Пять долларов

Очередные съемки шоу «Безумного Кенни». Казалось бы, за столько лет в эфире оно уже ничем не может удивить… Так и было — сегодняшний выпуск забывался уже на следующий день. Но сейчас это не так важно. Кайл, судорожно переминаясь с ноги на ногу, уже на протяжении нескольких минут ждал, пока Кенни выйдет из опустевшего зала. Он пребывал в раздумьях о правильности того, о чем он собирается попросить друга. Рука тем временем тряслась, сжимая десять долларов. Глаза парня неосознанно бегали по всему помещению, пока не уловили знакомую фигуру, выходящую в коридор. Парень в ярко-оранжевой парке выглядел счастливым — он наконец был освобожден от всех своих дел и мог отправляться домой. Он удивился, увидев своего друга, и при этом не мог не отметить его взволнованности чем-то. — О, Кайл! Ты ещё не ушёл? — МакКормик приветливо помахал рукой, бросив на Брофловски вопросительный взгляд. И одновременно с этим, выведя того из транса. — О-о, Кен-нни, п-привет, — Кайл сглотнул неприятный ком в горле, тяжело вздыхая, — Я хотел попросить тебя кое о чём, — он стеснительно сомкнул указательные пальцы обеих рук, а к щекам начала подступать горячая кровь. Блондин полностью развернулся к другу, словно говоря «я тебя внимательно слушаю». На что Брофловски быстро схватил Кенни за запястье и потащил в пустую комнату звукозаписи, предварительно захлопнув за собой дверь. Кеннет вопросительно осматривал уже опустевшую комнату с чёрными стенами, покрытыми звукоизоляционным материалом, пока Кайл подходил к небольшому дивану у стены, взглядом прося друга следовать за ним. Кенни уже было хотел спросить друга что с ним, но в ответ на немой вопрос, получил лишь протянутую мятую купюру. Он принял её, и несколько секунд крутил в руках, осматривая. Постепенно до МакКормика начало доходить, для чего он здесь. Он бросил вопросительный взгляд на друга, который в свою очередь покраснел, что было заметно по кончикам ушей. Он пытался прикрыть их руками. Получилось так себе, если честно, да и смысла в этом действии было немного. — Кайл, у меня есть всего одна услуга, которая стоит десятку… Ты хочешь, чтобы я?.. — Да! И давай без лишних вопросов, пожалуйста… — Кайл прервал Кенни нервным криком. Он не был раздражен, ему просто было неловко, и он хотел побыстрее со всем расправиться. МакКормик наблюдал за тем, как его друг медленно сел на диван, стеснительно отводя взгляд и сжимая ладошками колени. До такой степени, что ткань под пальцами примялась. Кенни долгое время сначала смотрел на купюру, после переводил глаза на Брофловски, и так несколько раз. Но вскоре он сунул деньги в карман, пожав плечами, мол «не в первой». Но всё-таки он был удивлён тем, что послушный и милый Брофловски попросил его о подобном, хотя не мог скрыть, что удивление было приятным. И быстро принялся снимать с себя капюшон, садясь на коленки. Кайл же в это время запрокинул голову вверх и приложил ладонь к виску. Он уже начал жалеть о содеянном, и был готов извиняться перед МакКормиком на коленях. Но понял, что уже слишком поздно, только когда почувствовал нежные поцелуи в районе паха. С губ соскочил лёгкий взвизг, а кожаный диван прогнулся в тех местах, на которые пришлись руки Кайла. Он даже подумать не мог, что когда-нибудь сможет почувствовать обветренные губы Кенни так, и что это будет настолько приятно. Кайл сжал зубы, чувствуя их скрежет. Лишь бы не издать ни одного звука, иначе он сразу провалится сквозь землю. Но он не смог сдерживаться, после нежных и почти не ощутимых поцелуев в ход пошёл скользкий шершавый язык. И с губ Брофловски