С Зефир Бризом что-то не так.

Никогда ещё я не переживал столь яркие и чуждые сны. Забытье не дарит покоя. Не давало ответов на вопросы. Не избавляло от кошмаров действительности. Сон искажает лица, превращает всё в безумный калейдоскоп бессмысленных событий и действий. Словно высшее проведение не давало мне отстраниться от сумасшедшей реальности, приковывая к самым пугающим образам. И даже здесь в моём собственном сне проклятая музыка не умолкала. Мелодия что раньше крутилась на гране сознания, теперь ревела кошмарным оркестром, оглушая, не позволяя собраться с мыслями. Я блуждал среди малахитового тумана по узким коридорам из крестильных зеркал. Единственное лицо, что я видел, было моим собственным отражением. Искажённая посмертная гримаса сохранила немногие узнаваемые черты моего лица. Отвратительная личина застыла подобно резиновой маске натянутой на череп, в глазницах лишь чернильный непроглядный космос. Я был мёртв. Но оркестр не давал мне времени на раздумья. Стоило мне остановиться, как проклятая музыка переходила на крещендо. Эти громоподобные ноты били, словно невидимые кнуты, подгоняя меня к неизвестной цели. Музыка вела меня словно охотник, загоняющий свою добычу. Стоило мне попытаться сбежать или повернуть не туда как она начинала играть ещё яростней и ожесточённей. Я пытался ускоряться, двигаться быстрее, но в узких коридорах зеркального лабиринта то и дело натыкался на одну стену за другой. Удар лбом в очередное отражение оставил пятно чёрной смолы, словно кровь перемешанная с пеплом. Но музыка снова гонит меня стремглав и тело равноускоренно и неотвратимо бьётся о новые стены этой нерушимой темницы. Коридоры малахитового лабиринта кажутся бесконечными, как и удары незримого бичевателя. Но в одно мгновение я налетел на очередную зеркальную стену, та задрожала, оркестр умолк, не думая ни о чём, лишь радуясь полученной передышке, я поднял глаза. Я ожидал увидеть очередное своё отражение, но встретил лишь полный любопытства взгляд. Маленькое похожее на лошадь с крыльями существо смотрело, словно сквозь меня, оно прикоснулось к поверхности малахитового зеркала и то задрожало ещё сильней. Оркестр вскрикнул, забили барабаны, тарелки и гонги, приказывая разбить зеркало. Я подчинился, силой впечатывать свои кулаки в малахитовую стену удар за ударом. По зеркалу поползли трещины, а с моих рук потекла чёрная субстанция. Я думал, что удары напугают существо по ту сторону зеркала, но ошибся. Только по одному ему известным мотивам существо стало повторять мои действия. Для того чтобы разбить зеркало нам оставался лишь один последний удар, мы одновременно размахнулся и… *** Глаза открылись ещё до того как мой разум осознал пробуждение. Перед глазами всё ещё проносились поблёкшие картины малахитовой тюрьмы, а в ушах до сих пор звучали отголоски того кошмарного оркестра. Постепенно это наваждение стиралось из памяти, как и любой другой сон, оставляя после себя только горький осадок страха и боли. Все телесные ощущения, отошедшие из-за кошмара на второй план, постепенно возвращались. Я почувствовал, как бешено и исступлённо колотится сердце, как дыбом встала шерсть и как нервно напряглись крылья. Всё это время я просто пялился в потолок. Я был растерян, а в сознании то и дело возникали всё новые и новые вопросы, но приходившая в себя память отвечала на них в меру своих сил. Шаг за шагом, я вспоминал события пошедшего дня, всю ту боль и все те ужасы что мне пришлось пережить, весь тот смак новых впечатлений и открытий. Когда последние остатки наваждения были стёрты я сел на кровать, осматривая комнату. Было раннее утро, Флаттершай тихо сопела в своей кроватке, должно быть я сильно утомил её вчера. Сложно было описать те смешанные чувства, что крутились у меня при взгляде на эту кроткую пегаску. Впрочем, одно можно было сказать точно, я неимоверно благодарен ей за всю ту поддержку. Пускай на самом деле я не её младший брат, но это не мешает испытывать нечто родственное к этой малышке. Ладно, пускай ангелочек продолжает отдыхать, я поправил чуть спавшее с пегаски одеяло и пошел к выходу. Честно я не знал чем себя занять, просто не желал беспокоить Флаттершай, а мысль о досмотре того кошмарного сна заставляла шерсть вставать дыбом. Может Клауд или Пози уже проснулись? Покручусь у них под копытом, всё ровно пака заняться нечем. Но, увы, спустившись со второго этажа, я никого не обнаружил. Что же либо я ранняя пташка, либо все члены этой семьи любят здоровый сон. Взглянув на одинокую кухню, я лишь горько вздохнул и вернулся в пустую гостиную. Сидя в довольно удобном кресле главы семьи, меня не покидало неуютное чувство скуки и одиночества. Ещё вчера эта комната была сосредоточением всего тепла и веселья этой милой семейки, а сейчас здесь царит тишина. Нет, я знаю, что семейство Шай мирно спит на втором этаже, но не могу отделаться от чувства одиночества. Странно, я думал, что за прошедшие годы сумел смериться с отчуждённостью. Мне казалось я привык к тишине и темноте, что вечно царили в моей маленькой квартире. Впрочем, у меня никогда не было времени на самобичевание, как и любой рабочий человек, я был слишком вымотан, чтобы размышлять о чём-то кроме скорейшего сна. До чего же тошно. Сейчас от безделья в голову снова лезут не самые приятные мысли. Часть меня испытывает стыд и вину перед семейством Шай за весь этот спектакль, что я устроил, ведь молчать о своей природе всё равно, что быть соучастником преступления. Но другая