Темнота их глаз

      После того как Клаус отпустил Стефана, тот украл гробы с телами остальных Майклсонов. Четыре гроба. В двух из них лежат два брата. Третий пустой, потому что Деймон вынул из Элайджи кинжал, а четвёртый не открывался. Бонни снятся сны о гробах и она поехала к своей матери, которую не видела больше пятнадцати лет. Стефан решил заключить сделку перемирия с Клаусом и прямо сейчас Сальваторе стоят на пороге особняка Майклсонов.       Дверь открыл Элайджа, который как всегда был в костюме. — Никлаус, — начал Элайджа, заходя в гостиную, где уже накрыт стол на пятерых, — гости прибыли. — Деймон и Стефан Сальваторе, — произнёс гибрид, — а где Лукреция? — Она опаздывает, но скоро будет, — ответил Деймон. — Элайджа сказал, что вы хотите поговорить. Смело. Давайте обсудим всё, как цивилизованные люди. — С фирменной улыбкой проговорил Никлаус. — Я сюда не есть пришёл, Клаус. Вообще-то, я не хотел приходить, но мне сказали, что это не обсуждается. — Холодно произнёс Стефан. — Либо мы садимся и едим, либо я порву вам глотки и выпотрошу кишки. Выбор за вами. — В своей манере ответил гибрид. — Советую согласится, — в дом зашла Лукреция. Взгляд вампиров сразу упал на неё, точнее на декольте её короткого и обтягивающего платья, — прошу прощения, что опоздала. Кэролайн задержала своими тупыми рассказами про Тайлера.       Сальваторе всё же сели и начали есть. — Нет аппетита? — Внезапно спросил Клаус, когда заметил, что Стефан ничего не ест. — Ешь, Стефан. Мы договорились оставить злого Стефана дома. А ты ведёшь себя как маленький мальчик. — Грубо произнесла Грассо. — Разве не прекрасно? Какой чудесный ужин впятером. Два брата, которые дерутся за двух одинаковых девушек. мы — первородные, и одна, часть нашей маленькой семьи. — Я подумал, чем больше, тем веселее, — съязвил Деймон. — Мы пришли заключить сделку, а не унижаться перед ними, — не выдержал Стефан. — У нас полно времени. Спешить некуда. — Ответил Деймон и сделал глоток бурбона. — Стефан, а где красавица Елена? — Невзначай спросил Элайджа. — Я не знаю. Спроси Деймона. — Всё с таким же холодом заявил младший. — Прости, ты столько пропустил. Проблемы в раю, — с улыбкой ответила Лу. — Притягательность двойника Петровой всё ещё сильна. Что скажешь, брат? Расскажи им о Татье. — Произнёс Клаус.       Элайджа начал рассказывать Сальваторам историю о Татье, но Стефан перебил его. — Может, уже перейдём к договору? — Всё просто. Клаус получает свой гроб, и сразу он со своей семьёй покидает Мистик-Фоллс. Я, Стефан, Елена и Лукреция живём счастливо. Безо всякой вражды.       Как всё просто, — подумала Лукреция. — Справедливая сделка, — озвучил свою мысль Элайджа. — Кажется, ты не понимаешь. Кровь Елены, гарантия того, что у меня будут гибриды, чтобы бороться с врагами. Я не оставлю её. Допустим, я соглашусь. Но что будет дальше? Один из вас обратит её в вампира? Или она вас искренне верит, что сможет защитить Елену. Но вы заблуждаетесь, господа. Худшее, что случилось с Еленой Гилберт, это вы двое. — Пойду на воздух. — Я всё улажу.       Первородный пошёл вслед за Деймоном. Никто не знал, что задумали вампиры. Что ожидает Лу, когда она вновь его встретит?       