Подарок.

3 ГЛАВА (ВАНЬКА) Утро… Такого приятного ощущения легкости я давно не чувствовал. Как классно! Потянулся всем телом как кот. И спустя секунду до меня дошло, что я вроде как не знаю, ни где я, ни почему я здесь? А здесь — это где? Бегло осмотрелся. Большая комната со стенами из бревен. Единственная небольшая кровать занята мной, в окне поляна и деревья, значит, я все еще в лесу. Стол, кресло-качалка. И множество книг. Куда ни кинь взгляд — везде полки с книгами… Здорово, а я читать люблю! Хозяин этой сказочной избушки-дворца нашелся спящим рядом с моей кроватью на полу. Хорошо, что хоть ковер достаточно пушистый. А то я бы себя последней сволочью посчитал бы за то, что хозяина выгнал на пол спать. — Нога, — вспомнил я о своей ране и неверяще несколько раз провел рукой по предполагаемому месту, чтобы убедиться, что мне не приглючилась совершенно здоровая нога. Раны словно и не было… — Неужели так сильно головой ударился? — Еще и воспаление легких подхватил, — буркнул хозяин, который не спешил выбираться из-под одеяла. — Вижу, ты бодр, значит, все прошло удачно. — Вы вылечили меня? Большое спасибо, — искренне поблагодарил я. — Не хотел Вам мешать. Простите. Я, наверное, пойду… — Иди умойся, и пойдем завтрак поищем. А уходить теперь и не торопись, а то плохо все закончится… для тебя… — Это почему? — мне стало страшно от спокойного тона хозяина этого дома. Он все же сел и откинул одеяло, вздохнул и, посмотрев пристально мне в глаза, от чего внутри все сжалось от страха, ответил: — Потому что ты теперь опасен для людей, пока не научишься сдерживать свою жажду. — Жажду? Не понимаю, — потер я рукой лоб, может, это поможет моим мозгам нормально работать и понять, о чем он говорит. — Ты теперь вампир, мальчик. Такой же, как и я. По-другому спасти тебя я не мог, к сожалению. Я смотрел на него с широко открытым ртом, не веря и в тоже время веря всему, что сейчас услышал. Да и сама внешность вампира была несколько необычной. Высокий, хорошо сложенный, как викинг, со светлыми волосами, прикрывающими шею, широкие, но изящно изогнутые брови придавали некоторую хитринку его льдистому проницательному взгляду. В левом ухе сверкал миниатюрный бриллиантовый гвоздик. Да и сама манера вести разговор, двигаться, смотреть, просто кричала, что передо мной самый настоящий аристократ до самых пят. И причем ни напыщенности, ни наигранности ни капли. — Нравлюсь? — лукаво улыбнувшись, спросил мой спаситель. Я смущено потупил глаза в пол, коря себя за то, что рассматривал его, раскрыв рот, как последний придурок. — Спасибо Вам, что вылечили. — Парень, ты вообще слышал, что я только что тебе сказал? — Ага, — кивнул я. — Повтори, — усмехнулся он, скрестив руки на груди. — Вы меня спасли и вылечили. Лекарство дало побочный эффект, вызывая у меня какую-то «жажду». Вот. — Это нечто! — всплеснул он руками и, отойдя к креслу, просто упал в него. — Мальчик, ты выбрал из моих слов лишь то, что тебе хотелось услышать. Повторю последний раз… Хотя нет. Пойдем со мной, я лучше покажу. К тому же тебе не помешает подкрепиться. Я быстро оделся во все чистое. Так приятно, — втянул носом аромат трав. И как маленький щенок семенил позади моего спасителя, вертя головой во все стороны. В общем-то, это занятие быстро приелось. Лес — он и есть лес. Трава, деревья, птички… ничего особенного и постоянно повторяющаяся картинка. — Смотри, — указал мне вперед. Прямо перед нами шагах в тридцати паслись несколько оленей. — Олененка поймаем? — Что? — испуганно прошептал я. Мне показалось, что именно в этот момент передо мной был больше не человек, а самый настоящий хищник. Уж больно ярко в предвкушении охоты горели глаза моего спасителя. Я перевел взгляд на маленького хрупкого олененка, который и стоять-то толком не мог, не то, что бегать. Интересно, как давно он родился? Такой хорошенький, маленький… — Ладно, не его, — недовольно буркнули рядом, отвлекая меня от умиления малышом. — Смотри и учись. Я даже рот не успел открыть, как стоящий рядом со мной мужчина сделал настолько стремительный бросок в сторону оленей, что я смог заметить лишь смазанное движение. Животные запоздало бросились врассыпную, оставляя на