сошёл нежный протяжный стон. Дыхание сбилось, а вся честь была потеряна еще давно. Кайлу было стыдно, из-за этого он старался держать себя в руках. Именно поэтому не мог полностью ощутить всё наслаждение. Кенни это заметил, и ему не понравилось. Поэтому, пройдясь по всей длине языком, он использовал рот полностью. На пах опустилось что-то мокрое и горячее. Кайл еще никогда не ощущал такого влечения, из-за чего сдерживаться стало еще труднее. Ему хотелось сорвать глотку от наслаждения, но он держался, издавая лишь протяжное мычание и пару раз громко вздыхая. Жар внутри заставлял холодный пот выходить наружу. Кайл ещё никогда не чувствовал, как одежда неприятно касается плоти. Грудь заметно вздымалась. Воздух вокруг стал ощутимо плотнее, доводя до головокружения. Кенни же, в свою очередь, ритмично двигался по всей длине, вплоть до основания, периодически останавливаясь на том, чтобы тщательно промассировать головку языком, и порой вынимая его полностью, чтобы отдышаться, дразня этим нервного Кайла. МакКормик довольно быстро подобрал подходящий для Брофловски темп, постепенно ускоряя его. Кайл мысленно проклинал Кенни за это. За то, что он слишком хорош для его первого раза. И, уже чуть ли не задыхаясь, чуть ли не плача, Брофловски все еще сдерживал себя, до тряски в руках, до боли в запястьях. Но в итоге позволил себе запустить руки в мягкие светлые волосы Кенни, поглаживая его затылок, словно котёнка, переплетая пальцы в тонких нитях. Это стало стимулом продолжать. Максимум, что Кайл мог себе позволить — пару раз произнести имя Кеннета полушепотом. Но лишь потому, что губы делали это непроизвольно, живя своей жизнью. Наконец, из его рта вылетел последний и самый сладкий стон, а после и выдох, полный облегчения. Услышав звук застегивающейся ширинки, хотел встать, чтобы с позором удалиться. Но крепкие руки прижали его локтями к дивану, так, чтобы он не мог сдвинуться с места. Кайл опешил и стал пытаться вырваться, но тут же словил на себе взгляд МакКормика. Он был не злым, не обиженным, не каким-то недобрым. А даже… доброжелательным?.. — У меня есть небольшой бонус, лично для тебя. — улыбнувшись, прошептал МакКормик, и облизнул верхнюю губу. Его взгляд был лисьим, а сиреневые глаза сверкали ярче обычного. Раньше, чем Кайл смог что-либо возразить своему другу, чужие губы уже крепко впились в его, жадно сминая. И как бы Кайл не пытался не пускать чужака в свой рот, тот всё же поймал его на ошибке. И начал изучать чужой рот без разрешения. Блондин быстро поймал его сопротивляющийся язык и затянул в мокрый танец. С его-то навыками в поцелуе он не нуждался в ответных действиях партнёра, и без этого мог принести удовольствие обоим. Судя по вкусу, во рту Кенни еще были остатки продукта жизнедеятельности Кайла. Неприятные на вкус, но вот сам процесс поцелуя… Ощущение шершавого языка Кеннета, после которого в животе появились приятные бабочки. После, Кенни медленно перевёл руки на замок куртки Брофловски, расстегнув её ровно наполовину. Он оголил его левое плечо, начав проводить линию засосов от самой шеи к этому же плечу. Каждый раз кусая по-разному, и вслушиваясь в реакцию Кайла, чтобы понять, как ему нравится больше. Сам Кайл в это время анализировал ситуацию и пытался понять, что ему делать. Что это за бонус вообще?! Время поджимало, ведь Брофловски вновь начал чувствовать как его тело напрягается. Он выдал то что первое ему пришло в голову: — К-Кенни, чаевых ты не получишь… — процедил Кайл сквозь зубы. На что Кеннет лишь усмехнулся, остановившись целовать его шею, он обжег своим дыханием