Рождественский заказ

      Ван Чжочэн был лучшим другом Сяо Чжаня и как-то так вышло, что самым безбашенным, можно бы даже сказать, что самым нереально крутым, но наименее бесячим созданием.       Они познакомились случайно, когда Сяо Чжань потерял очки, пропуск и безумно опаздывал на экзамен. Около внезапно оказался парень его роста, одетый в драную, но весьма дорогую одежду, с синяками на лице и разбитыми костяшками. Этот человек назвал его по имени. Дважды. Нет, до Сяо Чжаня не докапывались в школе, но и не особо любили. Скажем так, в выпускном классе это был взаимный игнор. Сяо Чжань мог подтянуть кого-то по предметам, а его никто не опускал за то, что он был любимчиком учителей. Но и в компанию погулять после уроков не звал, ни в караоке и даже ни в кафе. Исключительно взаимовыгодные отношения.       — Эй, ты глухой? Я говорю, ты Сяо Чжань? — парень протягивает Сяо Чжаню пропуск, махая им перед носом. Со зрением без очков была большая беда, так что Чжань схватил руку незнакомца, чтобы зафиксировать, и постарался прочитать то, что было написано. — Ты что, блядь, делаешь?       — Читаю. Или ты только орать можешь? — он привык общаться с такими вульгарными личностями и не испугался тона голоса. — Я потерял очки и плохо вижу. И да, я Сяо Чжань.       — Класс! Он еще и слепой! Вот, блядь, угораздило! — парень надевает на него очки, что также поднял парой минут ранее и теперь во все глаза смотрит на Сяо Чжаня, который пялится в ответ. — Я Ван Чжочэн, будем знакомы.       — Зачем это?       — Как зачем? Мы переехали в дом по соседству, и я подумал, что ты прикольный, но слишком правильный. Но уверен, что мы подружимся.       — Зачем тебе со мной дружить, если я для тебя слишком правильный?       — Потому что я так хочу. Пошли, ботан, подброшу, а то на экзамен опоздаешь!       В следующий раз они встретились, когда Ван Чжочэна бросила девушка, дав звонкую пощечину на прощание прямо около дома.       — Эй, ботан, пошли выпьем? Мне нужен кто-то, с кем могу запить горе, — по виду парня вообще не было похоже, что там это самое горе есть, но Сяо Чжань решил не отказывать. Все же благодаря лихой езде его соседа он смог попасть на экзамен вовремя и сдал с отличием. Но так и не смог после поблагодарить, потому что Ван Чжочэн был просто неуловим.       — Давай.       — Ты так быстро согласился, я в шоке.       Они не стали спорить, хотя Сяо Чжаню и хотелось. Вместо этого он попросил подождать его у дома, а сам пошел переодеться. Идти в клуб, который, по словам Ван Чжочэна, «снесет крышу любому, потому что он ахуенный» в брюках не стоило.       Дома Сяо Чжань переоделся в джинсы, рубашку свободного кроя и, оставив вещи и пожелав родителям хорошего отдыха, вышел.       — Вау… А ты секси, красавчик, когда не одеваешься как монах, — Сяо Чжань это проигнорировал, а Ван Чжочэн только усмехнулся.       Так много Сяо Чжань не пил никогда. Но, как ни странно, ему было хорошо. Просто ахуенно хорошо. Он чувствовал, что благодарен Ван Чжочэну, который уже целовался с другой девушкой, видимо, залечивая прошлое неудачное расставание. Сам же Сяо Чжань просто отдыхал, погружался в заведомо неизвестную для него атмосферу и внимательно наблюдал за теми, кто бывал тут определенно чаще. Здесь он мог просто быть собой. Его не грузили заданиями, ответственностью и нормами морали. Сяо Чжань попал в новую для себя вселенную, не забывая отпивать из стакана коктейли. Один, второй, пятый.       После этого совместного похода, когда домой они добирались в обнимку с каждым кустом и блевали по очереди, парни сблизились. И как-то так всегда попадало, что были рядом друг с другом в самые ужасные, постыдные, печальный и радостные моменты жизни.       