Ибрагим

Ель была поставлена на пол главной комнаты в квартире. Ибрагим с удовлетворением положил под неё подарок. Большая сила воли понадобилась, чтобы не открыть его раньше времени. Ель и подарок, конечно, навевали на Ибрагима новогоднее настроение, и он ждал чуда в виде прихода Татьяны к нему домой прямо под Новый Год. Но пока к нему приходил только Глеб. Очередные ночные посиделки продолжились с распитием кипятка – Ибрагимом и чая – Глебом. Глеб вспоминал, как приходил просить чай у Ибрагима, а у того его не было. Они смеялись. Они вообще часто веселились. Ибрагим чувствовал почти счастье, когда проводил время с Глебом. То же чувствовал и Глеб. У них не было много общих тем для разговора в силу разницы в возрасте, но им и не требовалось много говорить. Глеб всегда подсаживался ближе к Ибрагиму, чтобы чувствовать его тепло. Он очень любил его обнимать, и Ибрагим позволял с собой это делать. Хотя объятия ничем не отличались от дружеских, для парня они были очень ценны. Да и для мужчины тоже. В этот день — точнее, ночь — Ибрагим восторженно рассказывал о Татьяне и о ребенке в супермаркете. — Представляешь, какая мистика! Откуда Татьяна узнала мой адрес? И эти ели в форме динозавриков появились из ниоткуда! — С тобой все время случается что-то эдакое, Брэм. Я даже завидую. — Да. — Мечтательно продолжил мужчина. — И в скором времени, надеюсь, ко мне придёт Татьяна. Это так круто, Глеб! — Да уж, круто... — Сразу сник парень. „Надо же ещё какой-то Татьяне приходить к моему Ибрагиму“ — Со злой ревностью подумал он. Мужчина заметил резкую перемену в настроении Глеба. — Ты что, ревнуешь, Глеб? — Удивлённо спросил Ибрагим. Глеб не смотрел на друга. — Просто мне эта Татьяна кажется подозрительной. Ты же её совсем не знаешь. И что в этом подарке, интересно знать? Бомба? — Нет, там точно не бомба. — сказал Ибрагим. — Там что-то лёгкое. — Понятно. — Глеб выглядел ещё подавленнее. — Я, наверное, пойду. Устал. Спокойной ночи. — Да что ты, обиделся? — Ибрагим сел рядом с Глебом на диван. — Я всё равно не променяю тебя на Татьяну, какой бы хорошей она ни была. — Да-да. — Глеб опустил голову. — Я клянусь тебе, что ты мой самый лучший друг, и всегда останешься для меня важным человеком. — Немного сбивчиво проговорил Ибрагим. За окном занимался рассвет. Ночные тени отступили, уступая место красной полосе, которая сейчас светила на Ибрагима и подчеркивала его идеальное, по мнению Глеба, лицо. „Если бы я поцеловал его сейчас, что бы он сделал?“ — Думал, завороженно глядя на мужчину, Глеб. — „Даже не стоит об этом думать. Он бы не оценил такого жеста.“ — Я все-таки пойду. В колледж через несколько часов. — Ладно, давай. — Ибрагим, видно, тоже загрустил из-за того, что грустит Глеб. Он не понимал, как теперь относиться к Татьяне. Теперь её визит не доставит ему столько радости, сколько бы мог доставить до разговора с Глебом. Глеб покинул квартиру Ибрагима в расстроенный чувствах.