Венец творенья

Однажды в Кэнриах колдунья, Мать Дурина и гончих псов, Пустилась в долгие раздумья, Желая воплотить из снов Идею, полную безумства, Недостижимую мечту, Ступень алхимии искусства, Вершину знаний, высоту, Что покорить любой ученый Хотел всегда, но страшась тьмы (И скользких щупалец теней) Бежал от мысли сей как от чумы. Но Рейндоттир умнее умных, Она храбрее храбрецов И взгляд её мудрее мудрых, А ум хитрее хитрецов. Без страха Рейндоттир ступила В пучину тёмных знаний вод, Но тотчас же ошибку допустила В линейке мелких ровных строк. «Но что не так? Расчеты верны» Шептала будто бы в бреду Не замечая полос скверны, Что на лице оставив череду Тончайших линий от проклятья, Туманить разум чистый стали, Отвлечь пытаясь от занятья, Скрывая важные детали. Со всех кругов она пропала, В лаборатории сидя, И дома стены исписала, Но оказалось что всё зря. Сменялись тихо дни и ночи, В покоях будто смерч прошел, Рейндоттир к небу свои очи Взвела, и рухнула на пол Без сил, и бесконечно так сидела, Всю мысль в одно стремясь собрать, И цепко формулы глядела, Вселенную прося подсказку дать. И та откликнулась немедля Лучами спальню осветив, Молитвам в кой-то веки внемля, И в страшну тайну посвятив. И белые пылинки мела Застыли на ладонях ей Тогда от мысли обомлела Что в голову пришедше к ней Весь мир рукой перевернула, Заставив всё пересмотреть, Рейндоттир вдруг к стене рванула Чтоб стары записи стереть. С тех пор работа закипела, Затрепетал азарт в груди, И так рождён был принц из мела Сын чёрной словно ночь земли. Его колдунья обучила Всему, что удалось ей знать, И с легким сердцем отпустила Свободно мир сей познавать. Довольная своей работой, Избавившись от брака та, Зажила жизнью беззаботной И скрылась где-то в льдах хребта. А вот творение бродило По миру, за людьми следя, В Ордо Фавониус вступило Едва ли сутки погодя.