И именно сейчас, когда Сяо Чжань чувствовал, что небольшая эйфория от общения с Ван Ибо выветрилась, словно ее и не было, ему нужен его друг. Самый безбашенный и самый лучший на свете.       — Эй, я бросил Сун Мина. И это полный пиздец.       — Бро, если ты так выражаешься, то двигай ко мне. Сейчас только мелкого выгоню, пусть к себе идет, а то больно счастливый видок. А потом я тебя напою, еще раз напою, послушаю твое нытье и уложу спать.       — Твой брат у тебя? Тогда я…       — Не, не. Он уже уходит. Давай, бро, я тебя жду, — и перед тем, как повесить трубку, Сяо Чжань услышал, как его друг выгоняет своего младшего брата. Но как ни старался Сяо Чжань вспомнить как его зовут, так и не смог, потому что называть своего младшего брата по имени Ван Чжочэн очень уж не любил.       У дома Ван Чжочэна он был минут через тридцать после их разговора. Хорошо, что было уже поздно, и машин на дорогах было гораздо меньше, чем днем. И вот Сяо Чжань думает прийти сразу с вещами или оставить сумку в машине. Но его размышления прервал стук в окно, напугавший мужчину.       — Эй, ты чего тут сидишь? — Ван Чжочэн решил пройтись за сигаретами, что, как обычно, закончились, и увидел знакомую машину с водителем на переднем сидении, который в задумчивости пялился куда-то вдаль. — Сяо Чжань!       — Блядь, ты меня напугал!       — О, отмер! Давай, выходи и пойдем уже, — взгляд Ван Чжочэна скользнул по сумке на переднем сидении. — Ты решил жениться на мне? Малыш, я не уверен, что наши отношения уже на этой стадии.       — Чего? Чэн, даже не шути так! Я не перенесу женщину в нашем доме, тем более постоянно разную, — не отставал от него Сяо Чжань.       Ван Чжочэн знал о том, что Сяо Чжань гей. Скажем так, буквально увидел собственными глазами, а все потому, что стучать надо перед тем, как в комнату входить, а не после. Но отношение его ничуть не изменилось. Он считал, что если его друг предпочитает члены кискам, то это его личное дело. Зато из-за девушки они точно не поругаются. А Сяо Чжань отлично знал, что Ван Чжочэн был тем еще кобелем.       — Давай, хватай шмот и пошли. Найду для тебя местечко.       В квартире Ван Чжочэна все было обставлено по вкусу. Резные ножки украшали столы и стулья, мягкий кожаный диван был в середине гостиной, окруженный растениями, напротив была большая плазма, а на полу мягкий ковер. Сейчас там лежала приставка и джойстики. Хозяин квартиры бросил сумку Сяо Чжаня в гостевую комнату, в которой тот иногда ночевал, и поманил гостя на кухню.       — Давай, колись, — просто сказал он, ставя перед Сяо Чжанем бутылку текилы и нарезая лайм. Да, работа откладывала отпечаток и на его личной жизни.       И Сяо Чжань рассказал. После третьего шота текилы уже с чем-то Ван Чжочэн хотел набить Сун Мину морду, чтобы не повадно было такое говорить. После пятого Сяо Чжань даже почти готов был согласиться.       — Знаешь, бро, — заплетающимся языком произнес Ван Чжочэн, — не везет тебе на мужиков.       — Да ты просто Америку открыл, бро, — вторил ему Сяо Чжань, у которого, в отличие от первого, следующий день был рабочим. — Где ж я нормального найду, а?       — А этот, с которым ты в парке вороквл… ворковал?       — Брось, он молодой для меня.       — Тож мне растлитель… По твоим словам, я понял, что он взрослый. Давай, дерзай!       — Ты же знаешь, что я не такой смелый. И я только расстался с парнем, с которым четыре года был вместе. И в отличие от него я не гулял. И мне плохо, и больно. И плохо от того, что больно.       — Ой, не ной, а. Тебе просто нужно, чтобы тебя оттрахали! Моим девочкам такое всегда помогает. Они говорят, что после хорошего секса все кажется лучше.       — Ты же не…       — Я же не. Позвони этому парню и отдайся ему.       — Ты бы себя слышал, — но Ван Чжочэн уже ничего не слышал, так как его голова уже лежала на согнутой руке, глаза сомкнулись, а сам он уснул.       Сяо Чжань допил то, что было в стакане, даже боясь предположить, что именно там было, и оттащил друга в спальню. Ему разрешили хоть навсегда переехать, если каждое утро на столе будет божественная выпечка и свежесваренный кофе. Сяо Чжань только смеялся на такое.       Утро встретило его мерзкими яркими солнечными лучами, что пробивались сквозь открытые окна. Хотелось умереть. Кто-то вчера перегнул с алкоголем.       Но текила коварна не только похмельем, а еще и тем, что напрочь отрубает тормоза пьющего.       На телефоне было сообщение.       От Ван Ибо.       Сяо Чжань со стоном разблокировал экран и зажмурился от яркого дисплея, яркость которого ослепляла ничуть не хуже солнца за окнами.       Ван Ибо       «Привет! Не ожидал, что ты напишешь так скоро, но очень рад, что ты это сделал! Не уверен, что правильно разобрал насчет твоего предложения, но я не против встретиться. Давай сегодня в 7 вечера в той кафешке, о которой ты писал.»       Так, часть вечера, и, видимо, солидная такая, из памяти пропала напрочь. Читать сообщение выше было страшно. Но он же должен хотя бы узнать то, что написал!

Вы

«Привет, Бо-Бо! Это я, Чжань-Чжань! Я хочу отдаться тебе вечером в том кафе «У Сюэ» завтра. Ты такой классный! Четр, тчо я нему. Несу. Бля… Короче, завтра в 7 будем там!»

      Господи! Испанский стыд!       Сяо Чжань захотел умереть еще сильнее, чем пять минут назад! Что он написал? А ведь они только один раз виделись! Интересно, уже изобрели машину времени? Нужно срочно переместиться в прошлый вечер и не поддаваться на уговоры выпить еще!              Блядство!       С очередным стоном, который, видимо, стал звуком этого дня, Сяо Чжань дополз до ванны.       «Интересно, можно ли утопиться в раковине?» промелькнула шальная мысль в воспаленном мозгу.       И именно за этим занятием его застал хозяин дома, который после хохотал, сотрясая стены, когда читал переписку.       — Бля… Ха-ха-ха… Сколько лет тебя знаю, но… А-ха-ха-ха… сука, это самое… Ха-ха-ха… безбашенное, что ты когда-либо делал, чувак! — Ван Чжочэн никак не мог успокоиться. На глазах выступили слезы, лицо покраснело, а живот болел неимоверно. Но остановиться было просто нереально! Сяо Чжань, весь такой правильный Сяо Чжань напился и предлагал себя первому встречному! Это не укладывалось в голове.       — Перестань ржать! Пока я хочу сдохнуть и от перепоя, и от стыда! И даже, блядь, не знаю от чего сильнее! — Сяо Чжань сжимал мокрую голову ладонями, пытаясь собрать ее воедино. Получалось плохо. А ведь вечером еще идти на встречу с Ван Ибо.       Где же он так сильно нагрешил?       «Кто же просил столько пить, а? Сяо Чжань, тебе надо бросать.»       Монолог не помог, а так хотелось.       Выпроводив все еще смеющегося друга из ванны и приняв душ, Сяо Чжань принялся рыться в сумке в поисках одежды. Когда он собирал ее, то совершенно не предполагал, что у него будет свидание. Тем более, что это самое свидание будет с Ван Ибо!       Сяо Чжань снова вспомнил, что писал. И снова захотел провалиться сквозь землю.       Желательно дважды.       «Сяо Чжань, не тешь себя надеждами. Какое, на хрен, свидание? Ты только что расстался с парнем, неужели хочешь опять вляпаться в какое-то дерьмо эмоциональное?       Нет уж, хватило! Но Ван Ибо такой… Такой… Блядство!»       