30 раз, когда Тони и Питер вели себя как семья

Питер своими маленькими, но быстрыми и уверенными шагами шёл по улице. Сегодня был прекрасный день — птички пели, цветы распускались. Ну, какие только могут быть птицы в центре Нью-Йорка, как и цветы. Но дело было далеко не в этом. И даже не в том, что осень в этом году выдалась особенно тёплой. Ладно, день выдался на редкость паршивый, каюсь. Был конец ноября, в школе пошла вторая четверть (читай: полгода прошло), скоро будет День Благодарения, а за ним Рождество с рождественскими каникулами. Скоро будут праздники — живи и радуйся просто! Но Питеру было не до этого. Ему было ни до праздников, ни до сладостей, ни до веселья и уж тем более ни до радостной атмосферы никакого дела. Он быстро шёл по улицам Нью-Йорка, которые украшали люди, стараясь создать приятную, дружную и семейную атмосферу. Питер шёл своими уверенными шагами в самое сердце (чёртового) города — в Башню Старк Индастрис. Или Башню Старка по-простому. Или Башню Мстителей, как её называли неофициально. Проще говоря, Питер шёл домой. Грустный. И задумчивый. Мальчик шёл грустный и задумчивый со школы. Сегодня он не поехал с Хэппи или Тони обратно, потому что у обоих была какая-то важная работа. Не такая важная, как Питер, но очень срочная из-за которой дяденьки сверху побьют по головушкам папу и его (горе-)друзей. «Тони», — мысленно поправил себя мальчик и смутился. Он ускорил шаг, чтобы ещё быстрее оказаться дома в папиных объятиях и рассказать ему весь прошедший день. «В Башне. В Тониных объятиях», — снова поправил себя Питер, вспыхивая ярким румянцем. Перед глазами показался парадный ход в Башню Старка и мальчик почти поскакал, быстрее направляясь в тёплое помещение. Влетев в приветливо открытые для него двери, Питер невольно улыбнулся. — Здравствуй, Питер, — поприветствовал его радостный и тёплый голос П.Я.Т.Н.И.Ц.Ы., когда Питер прикладывал свою специальную карточку, которую хранил в секретном кармашке в рюкзаке. — Привет, П.Я.Т.Н.И.Ц.А! — весело отозвался Питер, проходя «мини-защиту», как называл её Тони, и двинулся к лифту. — Как прошёл твой день? — поинтересовалась П.Я.Т.Н.И.Ц.А., словно это была какая-то очень важная и, возможно, супер-секретная информация. — О! Он прошёл пр-р-росто супер! — воскликнул и подпрыгнул от восторга Питер, езжая на лифте на жилой этаж. Питера всегда восхищало, что (папа) Тони смог создать Искусственный Интеллект, который был жутко умный, быстро учился и с ним — «с ней», — поправил себя Питер — можно всегда поговорить о чём угодно. Даже можно попросить совета! Это очень здорово, по скромным меркам мальчика. — Звучит здорово и многообещающе, — весело и добро хмыкнула ИИ. — Расскажешь позже? Двери быстрого лифта открылись, показывая гостиную нужного этажа. — Конечно! — воскликнул Питер и побежал на кухню (или то, из чего она была представлена). — Тогда поговорим чуть позже, Питер. Я уже отослала Мистеру Старку сообщение о твоём прибытии на жилой этаж. Приятного аппетита! — Сфасифо, — ответил Питер, который уже жадно поедал приготовленную кем-то из Мстителей лазанью, стоило только ему скинуть рюкзак и залезть в холодильник. Услужливо приготовленный бокал какао П.Я.Т.Н.И.Ц.Е.Й за несколько минут до его прибытия на этаж Питер поставил рядом с собой и пил, активно уплетая ложку за ложкой лазанью. Проходит немного времени, как оставшееся в противне блюдо прячется в небольшом желудке мальчика, вставшего со стула за новой порцией чего-нибудь съедобного. — Ага! Попался! Маленький карапуз! — Тони схватил Питера и притянул к себе, усаживая на свои сильные руки. Питер смеётся и обнимает (папу) Тони за шею. — Что, уже обедаешь? И без меня?! — в притворном возмущении ворчит Старк, смотря на немного смущённого мальчика. — Я очень проголодался, — малыш мнёт край своей футболки, а потом весело смотрит на Старка, который фыркает и лишь сильнее улыбается. — Ну и что ты уже успел слопать, маленький проглодит? — спрашивает Тони, осматривая стол. — Лазанью. — Всю? — Угу. — Стив