Неделимый

Под бёдра Баки подложена жёсткая подушка, и его задница вскинута высоко вверх. Стив сидит у него на пояснице, заставляя прогибаться ещё сильнее, разводит крепкие ягодицы руками и неотрывно смотрит, как двигается между ними, словно поршень, толстый член. Капитан лишь придерживает бёдра Баки широко раздвинутыми, вбивается сначала резко и быстро, а после плавно подаётся назад, так, что натянутые края дырки немного выворачиваются, словно не желая выпускать член. Стив слышит сдавленные стоны и жалобное поскуливание Баки у себя за спиной: уткнувшись лицом в матрас, он комкает руками простыни. Его налитой член лежит на подложенной подушке, пачкая преэякулятом дешёвый хлопок наволочки. Баки даже не пытается как-то потянуться к нему: ёрзает и прогибается, пытаясь потереться, но руками только отчаянно цепляется за постель. Стив смотрит, как проникает в его Баки чужой член: в каком-то смысле его собственный, но всё же чужой. Края дырки красные, блестящие от вазелина. Натянутые так, что, наверное, Баки немного больно — так его никогда не мог растянуть член Стива. Слабого, больного и тощего Стива из 1937-го. Но Стив из 2024-го… Капитан Стивен Роджерс может. Его член может. Стив наблюдал, как чужой язык увлеченно вырисовывал узоры на бледной коже, заставляя её блестеть чужой слюной, и как короткие волоски на задней части его шеи вставали дыбом от чужих ласк. Как крупные пальцы Капитана растягивали задницу Баки, пока Стив придерживал его ноги раздвинутыми. А Баки, совсем поплывший от ласк, выгнувшийся так, как никогда, только извивался и мычал что-то несвязное, прижимая ладонь к губам. Тишина. В их время важна тишина. Стив чувствовал горячечный жар спины Баки под собственными ягодицами. Он развел его ягодицы как можно шире и наклонился, проведя языком между ними — от копчика до самой дырки, наполненной толстым капитанским членом. И Стив чувствует солоноватый вкус кожи, а ещё — ревность напополам с завистью к сильному телу и невероятной выносливости. Стив лижет тонкий край растянутого отверстия, и Баки по-настоящему трясёт: его бёдра мелко подрагивают, спина под голыми ягодицами скользкая от пота. На очередном резком рывке член Капитана высказывает, ощутимо мазнув Стиву по щеке, и Баки скулит в простыни от внезапной пустоты. Его дырка не сжимается сразу, края подрагивают, между припухших складочек остаётся маленький, но заметный просвет. Стив чувствует, как горит на щеке влажный след из предэякулята и вазелина. Стив, на удивление не чувствуя брезгливости, мягко целует головку и, обхватив толстый ствол костлявыми пальцами, направляет в дырку Баки, раскрытую и призывно пульсирующую. Вдавливает головку, и тело Баки словно всасывает член в себя, а Стив скользит пальцами к основанию, сжимает яйца в ладони. Крупные и тяжёлые, они едва помещаются в его руке. Стив сжимает ладонь, не нежно, даже самую чуточку агрессивно. Это извращенно и, пожалуй, аморально — то, как заводит Стива зрелище того, как его Баки берёт незнакомец. Пусть даже этот незнакомец — другая, улучшенная версия самого Стива. Заводит и злит. Член Стива, горячий, твёрдый как никогда, тяжело прижимался к пояснице Баки. Казалось, к нему прилила вся кровь в теле, и у Стива немного кружится голова. Так, что плохо и хорошо одновременно. Охуенно и ревностно-мерзко. Капитан почти полностью выходит из Баки, оставляя внутри одну лишь головку. Ещё раз и ещё, словно выбивая из тела Баки способность сопротивляться проникновению. Выскальзывает полностью, а Стив суёт в дырку указательные и средние пальцы обеих рук, разводит в стороны, растягивая до предела. Баки дёргается, словно хочет сдвинуть ноги, но Капитан не позволяет. Придерживая за бёдра, задвигает член, проезжаясь по тонким пальцам Стива. Капитан вбивается безжалостно, долбит под углом, от которого Баки почти воет в матрас, и Стив соскальзывает с его спины, переступая коленями по постели, отползает немного. Запускает пальцы во всклокоченные каштановые волосы, заставляет Баки вскинуть голову. Его лицо — разрумяневшееся, с тёмными, блестящими лихорадочно глазами, испариной на лбу и искусанными алыми губами. Баки такой красивый сейчас: когда отдаётся, когда позволяет пользоваться собой, будто дешёвой шлюхой. Баки слегка мотает вперёд и назад, и Капитан хватает его за бёдра крупными руками, не позволяя ёрзать и метаться по кровати. Чуть смещая взгляд, с лица Баки на то, что происходит за ним, Стив видит подрагивающие мягкие холмики его ягодиц, двигающийся в расщелине между ними член и низ живота Капитана. Живот — такой же крепкий, как и весь Капитан, с аккуратной лункой пупка и чётко обозначенными мышцами; Стив такого не видел даже в «восьмистраничниках», что иногда притаскивал Баки. Капитан молчалив, и от этого