Добро пожаловать в клуб фотографий UA

- можно? Вместо ответа, Бакуго отходит в сторону, уступая проход. Киришима спешно заходит, будто боясь, что хозяин комнаты может передумать. Он то может, но только, если это не Эйджиро, и не если этот чёртов Эйджиро весь в слезах. Кацуки проходит через всю комнату, и опускается в офисное кресло, закидывая ногу на ногу и скрепляя руки в крепкий замок. Киришима, шмыгая носом, топчется на одном месте, виновато смотря в пол. Бакуго кивает ему на свою кровать, мол : " садись давай, чего стоишь". Когда Эйджиро усаживаеться, блондин подъезжает к нему на своём кресле, отбирая возможность в случае чего сбежать. Тишина медленно давит, растворяя тепло и уют, что, казалось, до этого были в комнате. Сейчас же все холодное. Сейчас же все заполнил страх. Страх, прожигающий дыру, больно скребущейся в груди, отключающий здравый смысол и подогревающий себя плохом мыслями, что сам и рождает. Киришиму трясёт. Он уже не плачет, потому что сейчас плакать страшно. Сейчас ему даже дышать страшно. Он так и сидит, застывши, и пытаясь незаметно дышать. Он даже не моргает, смотря на хозяина комнаты. Бакуго отвечает тем же. Только его страх другого характера. Его страх не может себя физически проявить. И оба бояться, и оба ждут, у кого больше смелости. Паника уменьшается и постепенно сходит на нет. Киришима наконец начинает нормально дышать, поначалу жадно хватая недостаюший воздух. Прекращается зноб. Его крепко обнимает Бакуго, и в этих объятиях ему тепло, и в этих объятиях безопасно. Страх повержен и машет белым флагом, когда Киришима укладывает свою голову на плечо спасителя и даёт свободу слезам, что беспорядочно текут, оставляя на майке Бакуго солёные пятна.