Вопрос доверия

      Столкнувшись взглядом с Феритом, Сейран отвернулась и поторопилась найти сестру, чтобы не пересекаться с ним. Она понимала, что не сможет вот так убегать от него постоянно, но ничего не смогла с собой поделать.       Невеста стояла среди гостей и оживленно беседовала с ними. Суна сегодня выходила замуж и семья Корхан была приглашена в качестве особых гостей, как родственники мужа сестры невесты. Пришлось приехать и Сейран, так как ей больше не могли позволить оставаться в Антепе. Больше всех возмущался глава семейства. Он не оставлял внука ни на секунду и старался у него выпытать, почему Сейран не хотела возвращаться, но он молчал, не желая отвечать.       Сейран, в нарядном платье белого цвета с длинными рукавами и юбкой карандаш длиной миди, поверх был одет жилет из воланов, доходил до колен, на нем были вышиты белые розочки с зелеными лепесточками, а рядом маленькие жемчужинки. Живот, который уже успел нагнать и даже перегнать рост, тянул больше на шесть месяцев, а не на пять, как было на самом деле. Ей едва удавалось прятать его от посторонних глаз, а главное от Корханов. Но Ферит так и преследовал её.       — Моя дорогая, — Суна подошла к оглядывающейся младшей сестре, улыбаясь. — Как думаешь, как долго тебе удастся скрывать свой живот? Я думаю, много людей уже догадались, что ты в положении!       — Многие, Суна? Мне срочно нужно уехать! — нервничала беременная. — Я не хочу, чтобы сейчас все всплыло.       — Но Корханы не отпустят тебя больше в Антеп. Что ты будешь делать?       — Я не знаю, Суна, — Суна поглаживала сестру по руке, пытаясь её успокоить.       — Не нервничай так сильно, Сейран. Помни, что это может сказаться на ребенке, — напомнила ей старшая сестра. — Давай, вдох-выдох. Успокойся.       Сейран последовала её совету и сделала вдох-выдох. И правда, как она могла забыть?       Возле сестры её и нашел Ферит. И он был не настроен отступать.       — Сейран, дедушка хочет поговорить с нами обоими, — Сейран замерла, быстро пробегаясь глазами по нему. Она испугалась, что он мог что-нибудь услышать или увидеть, но он был взволнован чем-то другим и она поняла, что нет, он ничего не слышал и не видел.       — Прямо сейчас? Но как же свадьба сестры? — спросила она, не желая идти с ним.       — Дедушка ждёт нас в беседке возле особняка, — он подал ей локоть, чтобы она взялась за него и они вместе прошлись перед гостями, как супруги.       Сейран нерешительно взялась за него. Всю дорогу до Халиса-аги она не сводила с него глаз, будто ожидая чего-то.       Достигнув пункта назначения, они встали напротив сидящего пожилого мужчины. Сейран подошла к нему, чтобы поцеловать руку.       — Дочка Сейран, скажи мне честно, хочешь ли ты, чтобы ваш брак с Феритом продолжался? — это был вопрос на засыпку. Сейран долго мялась, не находя что ответить старику. — Да или нет?       Девушка даже растерялась, что ответа требовали немедленно.       — Халис-ага, я… — ей сразу же пришла в голову мысль — а как же ребёнок? — ведь он не может, не должен расти без отца. И она не могла родить вне брака. Единственным выходом было пойти на отчаянный шаг, на который она не могла решиться долгое время. Распахивая жилет, она показала свою фигуру в платье. — Беременна.       Ферит бросил на неё удивленный взгляд. Она забеременела после проведенного вместе времени и молчала… Его трясло — она настолько не верила ему, что не сказала о будущем малыше…       Сейран чувствовала вину и опустила глаза.       — Почему ты не сообщила нам об этом? — спросил Халис в своей привычной манере.       — Я боялась за своего ребенка, — она сказала правду.       — Каковы причины, что ты боялась? — младший внук Халиса смотрел на неё, ожидая, что она скажет и о том, что потеряла ребенка из-за него, из-за его обвинений.       — В особняке неспокойно, господин, в прошлую беременность я перенервничала и всё закончилась плачевно. Я не хочу потерять и этого малыша, — спокойно пояснила Сейран, придерживаясь за живот. — А в Антепе тихо и мирно, спокойная обстановка. Там я получаю только положительные эмоции.       — Хорошо, дочка, тогда вопрос закрыт, — изрек старший из Корханов. — Вы с Феритом отправляетесь в Антеп до рождения ребенка.       