Волшебная кофейня

Гарольд тяжело опустился на пушистый белый плед, которым была накрыта кровать. Рюкзак лежал рядом с кроватью. Толпа его напрягала. В Лондоне было ещё терпимо, но в Нью-Йорке он растерялся. Он не мог сфокусироваться на чём-то: все куда-то бежали, что-то кричали, его несколько раз толкнули так, что он с трудом удержался на ногах. Выход из этого ада он нашёл с трудом. На улице легче не стало. Из бокового кармана рюкзака он достал листок с адресом. Но вот к такси он боялся подойти. Люди словно обезумели. Они толкали друг друга, орали на таксистов, те орали в ответ, торговались за цену поездки. Один раз он попытался подойти к крайнему такси, какая-то жещина отпихнула его так, что он почти упал. Гарольд отошёл. Он смотрел на листок с адресом в руках, а потом снова на такси. Когда-то же этот поток должен успокоиться. Он стоял минут сорок. Он устал, был голоден, но никакими силами не мог себя заставить подойти к машинам. Какое облегчение он почувствовал, когда подошёл мужчина и предложил помощь. Гарольд рассказал, что пытался взять такси, но люди здесь очень агрессивные. То, что его не слышат, он понял, когда брюнет не отреагировал на первый вопрос о том, слышит ли он его. И сразу получил в ответ комплимент, от чего лицо покраснело. Гарольду редко говорили комплименты. Точнее, это было пару раз. Хвалили ещё реже. Чаще обзывали, унижали, либо игнорировали. Да и мужчина был очень красив. Рыжие штаны карго, сверху тонкий бежевый свитер крупной вязки. Золотые глаза – на свету они отливали именно золотом, – интересная стрижка, по бокам волосы были короткие, а вот наверху была стильная укладка. Вроде бы и торчат, но видно, что этого и добивались. Мужчина представился Броком и предложил подвезти, ведь ему в ту же сторону. Гарольд опустил глаза. Не знал как ответить. Поэтому не заметил, когда его руку ухватили и потянули через дорогу, он и не стал сопротивляться. Может с другой стороны улицы будет потише? Но Брок тянул его на парковку, рука была сильная, тёплая, держала крепко. Гарольд чуть покраснел. Ему были приятны прикосновения, его давно никто не касался. Перед машиной только Брок остановился. Хотя машиной это обозвать сложно. Огромный внедорожник поражал размером. Только здесь Гарольд смог представиться Броку. Мужчина снова его рассматривал. Внимание было приятно. Особенно в таком смысле. Брок открыл перед ним дверь, помог залезть в машину, а сам бы он точно не смог в неё залезть без лестницы, и Брок застегнул ремень безопасности на нём. В машине Брок начал его расспрашивать о том, откуда он, сколько лет, в общем, мелочи, которые люди спрашивают, чтобы заполнить тишину. Когда разговор зашёл о школе, Гарольду стало не по себе. Не хотелось вспоминать. Гарольд ссутулился и отвернулся к окну. Больно понимать, что он был всего лишь марионеткой в чужих руках. Ну, что мог сделать ребёнок против столетнего великого светлого мага? Ничего. Хорошо хоть после победы он остался жив. Про то, что он сирота, говорить было легко. Он привык, что один. А вот тема друзей всё ещё была болезненной. Гарольд всё ещё вспоминал их крики в след. Нежелание понять его мотивы в защите аристократии. Разве за это он умирал? Чтобы поднять новую волну ненависти? Гримуар многому научил, да и сам он читал в библиотеке о различиях чистокровных и маглорожденных. У последних нет источника, нет рода, который питает и защищает в случае нужды. В машине Брок начал его расспрашивать об адресе на листке. Гарольд рассказал о своей мечте – открыть кофейню. Именно об этом он мечтал в школе. Он любил готовить. Хоть за это спасибо тётке, именно она научила его азам готовки. Он варил кофе, заваривал чай. В общественной библиотеке нашёл книгу с рецептами варки кофе, ведь каждому сорту нужен свой помол и способ приготовления. Он выписывал эти рецепты в тетрадь, которую прятал лучше всех остальных. Иначе и её бы Дадли порвал. С чаем было сложнее. Книга о нём долго не находилась. Ему пришлось идти на другой конец города, в маленькую библиотеку возле церкви. Там он нашёл старую потрепанную книгу о сортах чая. Пришлось заводить вторую тетрадь. С выпечкой было легче – тётка сама любила печь, поэтому у неё было много журналов и книг с рецептами. Гарольд часто