будет не в восторге, — задумчиво тянет Старк. — Он хотел придержать эту лазанью до Дня Благодарения. Питер испуганно смотрит и ёжиться. Не то, чтобы Капитан Америка был любимым героем Питера — нет, просто он не хотел бы вот так, необдуманно, обидеть Роджерса. — Да ладно тебе. — Фыркает Тони и потрепал мальчика по голове. — Придумаем что-нибудь, вечно голодный ребёнок. А сейчас, — с этими словами Тони опустил Питера на пол, — давай-ка найдём тебе что-нибудь ещё поесть. Они долго вместе стоят у холодильника, рассуждая и споря, после чего выбор был сделан в пользу сырных макарон с овощами. Нехитрый процесс готовки занял не очень много времени и, наложив себе и шкету две большие порции, Тони с Питером приступили к трапезе. Взгляд Старка часто падал на маленького, худенького каштанового брюнета с карими глазами. Сказать по-правде, Старк понятия не имел, что случилось. Просто в какой-то неописуемый момент Питер был прямо перед его лицом, а уже через секунду — меньше секунды — он стал маленьким. То есть да, Питер Паркер стал ребёнком. Буквально. На его глазах. Ох, как много мата потом слышала его мастерская с Дубиной, не передать словами. Самое странное — для всех странное — они всё помнят. Странное, потому что они перенеслись в прошлое. И все всё помнят. Это даже Стрэндж отметил, хотя его фамилия буквально означает Странность. Кстати, тому пришлось заново учиться и сдавать экзамен на мага, так что Старк немного, да позлорадствовал. Конечно, потом чуть не влетело, но и он, чёрт возьми, не простой гражданский! Так что всё могло закончиться большой дракой, если бы не вмешались Романоф, Максимоф, Клинт и, конечно же, Стив Роджерс со своим дружком на подхвате. Нет, Тони не злился на него. Честно. Просто его всё ещё бесят бесконечные попытки Капитана бесконечно всё контролировать. И дело не только о миссиях. К счастью, Стив тоже учится и теперь бесконечно пытается его достать со своими предложениями и методами, и нет он не жалуется-он-просто-оченьусталотэтогодерьма! И малыш Питер становится для всех реальным спасением от драк и перепалок между ним — Тони Старком — и Стивом за право командовать и выбор тактики, и начинаются споры о том, чья очередь укладывать Питера, чем его сегодня кормить и кто будет готовить. Кстати, забыл упомянуть, что Питер единственный, кто потерял память, и так же единственный, кто сохранил свои способности со своим чёртовым метаболизмом, что делало некоторые аспекты их жизни немножечко сложнее. Например, Питера было чертовски сложно поймать и споить нихера не помогающие лекарства при первой его простуде, потому что этот говнюк умудрился изворачиваться на стенах так, словно это таракан его укусил, а не паук. Конечно, за такой нелестный отзыв о малыше Тони, как порядочный отец, ударил Локи и его братца-Златовласку. И похер, что они боги. Его костюм и не с такими справлялся. Локи, конечно, извинился перед всеми — что не скажешь с горяча? -, но всё же. По крайне мере даже боги могут свалиться с простудой на неделю-другую и не мешаться под ногами, пока малыш им помогает выздороветь вместе с добропорядочными Мстителями. С добропорядочными он, конечно, немного перегнул. В конце концов, это оставались всё те же идиоты, за которыми часто приходилось следить, чтобы чего не учудили раньше времени. Опыт есть, конечно, но мало ли. У них ещё иногда Фьюри по-секрету от всех приезжал, проведывал. Но это было что-то вроде мелкого набега монголов, не больше. Старк вылетел из своих раздумий, когда ложка звякнула о тарелку особенно громко. Малыш Питер довольно улыбался, относя свою тарелку и тарелку Старка в посудомоечную машинку, которой до появления Питера здесь не было. По крайне мере он начал есть и выглядеть здоровее. Ну, по словам Пеппер. А ей можно и нужно верить. Итак, когда Питер донёс и положил в посудомойку всю посуду и П.Я.Т.Н.И.Ц.