Они жили долго и счастливо.

На крылечке дома сидела бабушка Нюра. У нее на коленях были разложены стебельки и цветочки с клумбы...и незавершенный венок. Из дому вышел сумрачный дед с плешью на затылке, покряхтел спускаясь по ступенькам, да и сел рядом с Нюрой на деревянный уступ крыльца. - Что, баба, делаешь? - Вспоминаю... - Аа, вспоминаешь. Вспоминай, пока память не отшибло. Дед Иван закашлялся и ушел в гараж. А Нюра все перебирала травинки на своих коленях. Пять лет назад умерла Алиса, жена Ивана, и он переехал жить к Нюре. Все ж вдвоем веселее немножко и старость переживать, и былое не упускать из воспоминаний. Алиса не любила сидеть дома ("Чего высиживать?") и всегда-всегда находила себе занятие. Да и своему Ване тоже. Бывало сидит себе старик на скамейке в аллее, покуривает сигаретку, играет в карты с деревенскими мужиками, и находит его Алиса, корит и говорит - "Чего, пень, сидишь? Иди в гараж, да в город съезди!" А он в ответ: "Сама, старая езжай, чай только на мне не катайся!" "Да на тебе не покататься, буква зю скрученная! Ишь орнамент какой на голове пустил, что-то дальше будет, а?" Иван сердито пыхтел и отправлялся в город. Заглядывала к ним в гости Нюра изредка, уж больно нелюдима она была последние двадцать лет. Когда дома не было Ивана, Алиса доставала из погреба тайно припрятанную настойку, разливала по сто грамм. И они с ней вдвоем поминали брата Алисы. Нюра, обижаясь на судьбу, снова пересказывала, как Владимир хорошо смеялся, как помогал ей с хозяйством... С карьерой. Вместе они работали на заводе. Вместе разрабатывали проекты. Стационарное поле защиты, дивплеер, див-установка, гипердрайв... Собирали див-установку, а Нюра решила внести в нее изменения, чтобы особый двигатель вышел. Запустили аппарат и две бетонные стены вместе с пристройкой вынесло... а первый образец взорвался... Шеф ругался на них, однако уже через полгода первые гипердрайвы были испытаны в космосе. Как улыбался Володя... Нюра утирала платочком слезы и продолжала рассказывать Алисе все, что помнила. Машину в молодости вместе мыли, залили в гараже подпол и погреб. Все банки с огурцами и вареньем всплыли и завоняли. Гуляли ночью у Москва-реки, за руки держались. Дочка...дети... Раз за разом. А Алиса в свою очередь припоминала свою жизнь. Так и тянулось понемногу. Только однажды Алиса на яблоню по лестнице полезла, а лестница возьми и тресни... так этой жизнерадостной старушки и не стало. Иван из гаража что-то крикнул. Не мог найти инструменты. Нюра не обратила внимания и продолжила сидеть. Из-за угла выехал почтальон на велосипеде и остановился у ворот. Нюра вышла к нему. Письмо из Москвы. Приглашение. Через неделю у Нюры юбилей. Семьдесят лет, и ее зовут отмечать в городе на предприятии. Согласиться? Почтальон уехал, а Нюра вернулась на крылечко. *** Лето жаркое, а у болота грибов тьма тьмущая. И черники с малиной. Иван пошел по грибы, одел резиновые большие сапоги и взял корзину с ножиком. Нюра осталась дома. Как же смешно было раньше в деревне. В одном ее конце - дача Алисы с Иваном, в другом - Владимира и Нюры. Прибежал однажды Иван в час ночи, глаза на лбу и умоляет: "Здесь нет в аптеке!!! Дайте парочку, умираю!" Владимир захохотал и принес из машины упаковку, пять штук с клубничным ароматом "Desire". А еще как-то после Нового Года, первого января воду отключили. Просыпается Нюра, оглядывается - нет Володи. Смотрит в окно - вон он от колодца идет с коромыслом, в одних валенках и черных труселях... А ему в след старушенции пальцем показывают. Нюра стала стирать пыль с мебели и книг...пока не было Ивана и никто не заходился кашлем от пыльных облаков. Мало что менялось, спасенное от пыли... Комнаты заполнял в большинстве своем бесполезный хлам, а под одним из окон на табуретке лежала сгнившая и покрытая мхом гитара. *** Вот и Москва. Все высокие дома, автомобили, люди, шум и сверкание магазинов. Нюра, немножко оторопевшая, давно отвыкла от такого, сидела в машине посматривала на дорогу. Ее встретил Емельян...он совсем не изменился. Такой же молодой, смешливый...трепло рыжее... Почему он все такой же, а Владимир состарился...