половина, желает воспользоваться произошедшим, чтобы перестать быть вечно одиноким и пропащим человеком, я обрёл новую жизнь, разве это не счастье? И обе части идут далеко и надолго. Надо чем-то занять себя, а то во всей этой апатии можно с головой утонуть. Увы, у пегасов нет телевиденья, наверно. Так что мне остаются только книги. Пройдясь до ближайшей полки, я стал перебирать находящиеся там книги. Нет, за эту ночь читать на этом странном языке я так и не научился. Как когда-то в далёком детстве я пролистываю литературу в поисках красочных иллюстраций. Я остановился на книге, что напоминала мне учебник по естествознанию. Цветочки, птички, животные, сказочные создание которым самое место в кунсткамере, ну и классические пестики и тычинки. Погодите-ка… на одной из страниц красовалась схема внутреннего устройства единорога: скелет, нервы, кровеносная система и наконец, органы. Почему я раньше этого не замечал? У пони на картинки было то чего не было у меня. Речь не о роге. Я стал мысленно прогонять всех увиденных за всё время пони и понял, что не замечал и у них этой важной детали. Я, конечно, сравнивал пегасов с ангелами, но что бы они были схожи в таких вещах и местах. Нет, это бред, пони не могут быть бесполыми, у них есть дети, не могут же они размножатся как смурфики? Да в узду это размножение, нынешний вопрос важнее и неотложнее – «Где мой Хуй?» Ну не совсем мой, скорее Бриза… Так я не буду продолжать эту мысль. Мой не верящий взгляд упёрся в то самое место, где предположительно должна быть мужская гордость, и не обнаружил ничего, кроме шерсти. От непонимания и негодования хотелось перечислить все дырки и щели, в которые может отправиться местная эволюция, бог или любой иной ответственный за это творец. А может он просто прячется как у змей? Нет в книжке нарисовано иначе. Срань господня, я что кокая-то, бесполая кукла для девочек? Я только начал привыкать к этому телу, а тут… На нервах я ткнул себе в пах и почувствовал… Он невидимый? Как это возможно? Я осязаю что-то невидимое в том самом месте, где, казалось бы, ничего нет. Кот Шредингера какой-то, ну или в моём случаи питух. Блять, Цыплаков ну ты и идиот, это же магия очевидно! Логично, в любой непонятной ситуации объясняй всё магией. Радуга тёчёт как вода? - Магия! Железо обладает свойствами сахара? - Чудо! Люди ведут себя как идиоты? - Ты волшебник Гари! Всё вышеперечисленное я готов принять, но невидимые чресла? Кто и зачем придумал это? Ему рассказывали про штаны? Или может быть, здесь где-то есть переключатель? На протяжении всего вчерашнего дня я не видел ничего под этими разноцветными хвостами ни у одного из пони, хотя не то чтобы я присматривался. Получается это их видовая особенность? Где я могу про это прочитать? Я готов выучит этот язык только для того чтобы прочесть здешние учебники по половому воспитанию. В конце концов, очень интригует, как разумный вид способен делать "ЭТО" вслепую. На этой мысли меня сконфузило. О чём я вообще думаю? Они буквально четвероногие животные, пускай и разумные. От продолжения этого порочного круга не менее порочных тем меня отвлёк урчащий желудок. Да самое время перекусить. Я протопал на кухню, оставляя эти нелепые вопросы на потом, и подошел к замеченному ещё вчера холодильнику. Железная махина возвышалась надо мной холодной и тихо гудящей башней. И почему я такой маленький? Даже встав на дыбы, я не могу дотянуться до ручки холодильника. И снова моя гордость была уязвлена, быть беспомощным даже в таких бытовых вещах оскорбительно. Идея воспользоваться крыльями пришла не сразу, отчего-то я до сих пор не могу свыкнуться с новыми частями тела. Взмах, чувствую уже привычный жар внутренней печи и разгорячённый повисаю на недвижимой ручке холодильника как на турнике. Я не могу быть настолько немощным! Все попытки отпереть проклятую дверь оказываются тщетными, как бы я не тянул всё без толку. От досады я начинаю пинать железного исполина, но тот даже не шелохнулся. С тем же успехом я мог бы взять стальную дверь на таран головой. Единственной пострадавшей от этого порыва вещью стала моя гордость. Ну и ладно, кому нужен этот холодильник, когда у меня есть целая кухня полная продуктов. Я стал открывать каждую дверцу кухонной гарнитуры, но находил только посуду, специи и… О это же коробка с печеньем! Жестяная коробочка с изображенным на ней песочным печеньем и очередной надписью, так и манила собой, я вытащил эту жестянку и попытался открыть. Без помощи пальцев это было почти нереально, даже волшебная магнитная сила копыт не помогала раскрыть этот крепкий орешек. А к чёрту эту коробку! Я размахнулся и ударил жестянкой об пол, та со звоном раскрылась, рассыпая содержимое по полу. Но это было меньшая из моих проблем. Вместо печенья я разбросал по полу лишь кучи иголок, ленточки и мотки нитей. Кто держит швейный набор на кухне!? В коробке для печения! Зачем? Неужели во всём доме нет более подходящего места? Или это какая-та изуверская традиция совать эти проклятые нитки именно в коробки из под печенья и класть на самое видное место? Помнится, у бабушки тоже была одна такая коробочка и она раз за разом разочаровывала меня своим содержимым. Ну, зато я нашел сходства между двумя мирами… зашибись. Желудок жалобно заурчал, напоминая, что сейчас самое время уже найти, что ни будь съедобное. Ладно, быстро отыщу, чем перекусить, а потом приберусь тут. Взлетев к полкам и продолжая поиски, я открыл следующую дверцу, там было множество