воспринимается каким-то нереальным. Хочется то ли врезать ему, то ли подрочить себе. Но Стив — не суперсолдат, его слабое тело способно лишь на один заход. Он держится. Баки опускает взгляд на твёрдый член Стива и часто-часто облизывает искусанные губы, но он, скользнув ладонью по шее, придерживает его за подбородок, позволяя смотреть только себе в глаза и никуда более. Смотрит в пьяные, помутневшие глаза Баки, мягко стирает пальцем слёзы с его щеки. С каждым толчком по простате Баки словно всё больше и больше теряет связь с реальностью. Он выглядит так, как выглядел сам Стив в горячке. Стив смотрит на него и не обращает внимания на собственный член, болезненно-твёрдый, с влажной ярко-розовой головкой и вздувшейся венкой на стволе. Перебирая пальцами тёмные пряди на затылке Баки, Стив скользит второй рукой между его телом и матрасом, нащупывает сосок. Массирует сосредоточенно, сжимая между пальцами, слегка щипая, а Баки стонет глухо, непроизвольно прикрывая глаза, пытается то ли потереться о руку Стива, то ли отстраниться, чуть приподнимаясь на локтях, но только грудью придавливает ладонь к матрасу. Кажется, неосознанно разводит ноги шире и вскидывает зад выше, подаваясь Капитану навстречу. И Стив чувствует странное, больное возбуждение. Стив понимает, что Капитан близок, по тому, как напрягаются его руки, чуть сильнее стискивая бёдра Баки, как становятся более резкими, отрывистыми толчки. А Стив зажимает Баки рот, чтобы тот, не сдерживаясь, скулил ему в ладонь, принимая Капитана всего до конца. Его губы влажные и обжигающе-горячие, а в глазах — желание, мольба и какая-то отчаянная преданность. Как будто, даже отдаваясь всем собой другому, Баки просит об удовольствии для себя именно Стива. Просит разрешения запустить руку вниз, чтобы коснуться собственного, текущего смазкой на подушке члена. А Стив просто смотрит ему в глаза, пока Капитан кончает Баки внутрь, наваливаясь сверху. Капитан замирает на пару мгновений, уткнувшись лицом в загривок Баки и опираясь на руки, чтобы не придавить его своим массивным телом. Стив видит его широченные плечи, бицепсы, каждый из которых толще его бедра, и соломенные волосы на макушке. Того же оттенка, что и у него самого. То немногое, чем похожи их тела. Запустив мускулистую руку между телом Баки и постелью, Капитан вынуждает того приподняться, притом подхватывает его ноги под коленями и приподнимает. Без усилий держит на весу, и каким же пиздецки сильным нужно быть для этого. Баки хватается руками за Капитана, дышит тяжело. Его тяжёлый член покачивается между раздвинутых ног, а натруженная дырка раскрыта, из неё медленно течёт, капая на простыни, капля спермы. Баки — готовый, ждущий, жалобно скулящий от пустоты и так и не дошедший до конца, прямо перед Стивом. Он словно распят на теле Капитана, и его мутный взгляд прожигает, отдаётся тяжестью в животе. Стив приставляет свой член к входу, но не проталкивает сразу: дразнит, теребит покрасневшую дырку, размазывая сперму по припухшим складкам. Толкается, без каких-либо усилий скользя внутрь. Мышцы абсолютно не сопротивляются — Баки совсем разъёбанный, в нём мягко, мокро и свободно, он даже сжаться толком не может, словно член Капитана пропахал тоннель внутри. Баки стонет беззащитно и хрипло, а Стив кладёт ладони на его грудь, то ласкает, то грубо выкручивает соски. Запрокидывая голову, Стив смотрит в глаза Капитана поверх плеча Баки. В уголках морщинки, которыми не успел обзавестись Стив, но сами глаза прозрачно-голубые. Его собственные глаза. Капитан пялится в ответ, подливая масла в огонь безумия, и взгляд его колкий, хищный, но в то же время печальный. Отчаянно двигая бёдрами и вбиваясь во влажное горячее нутро, Стив смотрит на своего двойника, и, чёрт, он то ли сумасшедший, то ли просто больной извращенец. Его разрывают агрессия и возбуждение. В Баки так мокро, что дырка тихо хлюпает на каждом толчке, это пошло и самую чуточку стыдно. Баки поворачивает голову, мажет губами по щеке Стива. Его, не Капитана, который всего несколько минут назад втрахивал его в матрас так, как никогда не смог бы Стив, запертый в ловушку слабого тела. Стив ловит его губы своими, целует, едва ли не рыча. Баки стонет в рот сорванным голосом, и Стив чувствует, как он кончает, так ни разу к себе и не прикоснувшись. Оргазм почти болезненный. Живот сводит, колени подгибаются, и Стив цепляется за Баки, изливаясь ему внутрь. Голова кружится, а перед глазами плывёт, словно перед обмороком. Он чувствует жар распаленного тела на чувствительном члене, как обволакивает его внутри сперма — его и Капитана разом. Чувствует и целует Баки в горячий, алый рот. Утром Капитан исчезнет. Но это и не важно. Ведь Баки принадлежал и будет принадлежать только Стиву.