Голова стала болеть сильнее, когда выбор одежды сократился в основном до разнообразных сочетаний брюк, рубашек, галстуков и ремней. Мда. Нужно было брать сумку больше. А лучше чемодан, с которым он неизменно ездил в командировки. А в идеале просто выгнать Сун Мина и напиться дома.       Как только Сяо Чжань вспомнил бывшего, со злости отшвырнул любимую рубашку. Он откровенно не понимал, почему. Почему, блядь, он изменял? Сяо Чжань давал ему все и даже больше! У Сун Мина громкий голос – ищем квартиру со звукоизоляцией, нравятся брендовые шмотки – да получи хоть все! А еще обувь, дорогие игрушки типа приставок, стерео, какие-то старинные вазы и, самое главное – украшения. Вот была истинная страсть Сун Мина. У него было несколько довольно больших шкатулок для этого, полностью заполненных подвесками, цепочками, кольцами, запонками, которые он не носил, зажимами для галстуков, браслетами и отдельный шкаф с часами. Стоимость самой дешевой побрякушки начиналась от нескольких тысяч юаней.       Сейчас Сяо Чжань думал, что нужно было подарить золотой член или резиновую задницу с алмазным напылением, а лучше и то, и другое. Насчет того, есть оно или нет, Сяо Чжань предпочитал не думать.       День прошел в относительной суматохе разбора несчастной сумки с вещами, небольшой, но такой необходимой уборки в квартире и приготовлением легкого ужина. А легкого потому, что Чэн сегодня работает, а ему одному много не надо. Ван Чжочэн - бармен в ночном клубе «Престиж» в самом центре города. Это такое достаточно элитное закрытое место, куда пускают только по приглашению, и то, если лицом вышел. Ну или если у тебя денег куры не клюют. Как Чэн туда устроился, вообще не понятно, но работал отлично, получал за ночь иногда больше месячной зарплаты Сяо Чжаня и, несмотря на все слухи, пользовался огромной популярностью у женщин. Что-то с годами совершенно не меняется.       В шесть телефон Сяо Чжаня вновь пиликнул уведомлением. И пока он шел до него, молился, чтобы это была реклама. Или кто-то номером ошибся. Или спам, на худой конец. Но это был Ван Ибо, который любезно напоминал о встрече через час.       Сяо Чжань хотел прикинуться мертвым, но и на это пришло сообщение следом, что, мол, не прокатит.       «Телепат?» - промелькнуло в голове Сяо Чжаня.       И Ван Ибо будет ждать его столько, сколько потребуется. А на улице не лето. Сяо Чжань решил сдаться и встречу подтвердил сухим «Да приду я, не ной только» сообщением. Получил в ответ тонну ржущих смайликов и пошел в душ. Снова.       Время неотрывно отсчитывало минуты до встречи, а Сяо Чжань совершенно не представлял, что ему надеть. Погорячился, собираясь, а вот теперь в итоге пришлось копаться и выискивать из того, что есть. Выбор его малочисленного гардероба пал на черные прямые брюки, черную рубашку и такого же цвета галстук. Придирчиво осмотрев себя в зеркало Сяо Чжань решил разбавить этот замечательно подобранный монотонный наряд ярко-красным пиджаком. На хрен галстук, спросите вы? Да привычка такая дурная уже. Если рубашка, то обязательно удавка в виде галстука на шее. Для должного эффекта пальцами сделал себе небольшой беспорядок на голове и готов.       Хоть в гроб клади, хоть на смотрины отправляй. Универсальный наряд, ага.       К месту встречи шел, как на эшафот.       Только вот ждал его вовсе не злой, рассерженный Ван Ибо, а волнующийся, замерзший и с цветами, мать его, Ван Ибо. А Сяо Чжань мысленно молился, чтобы этот веник был не для него.       Увы.       Стоило только попасть в поле зрения, как это чудо с красным носом протягивает ему букет и мило так произносит:       — Не знал, что ты любишь, так что взял это.       — Ну спасибо, конечно, — произнес Сяо Чжань. — Только на кой мне это? Я что, похож на девушку на первом свидании?       — Нет, ты потрясающе красивый мужчина на первом свидании. И дай мне за тобой поухаживать, — Ван Ибо всучил ему цветы. — Нравится?       — Нравится. Наверное.       Ван Ибо не стал пререкаться дальше, потому что он, в отличие от пунктуального мужчины, пришел на час раньше и реально так замерз. Так что они поспешили в тепло кофейни. По дороге блаженная улыбка не сходила с лица парня, а сердце сжималось от волнения.       Разве можно было предположить, что его постельные утехи приведут к тому, кто смог заинтересовать только голосом. А стоило лишь увидеть, как все то, что до этого Ван Ибо считал мифом и пережитком романтики, окажется явью. Один лишь взгляд на заплаканное лицо Сяо Чжаня и все. Шестеренки в его голове встали, сердце бешено затрепетало в груди и в животе бабочки устроили воздушное шоу. И Ван Ибо безумно хотел, чтобы этот невероятный мужчина забыл о причине своих слез в тот день и никогда не узнал, кто стал их причиной. А уж ради такого можно и постараться. Ведь Сяо Чжань сам написал ему. Да, он был очень пьян, но ведь он написал именно ему, Ван Ибо, а не кому-то другому!       Он, словно помешанный, начал написывать брату и принялся выспрашивать, как можно кому-то понравиться. Ну вот прямо именно понравиться, а не просто перепихнуться. С этим как раз-таки сложностей не было. Выслушав длинную лекцию, в ходе которой Ибо узнал о себе много нового, в том числе и пару новых прозвищ, Ван Чжочэн рассказал, что если его младшенького интересует романтическая сторона вопроса, то ему бы брать пример с его друга, который вот уже много лет с кем-то встречался. Имя брат не сказал. Он вообще их редко называл.       Основные советы, который Ван Ибо мог бы узнать и в поиске, помощью которого он также не пренебрег: не опаздывать, принести подарок, ухаживать и ненароком заботиться. Ну там так, чтобы самому идти около края дороги, придвинуть стул за столом, отвечать на сообщения и просто слушать, не перебивая. Тупые такие советы. Ван Ибо не был уверен, что вот Сяо Чжань, например, разрешит подвинуть ему стул. Он и на букет как-то не очень воодушевленно отреагировал.       Но все равно, стараясь быть наименее смущенным, Ван Ибо все же шел около гребаного края дороги и поддерживал беседу, как мог. Обычно ведь из него клещами все вытягивать приходится.       Придя к кафе и открыв перед Сяо Чжанем дверь – да, это снова те самые советы – Ван Ибо, захватив по пути меню, повел их к относительно удаленному от других столику. Там он рукой показал присаживаться, после чего, присоединившись, углубился в меню. Что делать теперь он особо не знал.       Сяо Чжань уже не первый раз здесь и отлично знает все вкусные блюда. Он положил букет рядом, стараясь понять, почему Ван Ибо так странно себя ведет. Да, он определенно перепил, просто безбожно накосячил, но именно такой реакции ожидал в последнюю очередь.       Этот парень откровенно пытается за ним ухаживать! Ну серьезно, зачем еще приходить с цветами до времени встречи? Зачем нужна эта галантность?       — Ван Ибо, я тебе нравлюсь? — копать могилу, так с песней, да?       — Да, — просто отвечает парень, отрываясь от изучения таблички. — Если бы не нравился, я бы не старался.       — Послушай… Я разорвал отношения, в которых был не один год. Я пока не готов…       — О, это не страшно, — Ван Ибо и сам охреневает от того, что говорит. Но просто смолчать у него никак не получается. Да и не хочется. — Я могу подождать. Я очень терпеливый и по характеру, и работа обязывает.       — Да? — Сяо Чжаню стало интересно, кем может работать такой симпатичный, очень, мать его, красивый, блядь, парень. — А кем ты работаешь?       — Оу… Ты мной интересуешься?       — В какой-то степени, конечно, да. Вдруг ты маньяк.       Тихий шум разговоров и музыку вдруг полностью перекрывает смех этого парня. Сказанное Сяо Чжанем настолько его развеселило, что, запрокинув голову, он хохотал. Это был самый необычный смех из всех ранее им слышимых: он был рваный, громкий и больше походил на звуки гиены или чайки, чем человека. От такого сравнения Сяо Чжань и сам расслабился и тихонько хмыкнул, пряча улыбку за ладонью.       Просмеявшись и вытерев выступившие слезы, Ван Ибо ответил, что работает айтишником в компании дизайна друга его старшего брата. На недоуменный взгляд Сяо Чжаня пояснил, что всегда любил компьютеры, железо и последовательные строчки кода его успокаивали. Так что он работу свою очень любит.       Сяо Чжань слушал, как парень, практически ранее ничего не говоривший, сейчас без умолку рассказывает о своей работе. И видно, что она очень ему нравится. Также как и работа самого Сяо Чжаня. О, вы только спросите его, и он может с таким же упоением рассказывать о цвете, рамках, расположению меню и его наполнению, о страницах и строках сайта, в каждую из которых он вкладывал частичку себя.       Они проговорили, кажется, обо всем, но и ни о чем конкретном. Сяо Чжань наслаждался обществом, приятном компанией и вкусной едой. Уже очень и очень давно ему не было так хорошо с кем-то.       Незаметно этот день закончился, и уже на улице Ван Ибо предлагает встретиться вновь.       — Спасибо за этот день. Надеюсь, что ты получил хотя бы небольшую эмоциональную разрядку. Я бы правда хотел встречаться с тобой и даже выполнить твое желание, взяв на столе. Но я не очень люблю секс на публике.       — Господи, Ибо… — Сяо Чжань вновь покраснел от стыда, вспоминая, что он там написал. Но благодаря Ван Ибо, Сяо Чжань чувствовал, что вновь может и хочет улыбаться. Хотя это ему еще аукнется как-нибудь срывом ночного просмотра сериалов в обнимку с мороженкой. — Это вот обязательно было вспоминать?       — Конечно! — снова заржал этот неугомонный. — Я хочу помнить все, что ты делаешь и говоришь.       — Тогда перестань меня троллить!       — Это сильнее меня.       Сяо Чжань попытался стукнуть его букетом, но промахнулся и цветы врезались в фонарный столб.       — Я так долго выбирал их, а ты ими столбы считаешь, — в шутку возмутился Ван Ибо, за что получил шлепок в плечо уже ладонью.       — Спасибо, Ибо, — Сяо Чжань остановился около него и продолжил, — Спасибо и за твою поддержку в парке, и за то, что помогаешь отвлечься сейчас. Не представляю, как бы я справлялся со всем этим в одиночку.       — Обращайся. Тебе я помогу всегда.       — Но у тебя же тоже есть личная жизнь, которой я не хочу мешать.       — У меня никого нет. Неудачный прошлый опыт. Я абсолютно свободен. Для тебя свободен.       — Для меня?       — Да, только для тебя. Для остальных я женат на работе, — и, пользуясь случаем, Ван Ибо бегло целует его в щеку, быстро отскакивая. — Пойдем, я тебя провожу.       — Не нужно, — Сяо Чжань трогает то место, куда его поцеловал парень. Уже давно кожа так не полыхала от простого прикосновения губ. — На прощание ты уже поцеловал. Увидимся в следующий раз.       И они попрощались, договорившись встретиться вновь.       Сяо Чжань, смотря вслед уходящему парню, только и мог думать о легком, невесомом, но таком горячем поцелуе.       Ван Ибо, разрываемый противоречиями, спешил к себе, совершенно не замечая взгляд блестящих глаз, направленных на его спину и блаженную улыбку.