поляне одного из своих сородичей, молодого оленя. — Иди сюда, — поманил меня к себе мужчина, при этом как-то по особому улыбаясь. — Мне его разделать? — удивленно посмотрел я на немаленькую тушку животного. Мужчина хмыкнул и выросшими у меня на глазах ногтями вспорол ему вену на шее. — Пей, он не мертв, а без сознания. Кровь будет вкусная. — Не-е-е, — отшатнулся я от него. — Как это пить? Зачем? — Жажду нельзя игнорировать… никогда и никому. Пей. — Властность в его голосе меня слово пригибала к земле. Я и сам чувствовал, что у меня от вида и аромата крови, что так расточительно текла на землю, слюнки потекли. Опустившись на колени, я с сомнением протянул руку и окунул в теплую жидкость пальцы, моментально окрасив их в красное. Поднес к носу, вдыхая приятный запах крови. — Пей, кровь утекает. Я сам склонился к шее оленя, последнее, что осознавал — это как лизнул языком кровь. — Хватит. Оторвись, мальчик. Не стоит переедать в первый раз, — донеслось до меня откуда-то издалека. Мозг снова стал нормально соображать, и я пораженно замер, осознавая, что утробное грозное звериное рычание издаю я сам, а мой спаситель добродушно улыбается, смотря на меня. Я отскочил от оленя и шокировано посмотрел на вампира. — Вкусно? — облизнулся он и неожиданно облизал мой рот и подбородок, при этом довольно урча. — Но мало… И сам припал к шее оленя. Когда его голова поднялась от иссушенного зверя, я даже позавидовал, с каким изяществом он вытер маленькую капельку с уголка губ и, поев, оставался все таким же чистым. Я же умудрился запачкать кровью не только лицо, но и руки и одежду… — Теперь мне не надо объяснять, что ты вампир? — улыбнулся он, обнажая длинные клыки, что показались из-под губы лишь наполовину. Я в шоке провел языком по своим зубам, отмечая и у себя небольшие такие клычки. — Нет, не надо, — хрипло ответил я. А может, мне и повезло, что я теперь стану вампиром вдалеке от людей? Что я хорошего видел от своих же сородичей? Ничего. Побои, оскорбления, унижения и снова побои… — Я понял. Спасибо, что спасли меня. — Вот и хорошо, что ты понял. Пойдем, что ли, умоем тебя? — поднялся старший вампир. — А как вас зовут? Я Ваня. — Лирс. — Лирс… Какое странное имя. — Не страннее Вани, — с иронией проговорил вампир. — Э… ну да… Простите, Лирс, а оленя не надо сжечь? — Зачем? — он резко развернулся и посмотрел на меня с явным удивлением. — Ну… Он же может стать вампиром… — Не станет, — улыбнулся Лирс. — Животные невосприимчивы к укусу. Да и сказки все это, милый мальчик, что после укуса вампира человек превращается в вампира. Если бы так, то весь мир бы стал давно заселен нам подобным. И люди давно бы исчезли как раса. — А как же Вы сделали вампиром меня? — хмурый взгляд в мою сторону сразу же показал, что спрашивать некоторые вещи больше никогда не стоит, чревато неприятностями. — Право обращения дано не каждому, и тем более не каждый имеет право знать как, это делать, — резко ответил мне Лирс. — Извините. Я не хотел выспрашивать, просто… — Любопытство — это порок, мой мальчик. Но отнюдь не только человеческий. Можешь мне поверить, — смягчился он. — Запомни на будущее, если я сочту тебя достойным секретных знаний, то я расскажу. — Простите. — Идем к ручью, а то я не могу на тебя смотреть. Корка крови, знаешь ли, красоты тебе не придает. — Ой… — споткнулся я о какую-то корягу, когда до меня дошло, что мы вроде как вампиры, идем по лесу при свете солнца, пусть уже послеобеденного, но все же… — Осторожней. — Лирс, а почему нас солнце не сжигает? — Ох, мальчик, кто из нас родился в далекое время? Ты или я? Неужели сказки о вампирах живы до сих пор? Я только пожал плечами, кто его знает, какие именно «сказки» имел в виду старший вампир? — Кол из осины, кресты, чеснок… — перечислил он и вопросительно уставился на меня. — Ага… А что, это неправда? — мне стало любопытно, все же я теперь тоже… э… вампир, надо мне же знать, чего бояться. — А ты подумай сам, насколько это может быть правдой, — подвел он меня к ручью и как маленькому ребенку сам умыл лицо и руки, после чего сдернул с меня окровавленную рубашку и чистой частью вытер меня. Скомкав ее, не выбросил, но и не позволил надеть снова.