Темнота их глаз

      После того, как Хейли стало лучше, все ушли из дома, оставив девушку одну. Но, когда Бекс вернулась домой, то её не оказалось дома. Блондинка начала волноваться, ведь на звонки она не отвечала. Тогда Майклсон решила позвонить Элайдже и тот подумал, что это сделал Марсель. И прямо сейчас Клаус, Элайджа и Лукреция направляются к Марселя в квартал. У него там проходят ночные бои. — Добрый вечер, — начал Клаус, после того, как свернул шею одной из девушек, — я прошу слово. — Что ты творишь? — Марсель зло посмотрел на гибрида. — Похоже, что мы потревожили кучку жалких птенцов. Мы пришли за девушкой, — вслед за Клаусом зашёл Элайджа. — Отдай её нам, или мы убьём здесь всех. Начиная с тебя. — Произнесла Лу. — А вы трое очень смелы раз пришли в мой дом с требованиями. — Твой дом, да? — Девушка! — Закричал Элайджа, — я не буду просить дважды. — Вы говорите про Хейли? Небольшой рост, тёмные волосы, стервозный характер. Кто она, кстати? — Старая подруга. Ты знаешь о моих сентиментальных чувствах к старым друзьям. — Что ж, у меняя её нет. Но пока не спешите ныть. Я нанёс ей визит сегодня вечером. На меня напала ностальгия. Я отправился на плантацию, где раньше был рабом. Представьте моё удивление, когда я узнал, что семья Первородных вампиров и одна древняя заняла там резиденцию. Ваша Хейли открыла мне дверь. Мы поздоровались, вот и всё. — Майклсоны не поверили ни единому слову вампира. — Не верите мне? Осмотритесь, я даже вам помогу. Но вот в чём вопрос. Если Хейли не здесь, тогда где она? — Тогда давай сделаем вот как, — встряла Лу, — сейчас ты отпускаешь всех этих людей, оставляешь только тех, кому ты доверяешь. Мы остаёмся и ты всё рассказываешь. — А ты мне нравишься, Лукреция, — с хитрой улыбкой произнёс Жерар. — А ты мне — нет.       Марсель разогнал половину вампиров, оставил только тех, кому реально доверяешь. — Знаешь, Элайджа, в гробу ты мне нравился больше, — проговорил Марсель, когда подошёл к вампирам. — Давай ближе к делу, — сходу сказала Лукреция. — Если ваша подруга пропала, вам может потребоваться помощь ведьмы. А раз я контролирую всех ведьм в городе, то Лукреция с моего разрешения найдёт её. — Ты такой вежливый, — съязвила Лу, — ладно. Мне понадобиться карта и кровь родственника.       Через пару минут Марсель принёс карту города. — У тебя же нет крови родственника, — произнёс Элайджа. — Хочу кое-что проверить, — Лукреция сделала надрез на руке и кровь начала капать на курту, — Phasmatos Tribum, Nas Ex Veras, Sequitas Sanguinem. Она где-то в пригороде. Далеко от Хумы, дальше к озеру. — Точнее сказать можешь? — Элайджа начал нервничать. — В чём дело, Элайджа? Боишься, что… — Клаус не договорил, как Лу перебила его. — Подожди, это болота. Ходят слухи, что там лагеря изгнанных оборотней. Если Хейли так далеко, возможно, она их ищет. — А ты откуда знаешь? — Поинтересовался Марсель. — Я жила здесь. Далеко в двадцатых. Я постоянно ходила в пригород к озеру, чтобы обратиться. Да, я оборотень, и даже не надейся, что ты меня отправишь туда. Я хорошо знаю эту местность, благодаря некоторым прогулкам с Колом. Я поеду туда. — Я с тобой, — Лукреция и Элайджа ушли, но Клаус не хотел оставаться с Марселем, поэтому пошёл за братом и сестрой.