Не этого результата добивалась Сейран, когда решила раскрыть, что беременна. Она хотела возразить, но не стала, боясь лишних вопросов, на которые она не хотела отвечать.       — Идем, Сейран, — сказал Ферит, приглашая пойти за собой на продолжение празднования свадьбы Суны. Беременная прошла мимо проигнорировав его.       Весь вечер после этого разговора, он пытался наладить с ней контакт, но Сейран вела себя отстраненно. Ферит уже и не знал, как найти к ней подход, но вскоре понял, что внимание, проявленное к будущему ребенку может вернуть её расположение. Он протянул руку к её животу.       — Уже шевелится? — спросил он.       Сначала девушка не поняла вопроса, но потом кивнула.       — Как ты себя чувствуешь? — снова задал вопрос парень. Сейран поражало его поведение как ни в чем ни бывало.       — Нормально, — неохотно призналась она.       — Сейран, — он смотрел на неё умоляющим взглядом. Чего он хочет?! Девушка не могла понять — неужели он думает, что всё наладиться только потому, что она рассказала о беременности и тем самым предотвратила развод.       — Я что-то должна сделать, сказать? Я не понимаю, — она покачала головой и пожала плечами.       Ферит взял её за руку и поцеловал.       — Пойдем потанцуем? — предложил младший Корхан. Кажется, он пытался сбить с толку, но его предложение Сейран приняла. Давно она не танцевала и не веселилась.       На танцполе играла медленная романтическая песня, смысл которой случайным образом совпал с их ситуацией. В ней говорилось от лица мужчины, что девушка доверилась ему, а он предал её доверие и она ушла из его жизни навсегда, он так и не смог добиться её прощения, пытался найти её след, куда она исчезла и мучился до конца своих дней от любви к этой девушке.       — Подходит к нам, правда? — не смотря ему в глаза, спросила Сейран.       — Сейран, я не знаю, что сделать чтобы заслужить твоё прощение и вернуть доверие, — ответил он.       — Этого и не требуется. Мы просто будем жить как соседи, ради малыша. Нам не нужно изображать пару и соответственно чувства друг к другу. Просто будем родителями для своего ребенка, — рассудила беременная. — Чем совсем никак. Я не хочу быть врагом твоей семье и тебе лично, но в тех отношениях, которые были между нами, мы больше не будем. Это слишком больно.       — Давай разведемся тогда, — Ферит вспылил. — Я освобожу тебя от своего присутствия в твоей жизни. Смысла в этом браке не вижу. Мне достаточно было примера моих родителей.       Она подняла взгляд на него. Его не устроило её предложение, хотя бы так сохранить отношения, которые были обречены на провал, ведь в них отсутствовало главное — доверие.       На лице девушки играло обиженное выражение. Значит, его не устраивало её предложение?.. И почему он вдруг перевел разговор на маму Гюльгюн и папу Орхана?       — Хорошо, раз ты так решил, — она и не стала бы настаивать на продолжении брака, раз он не хотел довольствоваться малым. Она уже хотела уйти, но сначала хотелось узнать, что он имел в виду, упомянув своих родителей. — А что значит, тебе достаточно примера твоих родителей?       — Неважно, — отмахнулся парень, утирая злые слезы. Он не собирался делиться столь личной темой с ней.       От переизбытка эмоций у беременной закружилась голова. Сейран протянула руку к мужу, ища в нем поддержку.       — Тебе плохо? — на вопрос Ферита она ответила коротким кивком. Он сразу же подхватил её на руки и подошел с ней к виновникам торжества, спрашивая разрешения покинуть их ненадолго и комнату, чтобы будущей маме можно было отдохнуть. Получив одобрение, они в сопровождении горничной, которая привела их в гостевую, остались наедине.       — Скажи, ты опять «сбросишь меня с небес», если я попытаюсь простить тебя? — поинтересовалась девушка, когда он укладывал её на постель. Он изумился.       — Так ты…       — Я попытаюсь. Ничего не обещаю, — она предупредила его, чтобы он не питал особых надежд. Было трудно заставить себя переступить и эту черту, но она и это сделала сегодняшним днем.       Парень обнял её так сильно, боясь вновь потерять по собственной глупости. Впервые за несколько месяцев его лицо украсила улыбка.