цербера одолламская

°°°

— Всего хорошего, — ярко улыбается и пожимает руку каждому гостю, который решил сразу же отправиться домой после показа, — будем рады видеть Вас снова!       Остаётся народу всё равно достаточно, но теперь можно и немного расслабиться.       Тэхён садится за полностью свободный столик, перед этим взяв у девушки-официанта бокал вина, и медленно водит глазами по людям. Таким однотипным людям…       Взгляд останавливается на нём. Чонгук стоит полубоком, поэтому не замечает как жадно рассматривает его с ног до головы бывший лучший друг. Тэхён облизывается, смотря на обтянутые брюками бёдра и поднимает взгляд выше, а когда понимает, что творит, то отворачивается в противоположную сторону.       Пустой бокал остаётся на столе, а ноги сами несут в сторону запретной зоны.       До последнего держался, но сдался, когда Сонхи так звонко смеялась и обнимала за руку мужа. — Ещё раз добрый вечер, не против моей компании? — Кидает короткий взгляд в его сторону и быстро переключает на какого-то малознакомого мужчину. — Конечно не против! — Мужчина явно немного перепил. — Это Ким Тэхён, уважаемый человек в наших кругах. — Мы раньше не виделись? — Неприятный голос девушки режет слух, но нужно держать себя в руках. — Думаю, нет, не доводилось.       Врёт, а Чонгук на это усмехается и без каких-либо стеснений неотрывно смотрит на Тэхёна. Терпение кончается. — Чон Чонгук, у Вас очень красивая жена, повезло же всё-таки! — Наигранно смеётся, замечая лёгкий румянец на щеках Сонхи. — Вы тоже красив, идеальная пара.       Тэхён, не боясь того, что могут подумать другие, даже слегка понижает свой голос на последнем предложении. Чонгук нервно сглатывает. — Спасибо, Ким Тэхён.       Дальше всё проходит спокойно. Наверное из-за молчания этих двоих. Были только огненные взгляды друг на друга. А потом Чонгук отлучается в туалет. — Извините, мне нужно ответить на звонок.       Тэхён держит в руках телефон и уходит, но на нём не было ни единого звонка. Сворачивает к двери туалета и толкает её, смотря теперь только на него, пусть даже через зеркало, потому что Чонгук отвернулся. — Ты ждал меня, так ведь?       Делает медленный шаг к нему, как-бы пробуя, а вдруг оттолкнёт. — Ждал. С того дня как ты уехал. — Чонгук поднимает глаза и смотрит на Тэхёна, подошедшего почти вплотную. — Чонгук…       Как перед ним устоять? Он слишком слаб, поэтому аккуратно кладёт ладони на талию, которую почти не видно из-за пиджака. Подходит ещё ближе, чтобы не осталось никакого пространства между ними и кладёт подбородок на плечо.       Так спокойно и хорошо на сердце становится. — Я скучал, очень сильно. — У меня не было другого выбора, понимаешь?       Чонгук на эти слова резко разворачивается и оказывается совсем вблизи, если кто-то сейчас зайдёт, то явно поймут не то. Чёрные глаза смотрят точно в душу, а брови сводятся к переносице. — Не было выбора? Ты бросил меня одного и уехал, полностью оборвал со мной связи! — Тшш… — Подносит указательный палец к мягким губах напротив, слегка улыбаясь. — Сказать почему я уехал? нет, нет, нет… мозг кричит, останавливает, но всё тщетно.       Чонгук выдыхает шумно, кивая, а ему на шею ложится ладонь, притягивая к себе ближе. Теперь он чувствует чужое тёплое дыхание возле уха, от этого мурашки пробегают по коже. — Потому что я люблю тебя, глупый. — Поцелуй меня.       А Тэхён никогда не отказывал ему, даже сейчас не в силах. Он целует нежно, пытаясь оставить в памяти этот вкус губ. Вечность бы так стоял. Ладоням находит место на пояснице, притягивая к себе ближе, чувствует, как Чонгук на плечах слабо сжимает свои руки.       Становится мало, поэтому толкает язык и его сразу же обхватывают губами, а после пропускают в рот, позволяя хозяйничать. Тэхёну крышу сносит от него. Ставит колено между ног и не ощущает сопротивлений, потому что сами раздвигаются для него. — Ты такой сладкий, — шёпотом говорит с прикрытыми глазами. — Тэ… — выдыхает и получается что-то похожее на полустон, — я хочу тебя. — Тогда нужно уходить отсюда поскорее.