Спустя пару минут в гостиную заходит Деймон и Элайджа. Клаус предложил Стефану, чтобы те уехали и Елена стала жить своей жизнью с Мэттом. Стефан не согласился и Клаус подставил руку вампира под огонь в камине. — Привезите мне гробы, пока я не сжёг его заживо, — яростно произнёс Клаус всё ещё держа Стефана. — Я привезу, — сразу отозвался Деймон. — Поезжай с ним, брат и проследи. А когда вернёшься, я сдержу своё обещание и освобожу нашу семью. — Где же твои манеры, брат? Ты забыл про десерт. — Девушка, которая была под внушением, сняла платок с подноса, где лежали два кинжала. — Что ты натворил? — С опаской спросил Клаус, переводя взгляд с оружия на брата. — Что ты натворил? Увы, но я больше не доверяю тебе, Клаус. Теперь всё будет, как я скажу.       Лукреция сидела на стуле во главе стола, попивая скотч и наблюдала за происходящим. После слов Элайджи в гостиную зашёл он. В той же одежде, что тогда, когда девушка его видела в последний раз. Он её не заметил, так как свет туда мало падал. — Кол, — сразу произнёс гибрид — Давно не виделись брат, — после его голоса, сердце Лу пропустило удар. — Финн, не надо, — Клаус хотел с вампирской скорость убежать, но Финн воткнул в его руку кинжал, — Ребекка… — Это за маму. — Вы оба можете идти, — произнёс Элайджа, поворачиваясь к Сальваторам, — это семейное дело. — Идём, — посмотрев на Лу, сказал Деймон, думая, что девушка пойдёт с ними. — Сказали, что дело семейное, — начала Лу и все замерли, когда услышали стук каблуков, — а я семья.       Все смотрели на Грассо как на Статую Свободы. Его взгляд прошёлся по её лицу, не веря, что она снова с ними. С ним.       Лукреция встала рядом с Колом. — Ты хорошо обустроил дом, Ник, — начала Ребекка после долгой тишины и взяв вазу, которая стояла на тумбочке, кинула её в стену. — Я сделал это, ради всех нас. Это наш дом, где мы сможем быть семьёй. Никому не придётся быть одному. — Ты прав. Мы не будем одни. А ты останешься. — Произнёс Элайджа, тем делая больно Клаусу. — Мы оставим тебя, Ник. Но для начала, я убью двойника. Ты останешься один. Всегда и навечно. — Вы убегаете? Я буду преследовать вас, — закричал Никлаус. — И станешь тем, кого ненавидишь, — встряла Лу, смотря прямо в глаза Клаусу и холодно продолжила, — Майклом. — Я гибрид. Меня нельзя убить. Я ничего не боюсь, в отличии от вас. — Ты ничего не боишься, Клаус, а сам боишься своего отца. Ты и вправду маленький мальчик, который ничего не может. Что ты смог за тысячу лет? Убить собственную мать, заколоть свою семью, использовать двойника в качестве своих целей и мстить тем, кто предал тебя. Единственное, что ты боишься, Никлаус, так это одиночества. — Малышка Лу, права, — послышался голос со стороны входа. — Мама? — С округлёнными глазами, Ребекка смотрела на женщину с белокурыми волосами и в платье тех годов. — Смотри на меня, Никлаус, — когда женщина обвела взглядом всех присутствующих, она остановилась на гибриде, который опустил взгляд, — ты ведь знаешь, зачем я здесь? — Убить меня, — ответил Клаус, подняв глаза полные слёз. — Ты сын мой, Никлаус. Я здесь, чтобы простить тебя. Я хочу воссоединить семью.       Пока женщина разговаривала с Клаусом, Лу хотела незаметно уйти, ведь не хотела больше иметь ничего общего с этой семьёй. — Но ведь не я одна хочу воссоединиться с семьёй, Доротея Грассо тоже здесь, Лукреция, — заявила женщина и в дом зашла мать Лукреции. Такая же красивая, как и Лу. — Мама? — Здравствуй, дочка. — Зачем? — Спросил Элайджа, смотря на свою мать. — Лукреция ведь тоже часть вашей семьи. — Была. До одна тысяча пятнадцатого. Они не моя семья. — Ты ведь не знаешь всей истории, Лукреция, — встряла Доротея. — О том, что ты первый вампир на Земле ты знаешь, но не знаешь как именно я умерла. — Ты помогла какой-то ведьме в ритуале, — нагло перебила Лу свою мать. — Та ведьма, — начала