цветастых бутылочек и мешков с нечитаемыми письменами. Ну, отлично, что из этого хотя бы частично съедобно? Я стал перебирать всё содержимое, осматривать, нюхать, пробовать. Так тут у нас уксус. Растительное масло, кажется оливковое. А это что? Ухты пахнет виноградом!.. Тьфу, блин, винный уксус, я должен был догадаться. Кокой-то порошок в коробочке, возможно сода. Мешок с мукой. Чёрт я всю полку перерыл, как бы всё содержимое не посыпалась, ладно, что там дальше? Сено… Живот заурчал, торопя меня, и в голову пришла странная идея. Лошади же едят солому и сено так? Следовательно, если пони равно лошадь, то они тоже могут, есть это? Нужно попробовать, лучше варианта всё ровно нет. Хорошо, что меня никто не ви… - Зефир что ты делаешь? Сердце пропустило удар, я резко повернулся, загораживая собой шкаф, словно вор, пойманный с поличным. Спокойно! Это всего лишь Флаттершай. - Впсё хпощё – попытался сказать я с полным ртом сена. Жёлто-розовая пегаска озорно хихикнула, поправила чёлку и стала подходить к гарнитуре. – Ох, Бризи, ты проголодался? Кажется, старшая сестра Бриза не заметала творящийся на полу бардак, всё её внимание было сосредоточено на зависшем в воздухе брате. Я попытался предупредить ее, но заполненный сухой травой рот не был способен на членораздельную речь. Я уже собирался выплюнуть полупережеванную массу, но было уже слишком поздно. - Зефир, ты забыл, что говорить с набитым ртом не культ-у-У-у-рн-о-о! – Флаттершай не заметила валяющихся на полу мотков с нитками, точней заметила, но слишком поздно. Балансируя на маленьких цилиндрах ниток, пегаска покатилась по направлению к гарнитуре. Удар сотряс шкаф, зазвенела посуда, на мою спину навалилось нечто. Я не успел среагировать и тяжкий груз якорем потянул меня к полу. Я упал прямиком на спину распластанной Флаттершай вместе с мешком чего-то тяжёлого. Только по поднявшейся белой пыли я понял, что это был злополучный мешок муки. - Кхе-кхе, что тут происходит? – Послышался голос Клауда по ту сторону дымовой завесы, похоже, пегас пытался разогнать это облако пыли крыльями. - Дорогой, Кхелауд, перестань махать крыльями, ты делаешь только хуже. – Упрекала мужа Пози. Всё затихло, прошло две мучительно долгих минуты, прежде чем пыль окончательно осела, и я увидел сконфуженные лица родителей Бриза. - Тьфу. А мы тут так сеном балуемся. – Я выплюнул оставшуюся во рту солому и невинно улыбнулся, ну насколько я на это способен. Я сбросил опустевший мешок. Попытался встать, но возмущённый писк снизу сообщил мне, что это была не лучшая идея. Флаттершай тоже начала подниматься. В итоге мы стали этакой двух этажной башней пони, вот только наши с Флаттершай мордочки смотрели в разные стороны, я смотрел на родителей Бриза, а пегаска в сторону гарнитуры. Флаттершай только и успела, что обернутся да чихнуть, как неожиданно прозвучал щёлчок, а за ним вспышка. Я уставился на невинно улыбающуюся Пози, что держала в своих копытах фотоаппарат. - Что? Разве можно упускать такой снимок? – Оправдывалась пегаска, перед мужем, что неодобрительно смотрел на неё. – Вы в порядке детки? *** Дальше всё было менее сумбурно. Пози повела с Флаттершай в ванную, оставляя Клауда устранять последствия моего «Завтрака», чем он был крайне недоволен. Правда, Мистеру Шаю удалось отомстить, когда он забрал у Миссис Шай фотоаппарат. Оставляя белые следы на полу, мы вернулись на второй этаж. - Ну и кто первый? – Спросил я, стоя перед дверью в ванную. - Что первый? – Непонимающе скосила голову Пози. Она придуривается или не понимает? - Ну, мыться. - Всё-таки Рейнбоу странно на тебя влияет, Бризи. – Толи шутя, толи всерьёз рассуждала Миссис Шай. Ей согласно закивала младшая пегаска. – Как можно соревноваться в мытье? Я всех вас вымою, вы мои белые и пушистые детки. Причём тут Дэш? Я не это имел ввиду… Погодите-ка… Что значит «Всех вас вымою»? Не-не-не, я на это не подписывался. Я взрослый человек и сам могу себя вымыть. Или что дальше вы за меня и еду пережевывать будите? Я, конечно, сравнивал себя с кукушонком но не настолько же! Оставьте мне хоть крупицу мужской гордости! Пока я всё моё нутро кричало я спокойно проследовал за жёлтыми пегасками. Передо мной была весьма привычный глазу санузел, за исключением некоторый деталей. Обыденная стальная ванная, напольный туалет, мыльница и огромное количество полотенец, щёток странной формы. Забавно как перемешались инструменты по уходу за животными, что можно увидать у ветеринаров, и привычные для меня принадлежности для человеческих парикмахеров. Это что смыв в полу? Удобно. - Ну, давай снимем твою повязку Бризи. – Обратилась ко мне Пози, взяв моё раненое копыто. Уже потускневшие бинты были медленно смотаны, открывая глазу струпья заживающей раны. Пози сострадательно перевела взгляд с укуса на меня, что-то сказав себе поднос. – Если бы мы только успели прийти вовремя… - Что? – Не до конца расслышал я. - Ох, я говорю, скорее, полезай в ванную милый. – Виновато и торопливо говорила Миссис Шай, указывая мне залезть в ванную, где уже ждала Флаттершай. - А может, я сам себя помою? - Бризи, у нас нет время на капризы. – Пози наклонилась и сделала неожиданное, схватила меня за шкирку зубами. Может быть, это был рефлекс этого странного тела, а может виной этому мой шокированный разум, но я обмяк в хватке Миссис Шай словно котенок. Пришел в себя я только когда мы все втроем оказались в ванной. – Флаттершай, дорогая, подай мне шланг. Это было странно, может быть, именно