°°°

      Бесконечный коридор в квартире Тэхёна они преодолевают не без труда, скидывая с себя верхнюю одежду и не забывая целовать друг друга. Чонгук лежит в центре кровати в одних боксерах, а его кожа блестит от лунного света, который попадает через шторы в комнату. Тэхён налюбоваться им не может. — Не боишься? — С тобой я ничего не боюсь.       Тэхёна такой ответ вполне устраивает. Последний элемент одежды остаётся на полу, поэтому он хищным зверем ползёт к нему и устраивается между ног, сгибая их в коленях. Длинными пальцами проводит от шеи, задевая соски и получает на это тихий стон, спускается ниже к рёбрам, животу и тянет резинку трусов вниз, медленно стягивая. — Иди ко мне.       Тэхён наклоняется к нему и поцелуй получается тягучий, но самое главное то, что он с чувствами. Пользуясь моментом, просовывает руку между их телами и обхватывает ладонью два члена, начиная медленно водить по всей длине. Чонгук же на это стонет в губы уже более ясно. — Подожди секундочку, внеземной мой мальчик.       Тянется к краю кровати и берёт приготовленную бутылочку смазки вместе с презервативом. Чонгук внимательно следит за плавными движениями, а когда замечает резинку, то становится как-то не по себе. Они раньше без… — Тэхён, я чист, убери это. — Ты с ней… — У меня с ней не было ничего ни разу в жизни.       И тут Тэхён застывает на месте, не зная как реагировать. Радость, недоумение, любопытство… Всё смешалось вместе. А потом замечает выражение его лица и бьёт мысленно себя по лбу. — Прости.       Быстро целует в губы, помогает перевернуться и встать на колени, а после чуть давит на поясницу. Чонгук опускается грудью на мягкую поверхность, раздвигая ноги шире. Из-за этого вида внутри фейерверки начинают взрываться. Сегодня он открыт целиком и полностью только для него.       Тэхён громко выдыхает и льёт себе на руку смазку, после проводя по всей длине. Подставляет головку к розовой гладкой дырочке, несколько раз проводя по ней вверх-вниз, но входить пока не собирается. Просто это выглядит тоже нереально прекрасно, да и подразнить немного нужно. Чонгук поворачивает голову, смотря туманными глазами на него. — Расслабься, я не сделаю тебе больно. Он это прекрасно знает…       Выдавливает ещё немного смазки, которая теперь стекает по узкому мышечному колечку, капая на простыни. Тэхён медленно вводит первый палец, а Чонгук реагирует невероятно, выдавая из своего ротика тихие стоны, вздохи и мычание.       Добавляет второй палец, но всё делает аккуратно, чтобы не было больно. А когда Чонгук начинает сам насаживаться на пальцы, то Тэхён готов был кончить в эту же секунду. Но добавляет третий палец, проталкивая глубже. — Давай, я готов, быстрее, прошу… — Всё для тебя. — Вытаскивает пальцы и берёт член в руку, медленно начиная входить, прикусив нижнюю губу. — Будет больно — кричи, будет хорошо — стони.       И Чонгук стонет громко, просит больше, сам пытается двигаться, но не может, потому что слишком крышесносно. Он заводит руку за спину и отодвигает пальцами ягодицу в сторону, открывая вид ещё больше. — Тэхён, пожалуйста, не будь сегодня нежным. — Раз ты так просишь. — Делает резкий толчок и заполняет до основания. — Ты такой узкий, это мне слишком нравится.       Тэхён быстро начинает двигаться внутри, сжимая в руках тонкую талию до побеления кожи вокруг пальцев. Чонгук кошкой выгибается в спине, каждый раз выкрикивает его имя громче, почти задыхается и хватается за всё, что попадётся. Звучит звонкий шлепок, а на правой ягодице сразу же остался красный след большой ладони, но передышки не даёт, ударяя ещё раз, и ещё, и ещё… Чонгук чувствует, как кожа горит, но от этого слишком много удовольствия. — Хочешь оседлать мой член? — Хочу, — пустота внутри чувствуется теперь не приятно.       Тэхён замечает недовольное лицо своего мальчика и ухмыляется, а сам быстро ложится на спину, помогая ему сесть сверху. — Покажи мне, как ты умеешь, порадуй меня. — Я порадую, обещаю.       А от такого Чонгука в постели, мягкого и податливого, сердце сжимается. Бывало, что во время оргазма он ронял слёзы, а Тэхён их бережно сцеловывал. Сейчас же он любуется тем, как Чонгук двигается, закатывая свои глазки от удовольствия.       Тэхён проводит ладонями по бёдрам, доходя до сосков и не сильно крутит их, потому что знает, как именно нравится ему. Чонгук от этого даже движения замедлил. Тянет на себя и крепко обнимает поперёк талии, а сам начинает двигать бёдрами, переходя на быстрый темп. Сладкие, мелодичные и громкие стоны сейчас возле уха, поэтому даже глаза прикрывает, чтобы только так запечатлеть этот момент. Кусает и засасывает молочную кожу на плече, а Чонгук против ничего не имеет, наоборот, откидывает голову в бок, чтобы было больше пространства. — Хорошо, мне очень…       С ещё более громким стоном Чонгук кончает на их животы, которыми был зажат член и сжимается весь внутри, поэтому Тэхён изливается и не спешит выходить. — Я не могу без тебя. — Знаю, Чонгук, я всё знаю…