А. активировала её, пришло время уроков. Нет, Питер был умным мальчиком. Просто Тони ловил этот момент, как и все, чтобы побыть с пацаном подольше. — Тони. Старк посмотрел на Питер, устроившегося рядом на стуле с рюкзаком и вытаскивающего учебники. — Да? — Старк приблизился к мальчику, притянув к себе и приобняв. Питер засопел, обнимая в ответ. — А остальные где? — мальчик посмотрел на Тони своими большими честными глазами, которые бывают у очень добрых и достаточно доверчивых (но не глупых) детей. — На заданиях, — хмыкнул Старк, подавляя в себе желание рассмеяться в голос. И нет, это точно не из-за того, каким надутым выглядел малыш, и точно не из-за всплывшей в воображении картинки того, как Стив угрюмо стоит над противней со съеденной лазанью. Последнее можно будет и исправить. Судя по выражению лица Питера, ему не очень удалось сдержать свою усмешку на губах. Тони расплылся в улыбке и поцеловал мальчика в макушку, который сразу довольно засопел, как ёжик. Пересадив малыша к себе на колени, Старк принялся расспрашивать маленького гения. — Ну, как прошла школа? Понравилось? Тебя никто не обижал? — Нет, было даже весело, — внезапно вся активность с Питера снялась и мальчик вяло шевелил губами, отводил взгляд. Тони мягко взял его лицо в свои ладони и повернул на себя, чтобы малыш наконец встретился с ним взглядом и заговорил: — Питер, ты можешь рассказать мне о чём угодно, ты же знаешь это? Ты можешь рассказать, как подрался с кем-то из одноклассников, как приставал к девочке на перемене, даже как сбегал с химии, потому что она очень скучная в школе, — Тони говорил медленно, как когда пытался донести до некоторых трудномыслящих свой план, но тихо, как говорил обычно только рядом с маленьким Питером и Пеппер. Он поцеловал мальчика в лоб и, смотря в глаза, продолжил. — Что случилось? Питер вырвался из рук Старка и уткнулся в его грудь. Мальчик взял в руки рабочую майку Тони, сильнее прижимаясь к его груди. Мужчина, немного опешивший, обнял его и ничего не говорил. Так они сидели некоторое время. Тони видел, как мальчика одолевали разные чувства, но которые было сложно определить сразу, так что он ждал. Питер заговорил первый: — Нам в школе задали написать сообщение. Тема «мой папа», — Питер посмотрел на Тони тем самым умоляющим взглядом, на грани того, когда он заплачет. — Мистер Старк, можно я напишу о вас? Сердце Тони пропустило удар. В груди стало очень тепло и мужчина поцеловал мальчика в лоб. — О, карапуз, конечно ты можешь написать обо мне, если считаешь меня кем-то вроде отца, — уголки губ нервно дёрнулись. Кем-то вроде отца. Ну надо же. — Ты и есть мне отец, — сказал Питер, смотря своим серьёзным лицом и глазами на лицо Тони. Старк расплылся в улыбке, поцеловав мальчика в висок, получив невнятное смущённое бормотание. — Ну, если я тебе отец, — протянул Тони с серьёзным видом, смотря своими блестящими как факела карими глазами на ярко улыбающегося Питера. — Тогда мы можем написать обо мне, — так же серьёзно кивает Тони. Питер визжит от радости и крепко обнимает своего наставника-папу за шею. — Тише, тише, — пережив приступ паучих обнимашек, Старк садит нормально Питера на колени и достаёт, как из воздуха, свой ноутбук и придвигает тетрадь мальчика поближе. — Ну что, начнём? «Мой папа — настоящий супергерой. И не только на словах. Мой папа — знаменитый Железный Человек, Энтони Эдвард Старк, и я его сын. Вы можете не верить мне, но мой папа — самый лучший папа на свете! И не только потому, что он Железный Человек. Нет! Он настоящий гений! И он по-настоящему понимает меня. Мы с папой часто ходит к нему в мастерскую и строим разные классные штуки. Например, недавно мы усовершенствовали двигатель внутреннего сгорания для машины и теперь он съедает на 3% меньше топлива! Вам кажется это немногим, на самом деле это на около 300 литров меньше бензина теперь может потреблять любая машина в год! Ещё мы добавили туда всякую электронику, так что пустой траты бензина должно значительно уменьшится. Мой папа — инженер и изобретатель. Он создаёт сложные и высокотехнологичные вещи буквально из ничего! Однажды папа создал небольшой ядерный