Сан-Франциско

Над лесом пролетает большая стая птиц, громко каркая и привлекая к себе внимание каждого обитателя леса, звуки расходятся в стороны и утопают в количестве деревьев вокруг, Элвин был бы рад подстрелить хотя бы одну, питаться консервными помидорами и персиками ему уже надоело, тренер бы сказал, что в его рационе не хватает бе́лка и только от абсурдности данной мысли старший Минт ухмыляется и идет дальше, стараясь не издавать лишних звуков. Саймон идет перед ним впереди с натянутым луком, он явно навострил уши и мешать ему - себе дороже. Из них двоих готовкой и охотой занимался младший братец, дело же Элвина понять куда двигаться дальше, следовать за мечтой в виде этих ебучих золотых ворот всем уже надоело, без карты и понимания где они находятся, особенно оказавшись в лесу, идти куда либо было опасно, если они узнают, что в итоге их действия привели к тому, что к Сан Франциско идти теперь не 5 тысяч километров, а 6 - несдобровать тому, кто выбрал направление, а выбирает его всегда Элвин. Напряжение между ними растет с тех пор, как им пришлось покинуть родное поселение, родной дом и уйти в направлении к их мечте, появившейся еще до апокалипсиса. «Да что нам терять? У нас теперь вообще смысла жить нет, мама умерла и все, что осталось - твоя кофта, Элвин, которую она связала.». Саймон всегда был прямолинеен, до противного прямолинеен. — Здесь труп, — младший прицеливается луком в голову ходячего, как он падает на землю и поджав колени начинает плакать, и что-то бормотать себе под нос, — Ой-ой, они могут что-то чувствовать? — Идиот, она живая, — огрызается Элвин и идет вперед, ближе к девушке, на ее голове были грубо отрезанные волосы, много маленьких синяков на теле и один большой на спине с размытыми синя-фиолетовыми контурами и желтой сердцевиной. — Что случилось? — тихо говорит мужчина, держа некоторую дистанцию, чтобы не напугать, — Эй? — так же тихонько повторяет он, но девушка резко поворачивается и с гримасой страха смотрит на братьев, сначала на одного, а потом на второго. — Пожалуйста, не надо, — шепчет она. — Воу-воу, все же нормально, мы и не собираемся ничего делать, — Саймон подходит ближе к брату и садится на корточки, между ними два метра и девушке этого явно не достаточно, она пытается попятится назад, но упавшее дерево мешает, — Я Саймон, — младший указывает на себя, — Это мой брат - Элвин, мы здесь охотимся, что у тебя случилось? — Вы не с ними? — С кем с ними? — Не знаю как они себя называют, — у девушки заслезились глаза, она всеми мышцами лица пыталась сдержать слезы, поджатые губы явно хотели рассказать о всем, что произошло с ней вчера, чтобы кто-то вместе с ней разделил ее ненависть и перенял на себя желание мести, ей не хотелось нести это бремя в одиночестве, — Они очень плохие люди… и их много, всегда разные приходили. Элвин отрицательно махает головой, из-за него они пытаются не вступать в какие либо общины, хотя по пути встретили не одну пару, людей в этих краях достаточно, переживать зиму стало намного сложнее с наступление апокалипсиса и намного проще быть в солнечном штате и не заботится о поиске теплого ночлега. Но люди это ответственность, не только за них, но и за себя, отвечать перед народом за себя ему не хочется, а действия у него бывают необдуманные, в особенности мешает желание власти с последующим ее захватом, не нужно ему, что его мания величия захватывало разум, не нужно. — Может оденешься? — Элвин стягивает с себя связанную мамой коричневую куртку с оленями и протягивает девушке, она смотрит на нее секунд двадцать, еще не готова принять помощь, это может означать, что она что-то им должна будет, платить ей нечем, даже ее родное тело стало непригодно. Девушка кивает и натягивает на голое тело куртку, бережно застегивая каждую пуговицу, стараясь не делать лишних движений, чтобы не порвать. Элвин улыбается и кивает ей, — Наш дом недалеко, у нас есть одежда, камин, еда, мы разогреем тебе воду, чтобы ты помылась, — Старший протягивает ей руку. У нее все еще нет ни одной причины им доверять, но либо они слишком хороши во лжи, либо девушка не распознала очевидного. Не смотрятся предложенную помощь, она встает сама, пытается максимально стянуть куртку вниз, закрыть обнаженные ягодицы, синяки на них и ногах, последних слишком много. — Меня Настя зовут, — девушка с убирает ниспадавшую прядь с лица.