пранк

***

Чонсон, честно говоря, не до конца улавливает, чем он, взрослый и состоятельный, парень, которому уже за двадцать, собирается заняться на ночь глядя, пока одна часть мемберов разъехалась по домам на редкие выходные дни, а другая, меньшая часть, спят в своих комнатах. Он больше не может терпеть. А собирается он, короче говоря, – отомстить одному чересчур наглому, своенравному японцу. За все его многочисленные «пранки» и «супер-мега-смешные» – совсем не смешные по мнению Джея, но его мнения никто не спрашивает, им-то смешно – подколы. Не осуждайте, ведь кто сможет так долго терпеть несправедливость в свою сторону и безнаказанность «обидчика»? Джей раза три минимум чуть не словил инфаркт после выключенного света в ванной, сопровождающейся страшной музыкой, подозрительных звуков в тихой и темной комнате, когда он в несчастливые деньки оставался ночью в общежитии с Ники вдвоем. И не забываем про испорченные кроссовки от известного бренда. Пусть план отмщения звучит нелепо даже для него самого, и если бы Сонхун узнал о его затее, то дразнил бы до конца жизни. Разве так ведут себя крутые и взрослые парни, а? Но он не узнает. Чонсон надеется на это, по крайней мере, с его-то удачей об этом возможно и весь мир прознает. Он выжидает в гостиной несколько часов, делая вид что смотрит телевизор, пока Джейк не скрывается в их общей комнате, пожелав спокойной ночи, а звуки с комнаты макнэ-лайна и Сонхуна, в котором на ближайшие два дня ночует только Ники, совсем не стихнут. Ждет для начала минут сорок – сорок семь – если вдаваться в подробности, а после с красными от нелепости своей затеи ушами практически ползет на кухню, стараясь не шуметь, к припрятонному презенту в кухонном шкафчике, в котором кроме него обычно никто не роется, и вытаскивает небольшую серую коробку. Коробку, в котором припрятаны несколько разных видов отмороженных дохлых насекомых, которых используют для кормления всяких рептилий. Джей вздыхает. Надо ли ему это? Может Ники это только раззадорит на более изощренные розыгрыши. Но ведь, раз начал – доводи дело до конца? Возможно ответный пинок не повысит, а поумерит пыл Ники? Никто не знает, а попробовать стоит. Джей не сможет успокоится. Выпив стакан воды и пару раз повздыхав для профилактики, Чонсон неуверенным взглядом откидывает взглядом дверь в комнату макнэ-лайна. Что же, была не была, мужик он или что? – направляется вершить справедливость за самого себя. Осторожно приоткрыв дверь, которая скрипнула для верности, Джей, оставив ее открытой достаточно, на случай, если ему придётся бежать с места преступления прежде, чем его заметят, если Ники проснется. Чонсон окидывает комнату взглядом, пытаясь найти спящего парня. Ага, вот же. Повезло – большой ворох из одеял на нижнем ярусе кровати. Пак как можно тише подходит ближе, открывает крышку от коробки и аккуратно ставит ее на пол перед кроватью, чтобы не мешалась. Ее наличие на полу вопросов - если он забудет ее забрать - не вызовет, ведь на полу и так много разбросанного хлама. А саму коробку на верхний ярус кровати. Вытаскивая из коробки первого солдата, который служит во имя справедливости, Джей прикидывает в голове, куда бы ее закинуть. Может, оставить на подушке? Он аккуратно, чтобы не касаться бугорка из под одеяла, перекидывается через перегородку, и тянется рукой по ту сторону подушки. Положив кузнечика на временное место сожительства, парень уже собирается вылезти, как случается, наверное, самое страшное, что могло бы случится в данный момент. Чья-то ладонь похлопывает его по пояснице. Чонсон замирает в согнутом положении. – Джей-хён, ты? Парень отмирает, подскакивает на месте, стукаясь головой о верхний ярус, наступает на крышку от коробки, которая скользит гладкой поверхностью по ворсу ковра. Джей, поскользнувшись