так ощущают себя собаки, когда их моют. По шёрстке стекала горячая вода, но я словно окоченел. Сложно представить себе атмосферу теплее, чем та, что царила сейчас вокруг меня, но в противовес этому меня пронизывал мнимый холод. Мне было сложно принять всё происходящее, меня мыли словно маленького ребёнка, всё это ощущается таким чуждым и неправильным. - Не, стоит волноваться Бризи, никто тебя не винит за случившееся. – Успокаивающе сказала Пози, видно почувствовав моё напряжение и приняв его за стыд. – Я должна была догадаться, что нечто подобное может произойти. - Извините, я не хотел вас беспокоить. – Если быть честным, мне всё ещё страшно общаться с семейством Шай. Мне и без того стыдно за свою беспомощность и бестолковость, так я ещё и обременяю этих честных пони. - Зефир, тебе нечего стеснятся. Нам не в тягость о тебе заботится. – Заговорила, Флаттершай. - Но мне всё ровно стыдно быть таким… - Конфуз перерос в негодование. Я чуть не проговорил всё то, что чувствовал по отношению к этому телу, к миру и к себе, но вовремя остановился. - Маленьким? – Вдруг продолжила за меня Пози. - Неуклюжим? – Подхватила Флаттершай. - Миленьким? – Уже вдвоем заговорили они. - Да и ещё раз да! – Воскликнул я и непроизвольно ударил копытцем. – Мне так стыдно, что вы со мной возитесь… - Зефир Бриз! – От внезапно ставшего таким строгим голоса Пози кровь похолодела. – Во-первых, ты мой жеребёнок и тут нечего стыдится, а вырасти, ты всегда успеешь, а мы пока позаботимся о тебе. Во-вторых, ты не можешь нас обременять, ты член нашей семьи, наша отрада. - А в третьих? – Спросил я и снова получил ушат воды наголову. - А в-третьих, в ванне брызгаться нельзя. – Повеселевшим голосом провозгласила Миссис Шай. - Тьфу, извини. – Снова начал я оправдываться. – Просто я боялся, что испортил всем утро. - Испортил? – Пегаски захихикали. – Бризи, это самое весёлое утро за последнюю неделю. Без тебя в доме было так угрюмо. Вновь я уловил радостные трели незримой мелодии, что подпевала царящей вокруг тёплой атмосфере. Она сопровождала нас во время купания, пока мы помогали друг другу мылить спинки, чистить перья, которые оказались на удавление гибкими и водостойкими, мыть гриву. Не сказать что мне всё это привычно или приятно, я всё ещё нервничаю, но что не убивает, делает нас сильнее, так ведь? После долгой сушки мы вернулись на кухню, должен признать, что со всей этой чехардой я совсем позабыл про голод. И слава господу, Мистер Шай не сидел без дела, а успел приготовить нам завтрак. Правда это был всего лишь сэндвичи, на что жаловалась Пози, называя это неполноценным завтраком, но как по мне сойдёт. Хах, джем и арахисовая паста, я словно в американский ситком попал. Закончив трапезничать, родители собрали все нужные вещи в свои сумки и повели на улицу. Клаудсдейл был всё также ослепителен и точно также вызывал у меня суеверный трепет. Странно, но на этот раз мы не полетели, а стали медленно идти вдоль тихих улочек спального района. Всё-таки интересно, какой он Кантерлот? Это такой же облачный город, что и Клаудсдейл? Эквестрия на что ты похожа? Вся ли ты такая же волшебная, как и этот облачный рай? Поток вопросов прервался, стоило спокойной картине жилых домов смениться на порт. Вместо кораблей и лодок тут были непохожие на земные дирижабли и уже куда как более привычные воздушные шары. Не меньше меня удивили колесницы, телеги и дилижансы с запряженными в них пегасами. Эти крылатые пони тащили их по воздуху так же обыденно, словно тягловая лошадь тянувшая плуг. Страннее всего было то, что некоторые телеги и колесницы имели рисунок с привычными для такси шашечками. - Мы что полетим в Кантерлот на дирижабле? – Вырвалось у меня. - Нет, полёт на дирижабле займёт целый день. – Клауд покачал головой. – Уж слишком они нерасторопны. Да и из Клаудсдейла сейчас идут только одни туристические и грузовые рейсы. - Тогда зачем мы здесь? - Чтобы спустится малыш. – Клауд указал в сторону небольшого воздушного шара. – Вон тот шар, кажется свободен. - А разве мы не можем ну… просто полететь. – Мужик мы вроде и сами летать можем. - Не в коем случаи! – Вдруг взорвалась Пози. – Зефир, планирование на такие большие расстояния требуют много сил и знаний. Это совсем не похоже на наш полёт от больницы к дому. - А зачем мы спускаемся? – Подала свой голос Флаттершай. – Что нас ждёт внизу? Клауд и Пози переглянулись, на их лицах появилась хитрая улыбка. Та улыбка, с которой родители смотрят на детей что открывают свои подарки. Миссис и Мистер Шай желали удивить нас, мне было это очевидно, но если быть честным я был в предвкушении. *** Мы подошли к одному из свободных воздушных шаров, Клауд тут же начал говорить с «Капитаном» этого «Судна». Назвал я его так из-за странного внешнего вида этого пегаса, оранжевый жеребец с рыжей гривой, в которой проглядывались седые полосы. Вообще он создавал впечатление ряженного, но не как не летчика или моряка. Белая фуражка с безвкусной позолотой, китель увешанный наградами, словно золотая рыбка чешуёй. Придурковатое выражение морды и редкие, словно подростковые белые усики. Не уверен о чём Мистер Шай говорил с «Капитаном», но, похоже, что они торговались. Больше всего меня в этом удивило то, чем Клауд расплачивался. Огромные круглые монеты с золотым блеском. Слишком крупные, чтобы быть золотыми, ну не мог же Клауд таскать с собой столько золота, просто иначе его седельная сумка была тяжела как моя прошлая жизнь. Мы взошли на «Судно», в эту