ей помогал. Переписывал рецепты на листки из старых тетрадей и хранил под матрасом. Мечта голодного детства – чтобы всегда была еда. Именно голодом его наказывали. Сильно избивать его боялись, мог случиться магический выброс. Поэтому именно кофейню он хотел открыть. Чтобы воплотить свои рецепты, на прибыль ему было плевать. По документам здание было бывшим баром, потом кто-то пытался открыть кафе. Значит его будет легко переделать в кофейню. В деньгах он не стеснён. Гарольд был рад помощи с телефоном. Сам он в них не разбирался вообще. Когда они припарковались, Гарольд долго пытался отстегнуть ремень, но тут на помощь пришёл Брок. Он успел обойти машину, отстегнуть этот пыточный элемент машины и даже руку подал, чтобы помочь вылезти из этого монстра. Брок сжал его холодные пальцы, Гарольд почти всегда мёрз. Ему была приятна ласка, было приятно, что Брок заботится о его комфорте, приятно его внимание. Именно в этом он и признался Броку, что не против. Главное не спешить, ведь случай в лондонской подворотне был ещё свеж в памяти. Точнее, тот момент бессилия, когда с твоими желаниями не считаются. Когда Брок потянулся его поцеловать, страх сковал тело, он нырнул в глубину своего сознания, чтобы чуть передохнуть. В итоге отверг человека, который помог. Потом он чувствовал себя механической куклой, у которой вот-вот кончится завод. Эмоциональные качели его добили. Слишком быстро всё происходило. Недопоцелуй, пицца, стычка с какими-то парнями. В себя он пришёл, когда Брок припарковался у здания с большой стеклянной витриной. Гарольд осмотрелся. Они приехали. Как же не хотелось сейчас быть одному. Брок снова предложил помощь, но уже не хватал его за руку. Гарольд заметил, что даже говорить Брок старался мягче, эти урчащие интонации очень шли Броку, они успокаивали что-то внутри, хотелось тянуться к этому теплу. Конечно он согласился. Как можно отказать этим глазам. Гарольда даже смех разобрал. Когда они дошли до задней двери здания, Гарольд открыл дверь, но Брок не позволил первому войти. Пошёл сам, нашёл щиток, и в коридоре зажёгся свет. И снова Брок вывернул ему душу. Неужели это заметно, что он не привык к помощи, особенно к помощи взрослых? Оказывается, Брок сам почти такой. И отряд его. Что за отряд? Гарольд пытался придумать, как отказать, но не смог. Не этому мужчине, Брок парой фраз добирается до души, парой фраз заставляет слезы литься из глаз. Ему пришлось быстро опустить глаза, чтобы совсем не опозориться. Мысли о детстве снова всплыли в голове. Гарольд перевернулся на живот и зарылся лицом в пушистый плед. "Интересно, сколько прошло времени? Нужно достать пару смен белья из рюкзака, чтобы Брок не увидел, как я их призываю. Зубную щётку, расчёску. И пижаму. Хотя, в такой плед хотелось завернуться голой кожей." Снова вспомнилось, что Брок каждый раз помогал ему сесть в машину и выйти из неё. Было приятно такое внимание. От Гарольда не укрылось и то, что сумку Брок оставил в машине, чтобы не выпускать его руку. Дом был чудной. Две половины из разного кирпича. В самом доме было всё очень гармонично, никакой лишней мебели, лишь простор и уют. Приятное сочетание цветов. Фиолетовая гостевая его покорила. Этот мягкий ковёр, этот белый пушистый плед. Не хотелось вставать с этого пушистого рая. Но в душ хотелось сильнее. Гарольд поднялся с кровати, поднял рюкзак, призвал сменку из рюкзака, пижаму и зубную щётку, расчёску, телефон и кошелёк. Телефон и кошелёк сложил на тумбочку, сменку взял с собой, а пижаму оставил на кровати. Она была тёмно-серой, флисовой, ночью он часто мёрз, даже если лежал под одеялом. Гарольд подошёл к шкафу, открыл одну створку, там на полках был комплект постельного белья, сиреневый махровый халат, нашлись и полотенца. Сиреневые. Брок наверное специально всё подбирал под цвет. Было видно, что дом обставлен самим Броком. Замечалась черта перфекциониста. Чтобы не было лишнего, чтобы всё разделялось цветом, всё лежало на своих местах. Если бы Брок хоть раз попал в спальню Гриффиндора у него бы глаза задергались в нервном тике. Гарольд рассмеялся. Невозможно представить Брока в магическом мире. Он скорее прогнёт его под себя, заставит всех мозгошмыгов шагать маршем и сидеть смирно. Гарольд взял