мочку уха Брофловски и прошептал: — Я и не надеялся, — слегка прикусив её зубами, и тем самым заставив электрический импульс пройтись по всему телу. Не услышав возражений в свою сторону, Кенни продолжил свое сладкое дело. Одной рукой он зарылся в рыжих волосах, наслаждаясь недоумением Брофловски, а другой залез под футболку, поглаживая худые бока. Хрупкое тельцо бросало в дрожь, то в жар, то в холод, не давая покоя Кайл мог чувствовать приятную горячую руку друга, что приятно поглаживая его талию и пресс, оставляя призрачный след. Медленно, она опускалась вниз к внутренней части бёдер, периодически оказываясь в непозволительной близости от интимной зоны. Он снова ощутил, как джинсы стали слишком узкими. А вторая рука, у лица Кайла, нежно гладила его правую щёку большим пальцем, проводя им по всем небольшим ссадинам и совсем мелким увечьям на лице. Приятно, хоть и есть чувство жжения. Ещё и его пристальный взгляд, лисьи глаза даже не сдвинулись за всё это время. Стоило лишь поддаться его ласкам, как он уже припал к губам Брофловски. Этот поцелуй был самым долгим из всех. МакКормик хотел полностью насладиться чужими губами и буквально не мог оторваться. На сей раз Кайл поддался, ведь желание сильнее разума. Периодически они причмокивали при поцелуе, и останавливались, чтобы отдышаться. Но это не так важно, важно лишь то, что этот поцелуй был страстным, и вызывал головокружение. По крайней мере у Кайла. Когда они отстранились, между ними осталась тонкая струйка слюны. Выдохнув, Кенни оборвал ее. И повернул голову Кайла в правую сторону, чтобы вновь оставить багровые следы на шее. Кайл же в ответ мог лишь мычать, отдавая этим отчёт о том, что как бы он не сопротивлялся, всё же действия Кенни приносили ему своё извращённое удовольствие. А тот в свою очередь, вдоволь наигравшись с шеей Брофловски, схватил его лицо обеими руками. И начал проводить линию поцелуев от его уха, до самых губ. Кайл зажмурил глаза в ожидании. Но когда он уже мог почувствовать губы Кенни уголком рта, последнего поцелуя так и не последовало. И вот когда их губы уже были в паре дюймах друг от друга, МакКормик процедил раздражающую для Кайла фразу: — Я закончил. — Х-хах? — Я закончил делать то, что ты просил! — Кенни быстро отстранился от Кайла, встав на ноги, и улыбаясь широкой, невинной улыбкой. Словно они только что не занимались ничем сомнительным. И как ни в чём бывало, стал натягивать свой капюшон. Брофловски был ошарашен и растерян. В его голове появилось множество вопросов, а в груди — боль обиды. Не то чтобы он хотел, чтобы Кенни сейчас начал втрахивать его в этот несчастный диван. Просто, то что он сделал, было подло. Он бы хотел отчитать или что-либо возразить МакКормику. Но был не в состоянии сделать даже это. Поэтому лишь тяжело вздохнул. — Э-эм, ла-ладно… С-спасибо?..- Кайл с трудом встал с кресла и поплёлся к двери, шатаясь из стороны в сторону, будто после знатной пьянки. Дотронувшись до дверной ручки, он обернулся в сторону друга, который в это время активно искал что-то в столешнице. Отвечая на его немой вопрос, он процедил: — Ты иди, я скоро буду. Мне надо кое-что найти. Кайл не стал ничего возражать. Лишь захлопнул за собой дверь, после оперевшись на неё всем телом, пытаясь сохранять равновесие. Еврей судорожно потянулся к карманам, начав обыскивать их. И вскоре вытянул пять долларов. Быстро осмотрев их, он выдохнул с облегчением. «Этого хватит», прошептал он себе под нос. Осталось лишь дождаться МакКормика. Но… честно говоря, Кенни бы с удовольствием остался ночью в доме Брофловски безвозмездно.