маленькую корзинку воздушного шара, а «Капитан» стал медленно спускать шар, понижая температуру внутри купола. Постепенно мы снижались, отдаляясь от причала всё ниже и ниже. В какой-то момент, смотря на Клаудсдейл снизу вверх, город стал казаться просто огромным облаком, хотя это обманчивое впечатление пропадало всякий раз, как на глаза попадался радужный водопад, пегас или другое воздушное судно. Мой взгляд устремился вниз на землю. Огромные равнины и леса, что простирались от горизонта до горизонта. Реки, уходящие вдаль к морю, берег которого я не мог увидеть даже с такой большой высоты, настолько эти земли были бескрайними. И посреди этих простор возвышалась одинокая Гора на остром пике, которой лежал белый снег. Но не это было самым удивительным, на горе был возвёдён Город! Дома постепенно поднимались от подножья горы всё выше и выше, и чем круче становились склоны, тем пышнее были особняки, стоявшие на них. Но апофеозом этого инженерного безумия был Дворец у самой вершины. Это огромное строение висело на горе, словно ветвистое дерево на крою скалы, ветвями ему служили высокие остроконечные башни. Этот внушительный дворец, как и весь город, издалека казался таким ненастоящим - игрушечным. Оторвав глаза от горы, я стал примечать более обыденные вещи. Вереницы дорог, ведущие к деревням и городкам, золотые поля ржи, а когда мы опустились ещё ниже, то я стал различать и маленьких как муравьев пони. Кажется, я заметил там вдалеке коптящий небо шлейф чёрного дыма, самого что ни на есть настоящего паровоза. Мелодия, сопровождавшая меня, ликовала торжественным гимном этой волшебной страны. Я слышал завывание фанфар, потусторонний хор сотен голосов и вальс скрипок. Яркая как солнце музыка лучилась радостью и счастьем, славя эту магическую страну. Эта мелодия была пестра как радуга и насквозь чужда, как и свет этого ослепительного солнца. Слишком ярко. Слишком громко. Слишком приторно. С высоты эта картина этих земель казалась идеальной и это пугало. «Я здесь лишний» - звучало в моей голове. Я не мог преставать себя живущего в этих кукольных домиках, работающего среди этих мягких игрушек, ярко улыбаясь вместе с ними. Эквестрия она словно сказка, рассказанная ребенку на ночь. Но может это тоже иллюзия? Может я ошибаюсь? Я ведь по-прежнему ничего не знаю об этой стране. Смотря свысока птичьего полета, не разглядишь всех шероховатостей. - Так какая ты Эквестрия? – проговорил я себе под нос. - Такая какой ты её захочешь видеть. – Сказал Клауд. Мне нечего было сказать в ответ, мы просто наслаждались полётом. *** Полёт занял у нас около полутора часа, а может два с половиной, я был слишком увлечён, чтобы засекать время. Мы сошли на землю, усеянную изумрудной травой, кажется в Эквестрии сейчас в самом разгаре лето, вокруг нас был небольшой тихий городок с однотипными домиками напоминавшие нечто среднее между немецким средневековым зодчеством и убранством типичной американской глубинки. Какая разительная разница межу этим местом и Клаудсдейлом, просто небо и земля… Ах да. Тут даже дышится совершенно иначе. Все эти запахи природы кажутся такими аппетитными, в особенности этот аромат свежей травы. В голове появилась странная идея, а почему бы не попробовать поживать немного этого зелёного газона? - Не смей. – Вдруг сказала Флаттершай, смотря на меня с укоризной. - Что? – Встрепенулся я. – Я же ничего не делаю. - Бризи, я знаю, о чём ты думаешь, и в прошлый раз это плохо окончилось. – Заявила жёлтая пегаска. - Как окончилось? – Я был немного ошарашен. Что может произойти, если я съем траву на улице? Подождите, а что произошло тогда? Флаттершай промолчала. - Ну как? – Она что это специально? Тишина в ответ. - Ты же просто пугаешь меня, да? Пегаска лишь хихикнула в ответ. Издевается? А этот ангелок на это способен? Не верю. Ну что же, я оставлю эту тему пока что. Мы шли по улочкам сонного городка, а тот жил своей размеренной жизнью. Хах, я только что спустился с небес на землю, а для окружающих это просто очередной вторник. И почти все эти пони были… обычными. Ну, насколько может быть обычной помесь кошки и маленькой лошади, на которых вылили всю радугу Клаудсдейла. По крайней мере, у них не было рогов и крыльев. Кажется, я видел таких пони на одной картинке в энциклопедии. Улочки сменились на торговые ряды рыночных палаток. Хотя вернее будит сравнить это место с ярмаркой, уж очень пёстрыми были эти магазинчики. Преимущественно все товары здесь были плодами местного сельского хозяйства: овощи, фрукты, крупы, молоко которым торгует корова… Что? Я встал, как вкопанный когда мы проходили мимо прилавка с различной молочной тарой, за которым стояла белая бурёнка. Корова скучающе куда-то смотрела, но после обратила внимание на меня и, помахав копытом, улыбнулась. У меня нет слов, чтобы описать тот культурный шок, что я сейчас испытываю. Это разумное животное так похоже на земную корову, почти точь-в-точь, и лишь морда наделённая эмоциями отличает эту бурёнку от привычного для меня скота. - Бризи, в чём дело, почему ты остановился? – Кажется, пока я прибывал в прострации, семейство Шай успело оторваться от меня. - Кажис’ я первая корова, которую твой малец увидал. – Телятина заговорила, на её шее глухо зазвонил колокольчик, в такт ему музыка приобрела насмешливые нотки. Мне было нечего ответить, таких вот коров я вижу впервые. - Ох, простите, он у нас такой впечатлительный. – Заговорила с коровой Пози. - Эй, да ничего дорогуша, я ж не в