***

— Стоит идти южнее, к воде, — Лу вела братьев. — Вы полны решимости отыскать нашу волчицу, — с ноткой пессимиста начала ник. — Если я иду слишком быстро, подожди в машине. Смотри, чтобы окна были открыты. — Я здесь за живое. Тебе начинает нравится эта девчонка, — обращаясь к брату, заявил Клаус, — может, поэтому ты всем указываешь, с тех пор, как вернулся? Пытаешься впечатлить Хейли ролью семейного патриарха? — Твоё отношение к ней как к ходячему инкубатору — это твоя ошибка. — Тихо, — Лу остановилась, — я что-то чувствую. — Ты нашла её след? — С надеждой спросил Элайджа. — Нет. Здесь другой запах.       Через пару миль, Лукреция увидела джип, который стоял пустой. Но было выбито багажное стекло. — Ник, ты думал, что избавился от того, кем воняет эта машина?       Никлаус с непониманием посмотрел на сестру, но потом подошёл к машине и сам учуял этот знакомый запах. — Тайлер Локвуд, — догадался гибрид. — И с чего бы твоему приятелю-гибриду из Мистик-Фоллс интересоваться Хейли? — С ноткой ревности спросил Элайджа. — Он хочет отомстить. Ведь я приставал к его девушке. — Заявил Ник. — Почему мне кажется, что это меньший из твоих грехов? — Когда я создавал гибридов, он был моим первенцем. Хотя особого выбора у него не было. Сперва он был верен, но сделался непокорным, обратил гибридов против меня. Это было не по мне. Поэтому я убил их всех. Тайлер трусливо сбежал, прежде, чем я прикончил его. — Хочешь ещё чем-нибудь поделиться? — От слов сестры, Элайджа не понимал о чём речь. — Было ещё дело с его матушкой, — загадочно улыбнулся гибрид. — Ты убил его мать? — Догадался Элайджа. — Восхитительно. — Ему нужно было преподать урок. — А какой урок усвоил ты, Никлаус? Если он отомстит, навредив Хейли? — Значит, она тебе нравится. Что ж, пожалуйста, давай, братец, спаси её. Собирай трофеи. Я испытал её умения и должен сказать, это нечто. — Никлаус, избавь меня… — Довольно! — Перебила Лу брата, — я сама убью Тайлера Локвуда.       Лукреция ушла. За ней пошёл Клаус, а Элайджа пошёл в другую сторону. Может для них так будет лучше. Не будут ссоры. Скандалы.       Подойдя к озеру, двоица заметила Тайлера, который судя по всему искал Хейли, которая сбежала от него, ведь это было заметно, как он кричал. — Клаус, — Тайлер обернулся и увидел Клауса. — Привет, Тайлер, — с другой стороны подошла Лукреция, — хорошо выглядишь. Мы это исправим.       Тайлер хотел напасть на Клауса, но его опередила Лукреция, которая с помощью силы мысли начала плавить его мозг. — Угрожать беременной девушке, только чтобы отомстить Клаусу — не ожидала, что ты падёшь так низко. Признаю, я впечатлена. — Я много общался с ним. Видимо, что-то прицепилось, — съязвил гибрид. — Что бы сказала Кэролайн, если бы увидела, чем ты стал. Возможно, я спрошу её, когда позвоню сообщить о твоей гибели, — встрял Никлаус. — Чтобы ни случилось со мной, Кэролайн не перестанет тебя ненавидеть. — Давай, дружище, постарайся как следует. Я хочу получить удовольствие, и смотреть как плавиться твой мохг, — холодно проговорила Лукреция. У Тайлера расширились зрачки, когда он услышал такой тон от девушки, которая лучшая подруга Кэролайн, — Ты так представляешь себе месть, Тайлер? — Встрял Клаус.       Внезапно, Тайлер с помощью вампирской скорости смог встать и убежать. — Доиграться в прятки до смерти? Покончим с этим.       Майклсоны начали искать Локвуда, но в неожиданный момент Клаус закричал от того, что Тайлер воткнул в его грудь кол из белого дуба. — Как ты смеешь? — Я только начал. — Ты вырос кровожадным, — начала Лукреция, — хорошо, что твоя мать не видит тебя таким. Как печально. Клаус ведь делал тебя лучше, а ты сплошное разочарование. — Я одна из его ошибок. Он ошибся с созданием гибридов, подвёл свою семью. А сейчас подведёшь своего ребёнка.       После этих слов, Клас через себя вытащил кол и накинулся с ним на Тайлера. — Так закончится твоя скучная маленькая жизнь. Хорошо хоть недолгая. — Давай. Тебе не сломать меня. Можешь только убить, так давай. Вперёд, покончи с этим. — Ты хочешь, чтобы он покончил с твоими страданиями? Он сломил тебя, забрал у тебя всё. А теперь ты умоляешь смести осколки твоей разбитой вдребезги жизни. Смерть даёт больше покоя, чем ты заслужил. Лучше позволить тебе жить. А каждое утро ты будешь знать, что влачишь сво жалкое существование. Только по его милости. — Теперь иди и живи до конца своих дней, зная, что ты — ничто для меня.       