на ней, падает назад. И, –блятьсуканахуйблять, – ударяется спиной о чужую грудь, и другой парень одной рукой ловит его за талию, а второй хватается за верхний ярус, чтобы не полететь на пол вдвоем, разбудив грохотом Джейка. Джей снова замирает и неосознанно задерживает дыхание. Ему в висок упирается чужая мягкая щека – «вот каланча!» мелькает мысль – и на шею падают несколько капель, которые скатываются дальше вниз, вызывая мурашки. – Хён? Что ты тут делаешь? – голос сквозит непониманием. Что хён делал в темноте над его кроватью, и чего так сильно напугался, – М? – Рики…, – Джей судорожно прокручивает в голове отмазки, которые прозвучат не бредово, но как назло, не приходит ни к одной логической мысли. Он же будет выглядеть полным дураком, попавшись на этом занятии! Становится безумно душно. Шепчет панически громко, – Рики!.. – Ну да, я, – Ники фыркает, отпуская и вторую руку на его талию, и упираясь подбородком ему в плечо. Будто не давая ему возможности сбежать и закрыться в любой другой свободной комнате. Удобно устроился, блин. – Хён, что случилось то? – и голос стал звучать веселее. Чует нечто интересное. Вот же ж мелкий! – Рики, – парень еще раз обдумывает, прежде чем сказать вслух, будет ли вопрос звучат адекватно для них конкретно, но который в целом сможет оправдать его присутствие здесь посреди ночи, – не хочешь поспать вместе? Он буквально ощущает как горят уши и краска заливает лицо. Как же неловко. Пак не видит его лица, но уверен чужие брови поползли вверх. Японец усилил хватку на его талии, и прижимается еще ближе, буквально вдавливая хёна в себя. Чонсон сглатывает ком в горле и хватается за его предплечья, чтобы занять руки и не улететь в астральную реальность. – Хё-о-он, серьезно? Ты же никогда не разрешал спать вместе с тобой, – блять, так трудно согласиться и молча улечься в постель? Джей бы вылез спустя пару часов и прибрал за собой улики. «Не рушь мой единственный план, говнюк!» Ники усмехается, будто читает чужие мысли и специально не идет на попятную. Не воспользоваться ситуацией и не поддразнить Джей-хёна? Будет слишком большим упущением. – Испугался призраков и теперь боишься спать один, да? Напоминаю, если что, Джейк-хён не уехал и спит в вашей общей комнате. Почему пришёл ко мне? – Ники, блять! Не задавай вопросов и не заставляй меня просить во второй раз, – сильнее впивается пальцами в чужие предплечья. Чонсон закипает и скоро взорвется. Может, буквально. Джей чувствует как еще несколько холодных капель упали ему за шиворот, и крупно вздрагивает. – И чего только не спишь в такое время? Детям пора спать, – попытка перевести в шутку. Как обычно, скорее всего, неудачная. Ники опять усмехается. Говнюк, чтоб тебя. – Решил принять душ перед сном. И я не ребенок уже давно, хён. Забыл? Всего через пару дней мне уже двадцать, – таким горделивым тоном. Было бы чем гордится! Как был мелким говнюком до и после дебюта, им и остался. Только с виду повзрослел. Немного совсем. Чонсон отказывается признавать, что совсем не немного, на самом то деле. – Просто ложись в постель. Так трудно хотя бы раз сделать так как сказал тебе твой хён? – иди до конца, рано или поздно он даст попятную. Лишь бы коробку не заметил. Блять. Ники вздыхает и не размыкая рук вокруг него делает шаг вперёд. – Ложись первым. Я пока посушу волосы полотенцем, – и, наконец, отпускает. Джей делает вздох. Рики хмыкает. Когда Чонсон в ожидании садится на кровать, Нишимура отходит и интенсивно, скорее агрессивно и, зачем-то торопясь, лохматит полотенцем волосы. Когда Ники отвернулся чтобы закинуть полотенце на спинку стула, Джей резко подскакивает с места и накрывает коробочку с насекомыми, вроде бы, подушкой Сону – Джей мысленно просит прощения и обещает сменить подушку на новую до его приезда – и второпях