реактор холодного синтеза, благодаря которому есть электричество во всём Stark Industries! Я считаю, что это одно из самых больших открытий папы для всего человечества. Я знаю, что многие моего папу недолюбливают, но я не сержусь на них: у всех нас есть, был или будет тот опыт, который испортит нам жизнь когда-нибудь. Но я этого не боюсь! Благодаря папе я научился смело и храбро смотреть в будущее и не бояться препятствий, потому что знаю — чтобы ни случилось, куда бы я не залез случайно, чтобы ни сделал, — папа всегда будет рядом со мной, помогать мне, когда нужна будет его помощь, и оберегать меня, когда мне это будет жутко необходимо. Я знаю, что не все могут похвастаться своими супер-классными родителями, но ещё я знаю другое — однажды настанет тяжелый момент, когда придётся перейти через себя и помочь кому-то маленькому и слабому, потому вам не захочется видеть, как этот человек страдает, а, может, так решит судьба, но этот момент обязательно настанет! Это слова моего папы и я верю в них также, как верю в своего папу. И, возможно, мой папа был не всегда таким же мудрым и хороши, как сейчас, но я уверен, что это не отменяет того факта, что он исправился, а значит и каждый человек на земле может исправиться, вне зависимости от того, кто вы: супергерой, Бог, злодей или обычный человек, мечтающий о спокойной жизни, хотя жизнь никогда не бывает интересной если она спокойна.

Питер Старк.

P.S. А ещё мы с папой вместе готовили лазанью. Это было очень здорово и весело! Хотя Пеппер долго нас потом ругала за грязную кухню, это было всё равно очень весело!» — Папа! — маленький Питер вбежал в гостиную жилого этажа и врезался в Тони Старка. — Хей, карапуз! Как день прошёл? — Тони поднял теперь официального сына на руки. — Отлично! — Питер показал тетрадку. — Мне даже пять с плюсиком поставили за наше сообещние! — Мой молодчина, — мужчина поцеловал мальчика в щёчку. — Горжусь тобой! Щёки Питера заалели, но глаза выдавали его восторг и чрезмерное потребление сахара, божектодалемусладкое. Что ж, теперь на руках Тони были документы, пресса, новый проект и гиперактивный ребёнок, который не даст ему и секунды покоя. Не то, чтобы он жаловался, но всё же. Привык, должно быть, что некоторые Капитаны дают его ребёнку слишком много сладостей. Кстати о Капитанах… Некий Стив Роджерс стоял в ступоре и смотрел на них, как на каких-то пришельцев, как и все присутствующие в комнате. — Что? Я уже не могу со своим сыном нормально пообщаться? — Старк лукавил. На самом деле это то, чего он добивался. И видеть шокированные лица всех — кроме всезнающего Вижена, конечно, — было самой замечательной картиной за последние недели две точно, если не за всё время их сосуществования. — Пошли, карапуз, пока эти принцессы не очнулись от долгого сна. И оставь им тетрадку — пусть полюбуются нашим с тобой творчеством. Хитро ухмыляющиеся отец и сын вышли в лифт и направились в мастерскую, и по дороге, не сдержавшись, засмеялись во всё горло, давая друг другу «пять», за проделанную работу. — Хэй, тут нет и строчки обо мне! — возмутился Сэм, рассматривая аккуратные каракули ребёнка в тетради. — Да, о нас они что-то не подумали. Хотя сидим мы с ним на равных, — протянул Клинт, который, скорее, вставил свои пять фунтов, чем реально комментировал или возмущался. — Нет, ну вы видели?! Он назвал Старка папой! — задыхалась в возмущении Ванда, расхаживая по комнате и активно жестикулируя. — А мы тогда кто?! Крёстные тёти и дяди?! Все ненадолго посмотрели на Ванду, которая этого словно не заметила. Наконец, она остановилась. — Всё. Я на улицу! — и Максимофф младшая ушла к дверям лифта. Вижн последовал за ней. Стоявшая всё это время тише воды Чёрная Вдова последовала за ней. — Я в зал, — крикнула она в догонку и скрылась за дверями лифта вместе с Виженом и ведьмой. Роудс вздохнул. — Ох уж этот Тони Старк, — пробормотал он, смотря на панорамное окно и задумываясь о чём-то своём. Под неожиданной новостью, все Мстители рассосались по Башне Старка.