обиде, детки они ж цветки жизни. – Посмеиваясь, говорила бурёнка. - Да, вы правы. – Ответила на смех смехом Миссис Шай. – Увы, нам нужно идти, пойдём милый. - Вот, возьми дружёк, на дорожку. – Корова протянула ко мне стеклянную бутылочку с белой жидкостью. – Ну, пирожок, что нужно сказать? - С…спасибо… - Ответил я, забирая тару с молоком. Корова лишь широко улыбнулась и ещё долго махала нам вслед. Боюсь, после этой встречи я не скоро смогу пить молоко. Отвлекло меня от полученного опыта ещё одно явление привычное для сельского жителя, я увидел, как на поле вдалеке несколько пони пасли целое стадо овец. Погодите-ка, чего? - А овцы могут разговаривать? – Решил, не раздумывая спросить я, и указал на стадо. Уж больно вся эта волшебная страна напоминает мне Волшебника изумрудного города. Не дай бог здесь ещё и собаки с птицами говорят, я с ума сойду. - Конечно, нет Бризи. – Ответила мне Флаттершай. – Овечки не умеют говорить, как мы. А почему? Нет, я конечно рад, но какого чёрта? Как это работает? А-а! У меня уже голова болит от этой страны чудес. Встречу местного волшебника Гудвина обязательно спрошу. Ладно, что дальше, Мистер Шай приведёт меня к дороге из жёлтого кирпича? *** Железная дорога. Пролегала сквозь крытый куполом вокзал. Огромный локомотив гудел в свой свисток, оповещая о прибытии. Другой паровоз, скрипя колесами, только начел своё движение. Повсюду расхаживали спешащие по своим делам пони, отстукивая по мостовой своими копытами. И все эти звуки в один момент слились в оркестр копыт, стали и пара. Это место совсем не похоже на привычные для меня вокзалы РЖД, но старый добрый паровоз, не искажённый местной чудаковатостью, дарил некие родственные чувства. - Вот детки, в Кантерлот мы отправимся на поезде! – Торжественно объявил Клауд. - Он такой… шумный. – Настороженно проговорила Флаттершай, похоже, для неё это была первая встреча с железной махиной локомотива. - А по-моему он крутой. – Какой уважающий себя мужчина не любит паровозы? Вот и мне они нравятся. - Ладно, малыши, я пока возьму билеты, а вы далеко не отходите от мамы. – Говорил Мистер Шай, перед походом к кассе. - Почему бы нам не присесть пока мы ждём? – Предложила Пози. Мы расположились неподалеку от путей с прекрасным видом на весь вокзал. В ожидании Миссис Шай начала перебирать свои седельные сумки, пока Флаттершай нервно наблюдала за табунами маленьких лошадок то и дело, прижимая уши от резких звуков. Я же в это время недоумённо наблюдал за Клаудом. Всё что требовалось от главы семейства просто встать в очередь подождать и взять билет, проще не придумаешь. Так чем тогда сейчас занимается этот пегас? Пропускает вперёд себя каждого первого пони, что пытался пройти вперёд него. Сначала Клауд уступил свою очередь какой-то морщинистой словно мопс старухе, затем кобыле с жеребёнком, после этого вперёд него прошёл жеребец в деловом костюме, что на тихие возражения Мистера Шая просто фыркнул. Так продолжалось минут десять, но слава господу богу очередь двигалась достаточно быстро, и пегасу удалось добраться до злополучной кассы. Если бы ещё хоть один пони пролезет к кассе без очереди я бы встал с лавочки и искусал того до смерти. Кажется, я накаркал. Игнорируя Клауда, словно тот пустое место, к кассе ворвалась тёмно пурпурная кобылка в широкополой чёрной шляпе, возрастом эта пони явно не превышала Флаттершай. Я не выдержал, сорвался с места и направился напрямую к фиолетовой невеже. За спиной я слышал удивлённые возгласы Флаттершай и Пози, Клауд удивленно перевёл на меня взгляд, а наглая пони о чём-то спорила с кассиром. И вот я подхожу к кассе и могу разглядеть возмущённые бирюзовые глаза хамки. - Что значит, вы не можете продать мне билет? Мне нужно попасть в… - В конец очереди! – Прерываю я её тираду. - Что? – Удивление кобылки быстро сменилось возмущением. – Отстань, не видишь здесь взро… - У тебя шляпа не по погоде. – Снова перебил её и, схватив головной убор, бросаю тот словно фрисби. Шляпа отправилась в полёт через весь вокзал. Удивлению всех присутствующих не было предела, но больше всех была шокирована кобылка. Правда я не успел насладиться её реакцией, фиолетовая пони рванула вслед за шляпой, прикрывая лоб копытом, после чего скрылась в пёстрой толпе. Ну, примерно этого я и хотел добиться. - Нам четыре билета до Кантерлота, пожалуйста. – Обратился я кассиру. - С-с вас двенадцать битс. – Промямлил работник железной дороги. – Погодите-ка молодой жеребец, а где ваши родители? - Па-а-аП, ну же не стой столбом. – Кажется, Клауд от моей выходки оказался в полном ступоре, он всё так же глядел вслед убежавшей хамке. - А, что? – Растеряно заговорил Мистер Шай. – Ах да нам пять билетов до Кантерлота… Пожалуйста. Насколько же этот пегас нескладный, он даже количество билетов не то назвал. Я расслабленно прошёлся назад к своему месту и довольный уселся на лавочку. Непонимающие удивленные взгляды семейства Шай не на секунду ни отрывались от меня. Чего это они? - Зефир Бриз, что это было?! – Хором прокричали они. - В смысле? - Я покосился на пони. – Просто помог отцу. - Но мне не нужна была помощь Бризи. – Снисходительно говорил Клауд, так будто я заблудшая овечка. – Нам нужно было помочь той малышке… - Чего? Почему?! – С чего он взял, что ей вообще нужна помощь? Да даже если нужна, это не наше дело и своих проблем хватает. - Потому что пони помигают друг другу, дорогой. – Вставила свои пять копеек Пози. – Все мы одна большая семья. - А по-моему, она просто