полотенца и халат, положил сменную одежду на кровать и открыл дверь в ванную. Она была белоснежной. Большая душевая кабина с матовым стеклом, угловая ванная, унитаз и раковина. Над раковиной овальное зеркало. На самой раковине стоял дозатор с жидким мылом, стакан с запечатанной зубной щёткой и тюбиком зубной пасты. Возле душевой кабинки виднелись крючки для полотенец и корзина для грязного белья. Гарольд повесил два полотенца на крючки, открыл дверь душевой, глаза расширились от количества кнопок и отсутствия вентилей. С душем будут проблемы. Ванну набирать долго. "Агуаменти, — подумалось Гарольду. — А вдруг Брок где-то рядом и удивится, что вода есть, а как она набиралась он не слышал? Мерлин, нужно звать Брока, я с этим в жизни не разберусь". Гарольд вышел из ванной, а потом и из комнаты. Прислушался. Вроде бы из комнаты напротив слышно было копошение. Гарольд застыл перед дверью. Закусил нижнюю губу. "Может подождать? А потом Броку придётся ждать его, пока он помоется. Мерлин, что ж так сложно." Гарольд глубоко вдохнул и постучал. Никто не ответил. Гарольд постучал сильнее. Подождал ещё минуту. Приотрыл дверь и позвал по имени: — Брок? Ты здесь? — открыл дверь чуть шире. — Брок? Брок вышел из ванной, вытирая волосы. Видимо он привык выходить из душа в одном полотенце, которым сейчас вытирал голову. Гарольд застыл, глаза уставились на мужчину напротив. Мерлин! Как он был красив. Золотистая кожа, пропорциональное тело, мышцы бугрились по всему телу. Было видно, что он занимается спортом. Дорожка редких волос, ведущая к паху. И член. Гарольд ещё не видел чужих. В общих душевых он снимал очки, которые носил в школе, никто особо друг друга не рассматривал. Но здесь-то он всё мог рассмотреть – красивый, ровный, крупный член, который чуть дёрнулся от внимания. Глаза Гарольда расширились. Он понял, что пялится, не может оторвать глаз от тела Брока. Гарольд резко отвернулся, покраснел весь. От кончиков ушей, казалось бы, до самых пяток. — Я... Я стучал... Потом звал... Я не хотел... Прости... — Гарольд не мог сообразить, что ему делать. "Ну надо же было так влипнуть." — Ммм, надеюсь понравилось, что увидел, — Брок улыбался во весь рот. — Ты что-то хотел? Брок решил больше не смущать парня. Но внимание польстило. Брок подошёл к комоду, достал чёрные шорты и белую футболку, надев их на ещё чуть влажное тело. Волосы без укладки чуть вились на концах. Брок ещё раз посмотрел на своего мальчика. Тот успел снять свою рубашку. Вид был хорош. Гарольд был пропорционально сложен. Не хватало массы, качком он не станет, а вот над рельефом можно будет поработать. Сейчас зеленоглазый Ангел был красив своей атлетичностью. Хотя, кто его знает, что там под одеждой. — Я оделся, можешь поворачиваться, — Брок смотрел на красные кончики ушей своего мальчика. Тот ссутулил плечи, как будто ждал чего-то плохого. — Хэй, малыш, я не злюсь, не собираюсь орать или чем-нибудь бросаться. Такое бывает. Я не в обиде. Плечи расслабились. Гарольд повернулся, виноватой мордашкой заглядывая в глаза. — Прости, пожалуйста, я не хотел. Я стучал и звал, — Гарольд снова отвёл глаза. Брок медленно подошёл к своему наваждению, чтобы не напугать. Кончиками пальцев поддел подбородок и потянул вверх. — Ангел, я не сержусь, правда. Ты что-то хотел? Посмотри на меня, я не кусаюсь, — Брок самым кончиком большого пальца поглаживал подбородок парня. Тот на мимолетную ласку чуть зажмурил глаза. Брок второй рукой зацепил пальцы Гарольда и чуть потянул его на себя. Его мальчик потянулся за лаской, как недоверчивый кот. Брок медленно и аккуратно тянул его к себе, пока парень не стал к нему впритык. Гарольд прикрыл глаза, тянулся за ласкающей рукой. Не заметил, как оказался в объятиях Брока. Тот по-прежнему поглаживал его лицо лишь кончиками пальцев. Его мальчик начал расслабляться в руках. Уткнулся лбом Броку в ключицы. Глубоко вдохнул. Брок медленно отпустил руку Гарольда, за которую тянул к себе, обнял за плечи, погладил позвонки. Вторую руку переместил на шею, начиная чуть поглаживать и массировать. Ему нравилось ощущение. Ощущение своего наваждения в руках. Как же он подходил ему. Идеально ложился лбом между ключиц. Его мальчик прикрыл глаза, повернул голову набок, теперь