°°°

      Всю ночь Тэхён его обнимал и оставлял лёгкие поцелуи, чтобы не разбудить. Сердце воет, потому что это всё не правильно. Поэтому, как только на часах было уже шесть утра, пришлось встать и быстро собраться, чтобы уехать в рабочий офис. и плевать, что сегодня не обязательно туда приезжать.       Пока одевался, каждый раз кидал взгляд на кровать, где лежит комочек, по пояс укрытый одеялом. На плече и шее виднеются отметины их совместной ночи. Тэхён представляет, каково будет состояние Чонгука, когда тот проснётся совсем один в этой тихой квартире и от этого ещё хуже становится на душе. Но дверь с обратной стороны всё же закрывается.       Убежать от разговора легче, чем ворошить прошлое.       Чонгук после его ухода проснулся почти сразу же, а когда никого в квартире не увидел, то хотелось уткнуться лицом в подушку и плакать. Он просто сбежал от него. А потом замечает бумажку на тумбе. «Доброе утро, перекуси чего-нибудь. Ключи оставишь в почтовом ящике.»       Сухо. Слишком сухо, а от этого не привычно.       Но Чонгуку не обязательно знать о том, что Тэхён долго не мог написать эту записку, а потом ещё оставил поцелуй на макушке, любуясь тем, как он морщится во сне. Быстро оделся и почти не смотрел по сторонам, чтобы не вспоминать ничего, но забыть такое очень трудно, точнее — невозможно. Вышел из квартиры и сделал всё так, как попросил хозяин. Обещает себе, что больше он никогда не пойдёт на поводу у своих чувств.

Кто не грешил в любовной лихорадке, Тому читать все это смысла нет, Тому мои мелодии не сладки, И для того я просто не поэт.