наглая и самоуверенная. – Не соглашался я. - Но это не значит, что ей не нужна помощь. – Присоединилась к родителям Флаттершай. – И ты поступил ничуть не лучше, это было очень безобразно! Я ещё и виноват получается. Нельзя жалеть каждого встречного так никаких сил не хватит. И вообще, кого они своей детской моралью пытаются переубедить? Может с их сыном такие проповеди бы, и сработали, но я не он. Да их мораль мне не чужда и я понимаю, почему они это делают. Но я всё ровно не одобряю такую бездумную благотворительность, которой они занимаются. И так я седел, надувшись и нахохлившись, словно обиженный ребёнок. Семья Шай то и дело что-то говорила о доброте к окружающим, долге перед некой принцессой и о магии дружбы. Это было уже чересчур, я ещё понимаю морализаторство но «Магия дружбы» серьезно? Я не поверю в эту чушь, даже будь это хоть трижды магический мир. Музыка вокруг меня приобрела, грустные и отстраненные нотки. Ничего, вам осталось недолго грустить, скоро я вас покину, и к вам вернётся ваш дорогой Зефир Бриз. А пока потерпите, на его месте этого циничного хулигана, который посмел не подставлять вторую щёку. - Ты обиделся на нас, да? – Вдруг прозвучал вкрадчивый голос Флаттершай, у самого уха. - Нет. – Можно мы просто тихо дождёмся поезда? - Спасибо. – Поблагодарила меня Флаттершай, что было совершенно неожиданно. – Ты же это хотел услышать, да? - Я… - Честно у меня не было слов, чтобы ответить Флаттершай, да я, кажется и вправду был обижен, на этих пони. - Понимаю, ты хотел как лучше. - Розовогривая пони смотрела на меня уже совсем не снисходительно, но всё так же нежно. – Ты думаешь, мы расстроены твоим поступком, но это не так. - Разве? – Я посмотрел на старших членов семьи, которые о чём-то шептались неподалеку. Вдруг я почувствовал укол стыда. – А мне кажется, я сильно вас разочаровал. - Нет, мы расстроены не тобой. – Флаттершай покачала головой. – Нам грустно от того что мы не совсем понимаем друг друга. Присмотревшись лучше, я заметил, как мордочки семейства Шай были искажены в негодованием и растерянностью. И неудивительно, похоже, они живут заветами альтруизма. В их голове не может уложиться мысль, что член семьи, не разделял их убеждений. Я снова заставляю их волноваться за Бриза. Стыдно. В конце концов, то, что я здесь лишь гость, не даёт мне прав быть плохим человеком. Да и в чужой храм со своими заповедями не ходят. - Простите. – Сказал я так, чтобы меня все услышали. – Я винова… - Ловите воришку! – Прогремел на весь вокзал женский крик, а из толпы пони выбежала та самая злополучная фиолетовая кобылка, в её зубах был сжат билет на поезд, её широкополая чёрная шляпа сползла на глаза и пони слепо неслась вперёд прямо на железнодорожные пути. За ней стремглав бежала персиково-розовая кобыла с тёмно фиолетовой гривой, крича что-то про воров. Заметив пурпурную нахалку, Клауд бросился ей наперерез, останавливая её перед самым падением. Воришка подняла шляпу показывая свою перепуганную морду и мечущиеся в панике глаза. Девочка напомнила мне меня самого, напуганного, потерянного и нуждающегося в опоре. Персиково-розовая кобыла же, заметив, что воровка поймана переводя дыхание, стала медленно подходить к мечущийся девчонке. На лице старшей кобылы засияла торжествующая усмешка, она смотрела на жеребёнка с нескрываемым презрением сверху вниз. - Вот ты и попалась мерзкая воришка. – Кобыла возвысилась над тёмно фиолетовой пони, отбрасывая на ту тень. Мелодия приобрела накал триллера, словно симфония охотника загнавшего жертву. – Похоже, ты голобокая нищенка считаешь, что можно грабить честных пони средь бело дня? Или ты захотела получить кьютимарку воровки? Ну, посмотрим, какой талант у тебя откроется… за решеткой! - Мисс, кажется, вы слишком остро отреагировали на случившееся. – Клауд попытался утихомирить фиолетовогривую кобылу. – Скажите что случилась? - А ты не видишь? Она украла мой билет до Кантерлота! – Не успокаивалась кобыла. – Ладно, ты можешь идти, только оставь эту нахалку мне, я научу её хорошим манерам. - А я вижу, ты совсем не изменилась с жеребячества Спойлд Милк. – Вмешалась в эту сцену Миссис Шай. – Я помню тебя ещё совсем маленькой кобылкой в Понивилле. Кто мог подумать, что ты так и не выросла из своей игры в высшее общество. - Мисс Пози Блум? – Услышав голос Миссис Шай, взбалмошная кобыла раскрыла глаза в удивлении. - Я уже много лет как Пози Шай. – Спокойно говорила жёлтая пегаска. – Тебе не стыдно ребёнка травить Милк? - Она не ребенок, а паразит! – Кажется, авторитет старших отрезвил Спойлд совсем ненадолго. – И вообще, какое вам дело, вы, что заодно с этой мерзавкой? Ах, я именно этого и ожидала от дочери семьи садовника. Нечего нового, лишь очередная дикость сельской простушки! - Ты сама себя слышишь? Милк, твой отец развозит молоко, а мать торгует сыром. – Раздражение, Миссис Шай нарастало. – Ты строишь из себя деревенскую аристократию, со дня получения кьютимарки и если ты не знала, золотое кольцо на крупе не делает тебя драгоценной! Ты фальшивка! Только сейчас я заметил на боку Спойлд Милк характерный для многих пони рисунок, это было золотое кольцо с брильянтом. Но это было сейчас не сильно важно. Обе кобылы стали походить на разъяренных кошек, что вот-вот бросятся друг на друга. Наблюдая за разворачивающейся сценой, Клауд укрыл тёмно фиолетовую кобылку крылом, огораживая её от конфликта взрослых. Флаттершай спряталась под лавочкой, стоило взрослым повысить голос. У меня же в