прижимаясь щекой к груди. — Хэй, котёнок, ты что-то хотел, пойдём я помогу... — как бы Броку ни хотелось оставить парня в своих руках, им стоит поужинать. Особенно котёнку. Брок продолжал гладить шею. Было тепло и уютно. И очень приятно. Брок пах солнцем и цитрусом. Очень вкусно. Пришёл в себя Гарольд в объятиях Брока. Обычно он так не расслаблялся рядом с чужими. А тут уже обнимается. Он обнаружил, что его руки обнимали пояс Брока, пальцы чуть поглаживали спину. — Я... Прости... Да, помоги включить душ... У нас были вентели... — Гарольд спрятал глаза на груди Брока. — Конечно, котёнок, пойдём. Как раз скоро доставка приедет, — Брок, не размыкая объятий, развернул Гарольда в своих руках и двинулся на выход. Парень не сопротивлялся. Послушно пошёл на выход, из рук не рвался, чуть краснел только. Брок пересёк коридор и вошёл в комнату Гарольда. Отметил вещи на кровати: чёрные слаксы, тёмно-синяя футболка, чуть дальше лежала пижама, на тумбочке кошелёк и телефон. "Хорошо, его котёнок устраивается". Брок сразу выпустил Гарольда из рук, как только тот начал выворачиваться. — Мне только показать, как включить и выключить, — Гарольд снова опустил глаза. — У нас в школе такого не было, я просто... — Хэй, котёнок, передо мной не нужно объясняться. Я всё покажу и расскажу. Без насмешек и стёба. Закрытые школы бывают разные. Когда я служил в учебке, у нас тоже всё было проще. Потому что кнопки ставить опасно: вдруг электрика замкнет. Давай я настрою воду погорячее, чтобы ты чуть расслабился? — Брок внимательно смотрел на парня. — Хорошо. Сколько мне можно минут побыть в душе? — от этого вопроса Брок выпал. Он смотрел на парня и не понимал, как можно было отказывать ребёнку в естественных вещах. В воде, в еде, в объятиях. Ведь именно так дети познают мир. Всё щупают и тянут в рот, пачкаются, чтобы потом играть в ванной с резиновыми утками. Гарольд с каждой минутой бледнел всё больше. Он быстро купался, даже в школе приходилось всё делать быстро, потому что он был не один. Тётка всегда стояла под дверью и считала минуты, сколько он мылся, чтобы на следующий день загрузить его работой в три раза сильнее. — Гарольд, ты можешь стоять под душем хоть целый день, сколько захочешь, пока не отогреешься и не расслабишься. Хорошо? — Брок снова подошёл и подцепил подбородок парня, стараясь поймать взгляд. — Я не буду долго, я... — на губы лёг палец. Брок уже не знал как убедить его, что он не будет сердиться. — Котёнок, если я говорю, сколько захочешь, это сколько захочешь. Минимум полчаса, чтобы согреться, а потом ещё полчаса, чтобы помыться. Хорошо? — Брок решил обознать Гарольду рамки. Раз он привык, что его ограничивают, Брок подстроится. Мальчику нужны рамки, они у него будут, только не те, к которым привык. Хотелось найти опекунов его котёнка и долго, кроваво их убивать. Нельзя так с ребёнком, нельзя так с человеком. Броку придётся приложить максимум усилий, чтобы Гарольд доверился ему. Чтобы перестал бояться говорить о своих желаниях вслух. "Нет, такому Ангелу еще рано делить постель со мной. Пусть привыкнет, пусть научится жить для себя, а то получится, что я его прогну своими хотелками, а он и не подумает отказать. Хочу его настоящего – пусть капризного, смешливого, злого, расстроенного, но настоящего. Не боящегося всего и вся. Вот тогда ему будет хорошо со мной, и я буду знать, что Гарольд со мной по собственному желанию, а не из благодарности." Брок привык следовать своему собственному кодексу чести. И еще ни разу он не отступил от своих слов. Если обещал, то всегда выполнял. — Котёнок? Давай я схожу в твою ванную и включу воду, ты какой гель хочешь, кокосовый или цитрусовый? — Брок чуть отдалил от себя Гарольда, чтобы заглянуть в лицо. — Как у тебя... Ты вкусно пахнешь, — Поттер поднял глаза на Брока, заалев скулами. — Иди в комнату, переоденься в халат, а я настрою тебе воду в душе. Вот эта кнопка включает воду, я настрою на тридцать восемь градусов, а если захочешь погорячее, то вот эта красная добавляет горячую воду, а синяя внизу – холодную. — Брок показал кнопки внутри душевой кабины. Гарольд внимательно посмотрел, покивал и улыбнулся Броку. От этой улыбки внутри у Рамлоу всё свело. И это чувство было очень приятным.