садится обратно на место. Ники заметил последнее движение, но только лишь приподнял бровь и молча подошел к кровати. – Двигайся. Или будем сидя спать? – наблюдая за тем как Чонсон нервно подскакивает, стукнувшись головой опять, и отодвинулся – не подумав, к сожалению, как он будет выбираться из кровати через Ники – к стене. – Осторожно. Хватит таранить голову, вдруг у тебя там что-то есть? – и смеется, зараза, смотря как Джей угрожающе-мило хмурится. Птичка энгри бёрдс. Ники ложится на спину, закинув руки за голову, и смотрит на Джея, который все еще сидит. Молчит. Приподнимает брови и взглядом спрашивает «ну что? сам ведь предложил». Пак вздыхает и ложится спиной к парню. Моргает сонно - поздно уже, все-таки - и вдруг натыкается взглядом на забытое насекомое, которое съехало с подушки на край постели. Почти ему под нос. Джей дергается и подается назад, чуть не заехав затылком Ники в подбородок. Блять, он совсем забыл про сраного кузнечика. – Ты чего, хён? Осторожнее, – судя по шуршанию, Рики ползет чуть вверх. Мало ли, ага. – Ничего… Просто вспомнил кое-что, извини. Давай уже, спи. Нишимура фыркает. И вдруг отпускает руку ему на талию. Джей весь подбирается и напрягается. Спустя пары секунд возни у себя за спиной, чувствует чужое дыхание прямо в затылок. Что. За. Херн…. Ладно, потерпим. Спустя, наверное, минут пятнадцать, из-за ожидания и желания спать которые ощущались как пятнадцать часов, Чонсон слышит чужое сопение и чувствует как рука на его талии расслабляется. Полежав для верности еще минут пять, Джей аккуратно снимает со своей талии чужую руку и садится, поджав пятки под задницу. Поворачивается и окидывает взглядом спящего парня. А ведь такой милашка, когда спит и молчит! И не подумаешь что полный говнюк. Захватив сраного кузнечика с собой, Джей аккуратно, насколько позволяет положение, в котором спит Рики, перекидывает через него ногу, и нащупав пальцами ворс ковра, опирается одной рукой в перегородку, вылазит из кровати, чуть не стукнувшись опять головой и не наступив на какую-то модельку лего. Раскидал по всему полу, блин, как ребенок. Сонхун будет ругаться, увидев бардак в своей комнате. О чистоте комнаты Чонсон позаботится завтра. Сейчас главная задача – забрать коробку и выкинуть ее нахрен в мусорное ведро. Джей, уже выполнив задачу «без последствий вылезти из кровати», тянется к подушке со второго яруса, откидывает ее и забирает коробку, закинув сразу же кузнечика к сородичам, так же на ощупь находит лежащую на полу крышечку. Вот и все! Никаких проблем. Джей восхитится своей работой, обязательно, но только когда выйдет из обители зла. Джей уже повернулся в сторону двери и готовится сделать шаг, как… Его хватают за футболку и тянут вниз. Ники сажает его между своих ног, но Джей то не худенькая девчонка, понятное дело, и весь не поместился бы – он в этом почти уверен – одна нога оказывается перекинута через колено японца. – Что это у тебя, хён? – Рики в рекордные сроки, так что Джей даже не успевает среагировать врубает фонарик на телефоне и одной рукой берётся за коробочку, – Дай посмотреть, что ты там прячешь. – Ничего, – голос хрипит. Он же опозорится сейчас! – Это мое! Незачем тебе знать. – Хё-о-он, дай посмотреть, – Нишимура клянчит. И неожиданно хватает одной рукой Чонсона поперек талии, всеми силами прижимая его руки параллельно к телу. А другой хватает коробку, ставит ее на постель возле них, и срывает крышку. Тут же – привычная реакция на насекомых – дергается в сторону, потащив за собой и Джея, который от неожиданности стукается головой о кровать и издает глухой стон. Опять. Отбивная из мозгов. – Прости! Сильно ударился? – Ники прижимает ладонь к месту куда пришелся удар. Джей отрицательно мычит. – Что за херня, хён? Нахрена тебе насекомые, это что, завтрак в постель