Ты хочешь слепить (сотню) снеговиков?!

— Брюси, смотри! Смотри скорее! Давай, давай же быстрее! Выпал снег, и всё теперь такое белое!       Брюс вздрогнул и проснулся, когда пронзительный голос едва не пробил ему барабанные перепонки. Он рывком сел на кровати, морщась и моргая от сияния белоснежного зимнего утра с приветливым серым небом.       Харли стояла у окна их спальни, уперевшись ладонями в подоконник, и возбуждённо подпрыгивала на месте, словно ребёнок, впервые увидевший подобную картину.       Брюс не мог не улыбнуться, глядя на это зрелище. — Который сейчас час? – лениво поинтересовался он и снова погрузился лицом в подушку, натягивая на себя одеяло. — Время вытаскивать-свою-задницу-из-постели-и-лепить-снеговиков! – радостно заявила Харли и повернула голову, чтобы посмотреть на него своими сверкающими голубыми глазами.       Брюс нахмурился, уткнувшись в простыни: — Ты имеешь в виду снеговика́.       Харли хихикнула – тем самым смехом, от которого у него одновременно закатывались глаза и теплело в груди. Она медленно зашагала от окна обратно к кровати, грациозно забралась на матрас и подползла вперёд по-кошачьи, пока между их лицами не осталось несколько жалких дюймов. — О, дорогой, – прошептала она и нежно поцеловала его. – Ты должен знать лучше, чем кто-либо, что я не буду удовлетворена лишь ОДНИМ снеговиком?       Брюс удивлённо изогнул бровь и вздохнул, чтобы ответить, но прежде чем он успел открыть рот, Харли взорвалась бушующей в ней энергией. Она начала прыгать на кровати вверх-вниз, заставляя матрас жалобно скрипеть, а пружины – протестующе стонать. — Вставай сейчас же! АЛЬФРЕД, ГДЕ ТЁПЛЫЕ БОТИНКИ МАСТЕРА УЭЙНА?! Сегодня ему придётся повозиться в снегу! – закричав во всю глотку, Харли ловко соскочила на пол и пулей вылетела в коридор; последнее, что увидел Брюс, был подол шелкового розового халата, взметнувшегося за ней, как победный флаг.       Он тяжело вздохнул, уставившись в потолок, но всё же заставил себя выбраться из-под тёплого одеяла. «Кажется, я видел эти ботинки где-то», – промелькнуло в его голове, и, прежде чем следом покинуть комнату, Брюс тоже подошёл к окну, чтобы взглянуть на вид, открывающийся из него.       И действительно, густой, пушистый слой снега покрывал землю, укутывая территорию поместья. Дорожки исчезли, деревья согнулись под тяжестью белоснежных шапок, и даже вечно хмурое небо Готэма казалось сегодня непривычно дружелюбным. — Из этого получится отличный снеговик, – сказал он себе и добавил, не сдержав усмешки: — А может, и двадцать.

КОНЕЦ.