Темнота их глаз

      Этой ночью Лу никак не могла заснуть. Вспоминая тот день, когда она познакомилась с Элайджей. Он был ближе всего, чем его братья. Элайджа во всём поддерживал Лу. Она могла рассказать про кошмар, а он всегда обнимет или поцелует в лоб, и говорил, что всё будет хорошо и переживать не надо. Это ведь всего лишь кошмар. Он был для Лу отцом, которого заменила та семья. Но всё хорошее, когда-то заканчиваете и возвращается реальность. Жуткая, страшная и мрачная реальность. Да такая, что хочется выть от отчаяния и боли, которое принесла жизнь. Но жизнь — это урок, который нужно осваивать. Иначе это будет не жизнь. А сегодня он прикован вешалкой к двери в том самом доме, где они спасли Елену.       В девять утра на телефон девушки пришло сообщение, что у Сальваторов есть новости по поводу Элайджи. И не позавтракав, Лу начала собираться и выехала к братьям.       Спустя двадцать минут, Грассо была около поместья и без стука вошла в дом. Увидя, что в гостинной сидит Елена и братья, черноволосая подумала, что что-то опять случилось. — Что случилось? — Спросила девушка, обведя всех взглядом. — Сейчас, Роуз нам всё расскажет. — Ответил старший и в холл вышла девушка. — О Боже мой, — шокировано начала девушка. — Давай говори или я тебе вырву печень. — Холодно сказала Лу и села на диван. — Поймите, за столько времени у меня скопилось куча информации. Я не знаю, что правда, а что нет. Так много чепухи про вампиров, но Клаус точно реален. — Продолжила вампирша под пристальный взгляд черноволосой. — Кто он? — Спросила Елена. — Первородный. Легенда. И первое поколение вампиров. — Ответила Лу. — Как Элайджа? — Нет, — продолжила Роуз, — Элайджа ему в подмётки не годится. Он пустое место. Клаус главный. — Его называют старейшина. — Наливая скотч, произнесла Грассо. — За мной охотится самый старый вампир в истории мира? — С шоком спросила Гилберт. — Да. — Нет. — Сразу после Роуз, произнесла Лу. — Легенда гласит, что первородные самые первые вампиры. А, что если, посмотреть с другой стороны? Клаус не первый вампир в истории мира. Моя мать, Доротея Грассо, обратилась к солнцу, растениям и белому дубу, чтобы обратить меня в вампира. Я была ведьмой и оборотнем, но проклятье не пробудила. Но, когда я начала убивать, то активировала ген. И так я стала первым в истории вампиром, с геном ведьмы и оборотня. Таких называют трибридами. Ошибка природы, которая не должна существовать. У меня полно врагов и не советую со мной спорить. После моего обращения, какая-то ведьма обратилась к Доротее, чтобы та помогла ей обратить своих дете в вампиров. Сделать их сильнее. Я тогда уже как год была вампиром и их мать как-то узнала, что в Новом Свете есть ведьма, которая знает как ей помочь. Ну и моя мать помогла. Взяв за это определённую цену. — Какую? — Поинтересовалась Елена. — Они написали пророчество. Их два. Одно я знаю, а вот второе мне так и найти не удалось. Ни в книгах, ни в гримуаре его нет. Но вот второе мне очень понравилось. Один пойдёт от рук друга, второй пойдёт от рук врага, а третий пойдёт от рук семьи. Я не знаю правда это или миф, но оно существует. Как и Клаус и вся это чёртова легенда с вампирами.       Лу рассказала про пророчество только о Майклсонах, но кое-что она не договорила. — Но откуда ты знаешь про Клауса? Ты же никогда с ним не виделась. — Спросила Роуз. — О-о-о… а это очень интересная история. Послушайте. Стефан, тебе понравится. — Я тогда была в Новом Орлеане. В тысяча девятьсот тринадцатом, я познакомилась с сестрой Клауса. И она мне много рассказывала про брата, что он — Великое зло. Но познакомить она решила нас, только спустя полгода. С Клаусом я не могла найти общения, но грозился, что убьёт меня, но уже потом, мы с ним начали понимать друг друга, когда он хорошо получил от своей младшей сестрёнки. — Рассказывала девушка с улыбкой, вспоминая тот день. — У Клауса был младший брат. Он мне нравился, я любила его. И на Рождество, Ник заколол его. А я скорбя по психопату, переубивала пол Орлеана. Меня закололи и положили в гроб. — Клаус убил тебя? — Спросил Стефан, напрягаясь. — Нет. Лучше. Твой старший брат. — Но это ничего не значит, что Клаус — зло. Хоть он и был с тобой рядом милым и пушистым. С другими он обращается совсем по-другому. — Произнесла Роуз. — Да. Это так. Но и я не ангел. В тихом омуте — черти водятся. А сейчас будьте добры, мне пора. Пойду схожу к Мэтту в бар и там напьюсь. Может и подцеплю кого-нибудь.       После этого Лу ушла, громко захлопнув дверью.