Птичка

Птичка красива и грациозна до такой степени, что её существование кажется призрачным и чем-то невозможным. Она будто величественная картина, пейзаж на которой можно разглядеть, но коснуться неба, деревьев и листвы, изображённых на полотне, никак не удастся. Всё будет не то. Не хочется разбивать сладостный мираж и касаться пустоты, переходящей холодком с кончиков пальцев прямо в нутро. Она настоящая. Что? Она не игра воображения. А самое настоящее живое существо, воскресшая из мёртвых красота, сверкающая жемчужинка, радующий взор цветок. Словами нельзя передать чувств, которые данное создание может пробуждать в сердцах людей. В сердце... тебя. Отчаяние подстёгивает, и Гальватрон со всей скорости летит навстречу исчезающему силуэту. Только бы успеть, только бы успеть... не успевает, а на мольбы остановиться фигурка никак не реагирует. Гальватрон улыбается, засматриваясь на Луну. Только она сейчас является свидетелем этой маленькой внезапно возникшей драмы. "Мегатрон-сама, почему вы не отдаёте мне Микрона? Это мой Микрон!" "Моментальные импульсы? Это ты так думать хочешь, Мегатрон!" "Я хотел, чтобы вы признали меня... Возможно, это единственная причина." "Мегатрон-сама!" В голову лезут непрошенные, но так тёпло отзывающиеся в искре кусочки воспоминаний. Гальватрон признаёт - возродившись в чреве Юникрона, он уже Старскрима успел позабыть. Но теперь хорошо своего любимца помнит, а смерть особенно отчётливо. Улыбка медленно сходит с лица, и лидер десептиконов кисло фыркает, скрестив руки. Подумать только, он подобное допустил... Но воспоминание о маленьком пернатом, увиденном чуть раннее, сразу же настроение поднимает. Интересно, как эту кроху теперь звать? Что он почувствовал при появлении своего старого хозяина? Ничего толком, потому что с памятью не всё в порядке, но это как раз и на руку. Гальватрон полностью оборачивается к Луне, представляя вместо неё свой новый объект интереса. Я был глупым, моя дорогая птичка. Меня совсем не заботили твои чувства. Всё время, когда ты щебетала, желая помочь, я не считал это полезным и унижал тебя. Когда ты просто исполняла мои требования, я и тогда был недоволен, желал от тебя какой-то дурацкой креативности. Когда ты начала бунтовать из-за всех горестей, я начал считать, что ты это делала единственно из-за карьерных амбиций. Ну не олухом ли я был, моя птичка? Не должен ли был я оградить тебя от всех страданий и лишений? Не должен ли был я отдавать одну только благодарность за твои старания? Должен был, но не был способен повернуть время вспять. Теперь ты появилась вновь... судьба меня услышала. Ты больше не будешь бунтовать против меня, у тебя не будет повода, потому что унижений в свою сторону ты никогда не испытаешь. Ты кажешься растерянной, напуганной, но я дам тебе направление, что точно не приведёт к до жути бессмысленной смерти. Только... летать так же свободно, как и раньше, ты не сможешь, я поврежу одно из твоих крыльев. Но ты не будешь на меня злиться, в конце концов, незачем злиться на своего хозяина, который так искренне и чувственно тебя любит, прямо как ты его? Ты ведь всегда хотела преданно служить мне и получать внимание? Во второй жизни я предоставлю этот шанс, а про первую мы забудем, как страшный сон. Ты же не против, птичка?