Кровь и пепел

Она всегда была такой... особенной? Они пересекаются впервые, когда Кахара видит омерзительных синих существ, истощенных жизнью под землей, напавших на эту девушку. Именно в тот момент, когда он незамедлительно разрубает скимитаром их тонкие руки, держащие камни и копья, отшвыривает кончиком мыска в сторону отрубленные головы с застывшим выражением ужаса на лицах, он понимает, что она - самая удивительная из всех женщин, которых он встречал на своем пути. Гордая и никем не униженная, даже пройдя через издевательства пещерных жителей. Искренне верующая, с молитвой благодарящая своего спасителя. Чистая и непорочная. Она остается такой всегда, когда они идут вместе дальше во все большие глубины подземелий, и никогда не проявит нерешительности, даже несмотря на свою хрупкость, которой невозможно не любоваться. Годы изнурительных тренировок не могли ее изуродовать. Кахаре становится иногда стыдно за то, что он в ее глазах выглядит совсем неблагопристойно, и стыд этот заглушает желание, которое он за свою жизнь еще ни разу не испытывал. Оно лишено порочности, лишено грубой страсти, это даже не восхищение - это нечто большее. Но каждый раз он просто не знает, как именно сказать Д'Арс о том, что ощущает. Когда она вместе с ним храбро сражается на пути через шахты, когда она тихо молится, благодаря своего господа Алл-Мера за еще один удачный бой и скудные запасы съестного, которым им удается найти. Все, на что его хватает - это грубовато сделать ей комплимент очередным "отличная работа, куколка!", а затем смотреть, как она недовольно кривится, как она отворачивается и говорит, что его поведение ужасно, и это выглядит настолько необычно для того, кто попал в эти стены, что вызывает еще больший восторг. Эта несгибаемая сила воли, эта стойкость, которая заставляет даже в отвратительнейших ситуациях не предавать свои моральные принципы, не могут заставлять чувствовать что-то еще. Внутри Кахары - гремучая смесь сожаления и ненависти, когда он видит Д'Арс рыдающей рядом с телом возлюбленного, чувствует ужасающую ревность и одновременно успокоение при виде окровавленного трупа Ле'Гарда. Он выпотрошен, словно свинья, его горло было перерезано не так давно. Кто сделал это и зачем - разбираться времени у них не было. Он не может не попытаться хотя бы утешить ее, неловко заключая в объятия, из которых она не стремиться уйти. Д'Арс рыдает у него на плече, и Кахара думает, что действительно не знает, как это - на самом деле искренне и чисто любить кого-то так, чтобы отправиться спасать его из столь ужасного места. Его ладонь ложится на короткостриженную голову девушки, и какое-то время они просто так и стоят возле друг друга на коленях. Он понимает, что Д'Арс нужно любой ценой покинуть это место и забыть его, как страшный сон, но украденный из деревни подземных жителей артефакт все еще тяготит его дорожную сумку. Когда ловушки гробницы богов пройдены, он незаметно обнимает ее за плечи, думая о том, что не позволит ей не выбраться отсюда. Шаг в пространство, наполненное ослепительным золотым светом, они делают вместе, и Кахаре меньше всего хочется отпускать ее небольшую ладонь. Есть теперь и то, что помогает ему окончательно не сойти с ума в самом конце путешествия по крепости, и он впервые задумывается о том, что так выглядит именно та любовь, о которой он никогда не знал раньше.