и ушел? Предприятие. Да, их первого шефа, гендиректора, уже давно нет в живых. Нюра шла среди белых стен с зеленым орнаментом, больших окон, улыбок сотрудников и ее охватывала тоска. Беспокойство. В мыслях мелькнуло и испуганно растворилось воспоминание... Как же пожалела Нюра, что Иван отказался поехать, остался дома, и она одна здесь оказалась, совершенно чужая и беззащитная перед всеми этими молодыми и доброжелательными лицами. Но...час за часом... Все прошло хорошо. И к машине ее провожал Александр. А она еле шла и почти не слышала, что он ей говорил. В голове шумело море, в виски бил прибой... - Нюра Львовна? Вы не желаете здесь остаться до завтра? Будет презентация новой модели. - Да...да-да. - Вы, как говорит секретарь, отказались публиковать дневники с расчетами, исследованиями? Почему? Нюра не сразу поняла о чем речь, подняла глаза от асфальта и встретилась ими с глазами Александра. - Да, это правда. - Отчего? Нюра промолчала и прошептала: - Неважное, если нужно, можете публиковать. - Можно я возьму их прочитать? Джек как бешеная дикая кошка охраняет их, - Александр усмехнулся. -Можно. Можно... Там не только расчеты, там ее молодая жизнь и мечты. *** "...У солдата выходной, улицы в цветах!.." Кафе... Нюра молча водила ложкой в чашке с горячим глинтвейном, слушала, вспоминала. Вот они в сильный дождь около метро. Он улыбается и целует ее... Потом провожает. Потом прогулка по парку... А потом три года не виделись. И все ее юные домыслы и глупости - все они там, на листах среди чертежей и планов. Что ж через три года было... Она вышла замуж? А Саша... Саша ничего не замечал и наслаждался жизнью. Даже сейчас для него стало новостью, что у Нюры есть дети и внуки. - Никогда не думал об этом, но возможно ваша Вика продолжит ваши труды? Вика...не дай Бог втягивать ее во все это. Нюра перестала его слушать. Перед ее внутренним взором стояла картина, мучившая ее двадцать лет: кухня, вечер... Володя в кресле, телевизор... это был какой-то майский праздник. Нюра, как часто делала, обнимала сзади Володю за шею, а он целовал ее руки. "Знаешь что? - Нюра вздохнула и наклонилась к его лицу. - Я вечно перед тобой виновата... Ты знаешь же, милый, сколько лет мы вместе, а я люблю другого. Не идет он, подлец, из головы никак... Но ты мне безумно дорог... И тебя я еще сильнее люблю!" Володя обернулся к ней, хотел что-то сказать, но не смог. Улыбка на его губах болезненно изогнулась и он схватился за сердце. Скорая помощь напоила Нюру корвалолом и валерьянкой... Только больше ничего не изменилось. И Володя все так же криво, мучительно, улыбался... Алиса утром навестила ее и сказала, что Нюра сильно постарела за ночь, из нее ушли последние капли молодости... Александр еще что-то рассказывал...и внезапно спросил: - Как же ты сейчас одна живешь? Может вы ко мне переедете. в Москву? Нюра вздрогнула... да ведь он, как и Емельян, и как некоторые другие остался прежним... Мимических морщинок несколько и ничего более. Как такое случилось? Где они, все они четверо ошиблись? Должно было быть по-другому. - Нюра? Была ли ты счастлива в этой жизни? Может сейчас самое подходящее время... - Знаешь, Володя умер... - перебила его речь Нюра и сама запнулась. Потом продолжила: - Может я тебя и любила, не могу сейчас знать наверняка... Он умер, и жизнь моя тоже ушла за ним. Не стоит ничего трогать, пусть все лежит на своем месте. Саша скорбно вздохнул...потом неожиданно потянулся к ней через стол и поцеловал в губы. Нюра задержала дыхание... Мир взорвался искрами и каруселью огня... Когда все перед глазами рассеялось, она увидела белый потолок, врачей в белых халатах вокруг и белее всех них лицо Саши, выглядывающего из-за спин врачей... *** Иван, напевая себе под нос незатейливую песенку, обрывал с клумбы цветы. Шел на кладбище к трем могилам... Дома его ждала нанятая внуком домработница. Но ему и одному было неплохо, он привык. А вечером, когда дом погружался в сумрак и та женщина уходила, Ивану казалось, что у него за столом снова сидят Алиса, Володя и Нюра. Молодые и счастливые...и зовут его чай пить.