мать первородных, — была я. Я обратилась к Доротее за помощью, чтобы она помогла мне обратить своих детей. Твоя кровь их обратила. Первый ребёнок семьи Грассо и предпоследний ребёнок семьи Майклсон по пророчеству сбывается. Ты и Кол. — Для ясности, — встрял Кол, — мы ненавидим друг друга. — Да, но и одновременно любите, — заявила женщина. — Эстер, расскажи им, что гласит второе пророчество, — произнесла Доротея. — Это они должны сами узнать. Ведьма в Коннектикуте всё расскажет им. Но после того, как мы проведём бал. Завтра. Лукреция останется здесь. — У меня нет вещей. Они у меня дома. — Так съезди за ними. Кол тебе поможет. — Последнее что сказала Эстер и ушла. — Ваша мать такая стерва, — произнесла Лу, смотря в след женщине. — Не стервей тебя, — съязвил Кол. — Спасибо, сладкий. — Всегда пожалуйста, милая.       После визита Эстер и Доротее, Лукреция и Кол поехали за некоторыми вещами Лу. — Значит нам надо поехать в Коннектикут, чтобы разузнать подробнее о втором пророчестве? — Пока девушка собирала нужные ей вещи, Кол рассуждал слова матери. — Ты веришь в это? Я сомневаюсь, что та ведьма знает о нём. Ну или хотя бы уже давным-давно мертва. — Тоже верно. Но нужно узнать, вдруг мама права. И ты поедешь со мной. — Нет, Кол, я не поеду. Ты очень смелый, Майклсон. А ещё безрассудный. Ты не кот, у тебя не девять жизней. У Клауса есть какой-нибудь план или же у вашей чокнутой мамаши. Пора бы уже начать ценить свою жизнь и не искать приключений на задницу. — Без приключений живут скучные люди, — с ухмылкой ответил Кол. — А ещё здравомыслящие. И вообще, сядь уже. Хватит ходить из угла в угол. Иначе я тебя привяжу и ты останешься здесь. — Боишься меня?       Вампир начал медленной подходить к Лукреции, а та отходить от него назад, пока не врезалась в тумбочку. — Тупик, сладкая, — с коварной усмешкой произнёс Майклсон. — Я знаю, милый, — в голосе девушке была слышна хрипотца и это сводило вампира с ума. — Знаешь, Гроссо, я тебя так ненавижу, — выплюнул Кол, смотря на открытое декольте девушки. Уголки губ поползли вверх. — Я тебя тоже.       Ответила Лу, а затем мужчина накрыл губы девушки поцелуем огромного желания.       Сжав талию девушки так, что с её губ сорвался стон, Кол посадил Грассо на тумбочку и впился в её шею своими клыками. Запустив свои девичьи пальцы в шелковистые волосы вампира, Лу оттянула их немного назад, чем заставляя мужчину издать рык. — Ты такая вкусная во всех местах, — сквозь поцелуй начал Кол, — кроме твоего ядовитого языка. — А ты не боишься, что ядовит не только мой язык? — Чуть дрогнувшим голосом спросила девушка, но всё же отодвигая от себя вампира. — Не боюсь, — ответил Кол, — я чертовски давно отправлен тобой.       Лу слезла с тумбы и осмотрелась. Половину их вещей валялись на полу. В порыве желания, оба не заметили как были уже наполовину голые. Кол стоял без рубашки, тем самым открывая вид на накаченный пресс и с расстёгнувшей пряжкой ремня. А Лукреция в одном нижнем белье.       Подойдя к зеркалу, девушка начала стирать собственную кровь с шее. — Зачем ты пил мою кровь? — Спросила девушка, когда сзади к ней подошёл вампир и положил свои горячие руки на её талию. — Я был голодным, а ты вкусная.       Взглянув на мужчину, уголки губ сами поползли вверх. Повернувшись к Колу, черноволосая поднялась на цыпочки и обвила его шею и облизала уголок губы. — Нам надо ехать, сладкий.       Последнее что сказала Лу и ушла. — Как скажешь, милая, — в пустоту сказал Кол, но знал, что девушка его слышит.