон губу закусывает и хочет ощутить мягкие губы своего возлюбленного, а не терзать собственные. Он тянется к чужому бедру и слегка сжимает пальцы, призывая приостановиться, на что старший сразу же реагирует. Хан пользуется этим, медленно поднимаясь и сразу же прижимаясь своей спиной к чужой груди. Голову поворачивает и ловит чужие губы в плен, целуя страстно и с пылом. Минхо одной рукой придерживает того за шею, не давая возможности отвернуться, даже если бы тому хотелось, а второй рукой обвивает талию, вновь возобновляя движения, но теперь толкаясь немного быстрее, остро ощущая смену угла. Джисон свои руки не знает куда деть, запускает одну за голову старшему и вплетает длинные пальцы в темные волосы. Теперь была возможность прижать голову, показать, что не один только Минхо не хочет расставаться с чужими губами. Их зубы неловко сталкиваются, когда старший делает более грубый толчок и сразу же пытается извиниться, проходясь языком по белоснежному ряду. Хан слегка от губ отрывается только для того, чтобы немного перевести дыхание, и вновь начинает поцелуй, чмокнув растерянного старшего, который пытался сфокусировать взгляд на лице, находившемся слишком близко. Шея начинает немного ныть, но Джисон упорно не хочет прерывать поцелуй, вновь занимать свой взор разглядыванием подушки и находиться дальше от возлюбленного. Минхо убирает руки от чужой шеи, перемещая их на низ живота младшему и ощутимо надавливая, отчего тот вздыхает в поцелуй. Ли, довольный реакцией, оставляет легкий поцелуй на виске и прекращает двигаться, заставляя младшего свести брови. — Просто сменим позу, хорошо? — мурлычет старший и выходит из горячего тела. Джисон чувствует огорчение от чувства пустоты, но радуется тому, что теперь сможет наблюдать за лицом Минхо. Подкладывая многострадальную подушку под голову, младший устраивается удобней и широко разводит ноги, призывая старшего скорее войти вновь. Ли чужие колени подхватывает под свои руки и прижимает ближе к крепкой груди, пристраиваясь и входя в него одним толчком. Хан голову откидывает, когда стонет, но практически сразу возвращает свой взор на Минхо, который сразу установил довольно быстрый темп. Это практически то, чего хотел младший. Постанывая, парень берет чужую руку, освобождая ее от поддерживания своей ноги, и тянется к чужим пальцам, переплетая их со своими. — Люблю тебя, — уверенно говорит парень. Лицо Минхо на секунду озаряется ухмылкой, которая выглядит чертовски горячо. Но еще горячее ощущается то, с каким остервенением начинает двигаться старший, прижимая переплетенные пальцы к своим губам и покрывая их руки поцелуями. Джисон не уверен, что при таком раскладе сможет продержаться слишком долго, явно не в тот момент, когда старший с каждым грубым толчком попадает по его простате и глухо рычит, стоит Хану немного сжать его внутри. Его ноги безвольно разъезжаются в разные стороны, когда и вторая рука старшего меняет свое месторасположение. Он перемещает ее на чужой член с ярко-розовой головкой, которая истекает смазкой, начиная двигать рукой в такт своим движениям. Младший стонет громко, полностью растворяется в ощущениях, которые ему дарят, ощущает совсем близкий оргазм и прикрывает глаза. Старший входит так глубоко, при каждом толчке ударяясь о чужие ягодицы с громким шлепком, и, видя лицо возлюбленного, который скоро кончит, не может себя сдержать. Его сперма горячими каплями заполняет младшего, отчего последний так же изливается, но в чужую руку и немного на свое тело. Минхо делает еще несколько толчков даже после оргазма, больше наполняя Джисона. Его дыхание сбито, губы пересохли, а пальцы все еще переплетены с чужими, мягко поглаживая большим пальцем кожу. Шумно выдохнув, Ли выходит из податливого тела и быстро находит хвост, который все лежал на кровати, медленно вводя его внутрь и не давая теплой сперме вытекать из тела. — Сегодня это важный атрибут. — Как скажешь, — младший выдавливает легкую улыбку, — а теперь еще один поцелуй. Он лежит с закрытыми глазами, не в силах даже состроить жалобный взгляд, но губы вытягивает трубочкой, зная, что это точно сработает… как обычно. И Минхо не в силах сопротивляться. Тянется к чужим губам, обхватывает чужое лицо руками, в очередной раз восхищаясь тем, какая нежная кожа у младшего. Сейчас он может позволить себе насладиться всеми прелестями чужого тела, а через время вновь приступить к исполнению своего плана и увидеть Джисона во всех позах на огромной кровати с очаровательным хвостиком, который сейчас приятно щекочет его колено.