на утро? Ты уж извини, я такое не ем, - скривился парень. – Фу, блять, несколько штук и на кровать выпало. А если серьезно, нахрена ты их притащил? Хён? Джей же, не двигаясь, все еще практически сидит на нем, и откинув голову на плечо Ники, пялится на выцветший стикер с Пикачу, наклеенный на потолок нижнего яруса кровати. И как объяснить ему это? Сказать честно, что отомстить хотел? И потерпел неудачу, ага. Позорище. Смеяться же будет. – Хён. Объясни, будь добр, – и морщится, когда Чонсон сильно шлепает его по бедру. Не объясню. Пошёл нахрен, повисло в его молчании. – Я, кажется, догадываюсь, – хихикает, гаденыш, и выдыхает ему в шею тихо, – Не волнуйся, хённим. Я никому не расскажу. Чонсон продолжает молчать. Его честь запятнана в глазах макнэ. Какой же он теперь в его глазах? Пробил дно. Неудачник. – Не расскажу, – говорит тихо, и неожиданно целует Джея в родимое пятнышко на шее. Пак замирает, – Но в замен поцелуй. В губы, Чонсэни. Джей отмирает и возмущенно, но сбавив громкость голоса почти на минимум – Джеюн все еще спит в соседней комнате – прикрикивает, – Ты идиот?! Понимаешь о чем просишь, а! Чонсон матюкается себе под нос еще немного, но потом успокаивается, заметив наконец, как чужая рука гладит его по бедру минуты две минимум. Мда. Ники, благодаря достаточно хорошо освещенном телефоном пространстве, имеет отличный ракурс наблюдения за чужими краснеющими щеками и ушами. Так у самого же уши пламенем горят. – Я серьезно, хён. За молчание надо платить. В нашем случае тебе придётся платить каждый день. Не то в список твоих неловких ситуаций добавится и эта. Сонхун-хён напишет наконец книгу, – Ники улыбается. Манипулятор сраный. Чонсон поворачивает голову и сталкивается с чужим взглядом. Несмотря на веселье в тоне голоса Рики, в глазах все же плещется неуверенность. Видно что следит за чужой реакцией. Готовится сказать, что это всего лишь глупая шутка, извиниться и разойтись спать по разным кроватям. Но Джей не против, в самом то деле. Чонсон не пропустил момент осознания своих чувств. Минимум, где-то полгода назад это произошло? Но он решил оставить их с Рики отношения на былой стадии дружбы. Рики ведь не выделялся особым отношением к Джею, так ведь? Чонсон решил, что перегорит. Но если Рики за свое молчание выдвигает такие условия то… Джей ему нравится? Не станет же парень предлагать другому парню целоваться каждый день, не питая при этом к нему романтических чувств? Это глупо. Джей не против поцелуев, и большего тоже против не будет. Если только и Рики не против. Пак решил. Он скажет о своих чувствах прямо сейчас, и спросит об ответных. Мужик он или что, все-таки? – Рики, – парень сглатывает. Решается, и, вновь посмотрев японцу в глаза, выдает, – тымненрвшся. Ники моргает. Чего? – Чё? – Ты мне нравишься, говорю! И я, тебе, наверное тоже, раз ты поставил в условии поцелуи, да? Не пойми меня неправильно, я не решил все за тебя в своей голове, но не стал бы же ты выводить такие условия, если бы я тебе не нравился, так ведь? То есть..! Блять, – он прикрывает глаза одной рукой. Неловко. Ники смеется и предлагает обсудить это не в компании дохлых насекомых. Джей выбирается из кровати и пересаживается на ту что стоит напротив. Рики закрывает крышкой оставшихся в коробке насекомых и идет следом. С насекомыми позже разберутся. Не разбегутся ведь. Он надеется на это. – Хён, – улыбается, – Ты мне тоже нравишься, давай поцелуемся? Краткость – сестра таланта. Ники сочетает в себе и то, и другое. Целуются и засыпают в обнимку они на постели Сонхуна. Во избежания непонимания со стороны Джеюна, Джей просыпается самым первым и приводит комнату в ее первоначальное состояние. То есть, срач, но без насекомых. А потом они с Ники весь день целуются. Избежать Джеюна уже в пятый раз не получилось. the end.