голове не укладывалась то, что я видел. Те волшебные сказочные пони могут быть на удивление склочны, чопорны и меркантильны. В общем, ничто человеческое им не чуждо и даже Пози может быть колкой и язвительной, если этого требуют обстоятельства. Но, кажется, что этот конфликт лишь сильней разгорался из-за личных обид двух кобыл. Нужно, что-то делать, иначе кто-то сегодня не сможет попасть в Кантерлот. Долго не раздумывая, я прошмыгнул к воровке, что всё ещё прибывала в ступоре, дабы отобрать злополучный билет. Пара движений у её носа кончиком крыла и билёт с чихом вылетает, словно конфетти из хлопушки. Поймав бумажку, я быстро направляюсь к вздорившим кобылам, вот только они меня не замечают, в силу своей увлечённости бранью. - Эй, вам же это нужно?! – Прокричал я Спойлд Милк, превеликая внимание. - Что, когда ты… А, неважно! Давай его сюда, сейчас же! – Кричала кобыла, вот только я не собирался исполнять её приказы. Взмах крыла, и поток воздуха отправляет билет в прекрасное далёко. В испуге потерять билет Спойлд погналась за улетающим листком, что медленно парил под крышей вокзала. На то чтобы Милк исчезла, смешавшись в толпе пони, потребовались считанные мгновения, но кобыла то и дело выпрыгивала из пёстрого табуна, чтобы попытаться поймать билет зубами и к счастью у неё это не получалось. - Не знаю почему, но чего-то такого я и ожидал. – Прокомментировал мой поступок Клауд. - Извините, я снова вмешался. – Виновато, проговорил я, чеса затылок. – Но, что-то мне подсказывает, что ЭТОЙ пони точно не нужна была помощь. - Да в этот раз, сынок, ты как нельзя вовремя. – Благодарно кивнула Пози. – Ещё немного и этот спор перешёл бы в копытоприкладство. О Селестия, в последнее время я только и делаю, что кричу на пони. - Так, кто была эта кобыла? – Вылезая из-под лавки, спросила Флаттершай. – Кажется, ты хорошо знаешь её мам. - Мы обязательно поговорим об этом, но позже. – Отмахнулась Миссис Шай и посмотрела на всё ещё растерянную тёмно фиолетовую кобылку. – У нас есть пони, нуждающийся в нашем внимании куда сильнее. Неудачная воровка потупила взгляд и попыталась спрятать его за широкими полями шляпы. Было легко заметить котящиеся с её шерсти капельки пота, ещё заметнее было её учащенное дыхание и дрожащие копыта. Она ни похожа, не на профессионального вора ни на матёрую хулиганку, отнюдь эта пони создавала впечатление выпавшего из гнезда птенца. Напуганная, истощённая и потерянная. Невольно, я ощутил к этой маленькой особе родственные чувства. Не так давно я сам оказался в похожей ситуации. - С тобой всё хорошо? – Взяла на себя инициативу юная пегаска. – Ты не ушиблась? - Не переживай малышка, та грубая кобыла уже ушла. – Клауд попытался успокоить воровку, обняв ту крылом, но кобылка тут же отпрянула от пегаса. В её глазах горела обида и негодование. - Вы всё испортили! – Вскричала наглая пони, стоило её только восстановить свои силы. – Всё шло нормально, но вы влезли со своими крыльями и всё испортили! Вам даже не нужны билеты, вы можете просто долететь… - Полегче, шляпка. – Не выдержал её криков я. – Объясни, зачем ты вообще попыталась украсть билет. - Ничего я вам не обязана говорить. – Фыркнула, кобылка. – Особенно тебе! Если бы ты тогда не вмешался я бы… - Ты бы ничего, не смогла сделать малышка. – Прервал её тираду вкрадчивый баритон Клауда. – Детям не продают билеты. Тебя могли тут же отвести в ратушу, как беспризорницу. - Но… я могла попытаться… - Сбавив накал, промямлила пони. Прикусив губу, воровка безнадежно глядела в мостовую. – И что же мне теперь делать? - Вот, держи. – Протянул я под нос пегаске свой билет. – Тебе же в Кантерлот нужно попасть, да? - Что, как ты узнал? – Не веря, своим глазам спросила кобылка. – И почему? - Да я просто догадался. – Произнёс я, разводя копыта. – К тому же та гадюка, что-то шипела про Кантерлот. - Зефир Бриз, нельзя так говорить! – Вдруг воскликнула Флаттершай. – Гадюки спокойные, милые и миролюбивые рептилии, та кобыла совсем не похожа на гадюку. - Ладно… - Соглашаюсь я и не сдерживаю смеха, ко мне присоединяются и остальные пони. - Что… гадюки и вправду милые… - Младшая пегаска смущённо отвела взгляд. - Это всё очень смешно, но всё-таки, как же вы обойдетесь без билета? – В бирюзовые глаза воровки недоверчиво уставились на подаренный билет. - За нас ты можешь не волноваться. – Мистер Шай достал из сумки ещё один билет. – Если быть честным я хотел помочь тебе ещё там, у кассы, но обстоятельства сложились иначе. После мы с супругой собирались найти тебя, но всё получилась, как получилось. - Но почему? Я не понимаю. - Разве нужна причина, что бы помочь пони в беде? – Улыбнувшись, сказал Клауд. В ответ ему негодующая воровка лишь вопросительно хлопала глазками. Как я её понимаю. - Не задумывайся об этом слишком сильно, шляпка. – Взбодрил я кобылку. – Просто прими помощь. - С-спасибо… - Кажется, кобылка была явно тронута нашим поступком, но вскоре покосилась на меня. – Шляпка? - Ну, я же не знаю твоего имени. – Почесав затылок, сказал я. – Так, что да, Шляпка. - Ох, Зефир Бриз прав. – Воскликнула Флаттершай. – Мы же так и не представились! - Ну, тогда, я буду первой. – Кобылка, гордо задрала свой подбородок, из-под шляпы можно было увидеть несколько прядей вишневой гривы. – Меня зовут Физзлипоп Берритвист. Я какое-то время крутил это имя, на языке пытаясь выварить его хотя бы мысленно, но получалось скверно. И тогда я не придумал ничего лучше, чем сказать. – Не, уж лучше Шляпка.