Клаус гипнозом заставил Тайлера уйти. Через десять минут пришёл Элайджа вместе с Хейли. — Вот ты где, — не оборачиваясь на брата, произнес Клаус, — смотрю, отыскал нашу заблудшую овечку. Возможно, она прольёт свет на ситуацию. Это, судя по-всему, тело гибрида.       Рядом с Клаусом валялось тело мужчины, который был мёртв. — Его звали Дуэйн, — начала Хейли. — Кем бы он ни был, я его не обращал. Не в курсе, как это возможно? — Как-будто ты не знаешь, — произнесла Хейли и Лукреция уставилась на девушку, а потом на брата. — Не знает чего? — В недоумении спросила Лу. — Тайлер Локвуд привёл сюда Хейли проверить теорию, — начал Элайджа, — может ли кровь ребёнка обращать гибридов. Он утверждал, что ты об этом знал. Более того, с помощью этого знания ты хотел создать армию. — И, разумеется, ты решил, что это правда. Ну с чего бы ещё мне интересоваться своей плотью и кровью? Плакса с разбитым сердечком тычет в меня пальцем, и мой брат с радостью соглашатся в это поверить. Как быстро ты веришь в худшее, особенно если об этом говорит она. — Клаус указал на Хейли. — Избавь меня от возмущения. Когда ты проявлял заботу о Хейли или её ребёнке? И не во имя своих эгоистических целей. Не ты ли сказал мне однажды: «Каждому королю нужен наследник»? — Мой старший брат, ты сомневаешься в моих намерениях. Не могу сказать, что я удивлён. Рядом с благородным Элайджей, кем я могу быть, кроме как младшим братом, лжецом, манипулятором, ублюдком? Таков я для тебя, да? И для Ребекки. Для Лу. И судя по-всему, как Хейли ловит каждое твоё слово, она думает точно также. Так будет думать и мой ребёнок. — Брат, если я… — Элайджа хотел что-то сказать, но его перебил Клаус. — Мы сказали то, что должно быть сказано. Брат. Я сыграю предложенную роль. — Клаус подошёл к брату в плотную и неожиданно укусил его. — Наслаждайтесь компанией друг друга. Тебе придётся постараться, чтобы побороть галлюцинации и безумие. Считай этот укус моим прощальным подарком вам обоим. Идём, Лу.       Клаус уже начал уходить, но тут начала говорить Лукреция, которая до этого молчала. — Зря я поехала с тобой, — проговорила Лу, — лучше я осталась в Мистик-Фоллс. — Чем эти Сальваторе лучше нас? — С ноткой грусти в голосе спросил Ник, ведь от Лу он такого не ожидал. — Сальваторе может и дерутся как псы, но они знают, что значит семья. Я лучше бы ещё раз прожила свою жизнь, чем твою. Никто не будет сидеть за столом и рассказывать истории о человеке, который не умел любить. Лучше бы Ребекка не знакомила нас в тот вечер одна тысяча тринадцатого. Лучше бы ваша мать не приходила к моей и не просила о помощи. Может, я и не знала такого ублюдка. Никогда. Что Никлаус? Правда глаза колит? На правду не обижаются, брат. Передай Ребекке, что я сегодня не приду домой.       Клаус ушёл. Ему было больно слышать такие слова. Он ожидал их услышать от любого члена семьи, но не от Лукреции, которая была дороже иму самому.       Когда Никлаус уехал, Хейли и Элайджа зашли в дом, где сидела волчица и начали что-то искать. — Можете не помогать. Я сама могу покопаться в старье оборотней. — Нет. Я останусь. Я не могу находится в одном доме с ублюдком, который кроме своих гибридов ничего не любит. И потом, мы с тобой одной крови. А оборотень своих в беде не оставит. — Может, тебе шею какой-нибудь мазью помазать? — Спросила Хейли. — Укус меня не убьёт. Как и сам Никлаус, это досадная помеха. — Спасибо, что остались со мной. Вы не обязаны. — Я знаю. Но ты сказала, что местные жители — единственная семья. Могу понять. — Ты думаешь про Клауса? — Поинтересовалась волчица, когда Элайджа о чём-то задумался. — Возможно, я поторопился осудить его. За тысячу лет, что мы были вместе, моя брат совершил множество неописуемых поступков, но ведь Ребекка — тоже. И я сам. Даже Лукреция. — Как и я, когда была в Кабо. Мы все поступаем плохо. Но большинство умирает, не успев накопить список. Даже на секунду не сравнивай себя с Класом. Здесь душно, как в духовке. Мне нужен свежий воздух.       Хейли вышла на улицу. За ней Элайджа. Лукреция решила остаться в доме. Их не было очень долго и трибрид решила выйти и посмотреть, где они? — Что у вас? — Спросила Лу. — Библия, — заявил Элайджа и девушка с шоком посмотрела на книгу в руках Хейли. — Боже мой. Откуда она здесь? — Она лежала на пороге, когда я вышла. — Эта кинга была похоронена вместе с моей матерью. Родословная оборотней. — Расскажи, — попросила Хейли. — В дом, — троица зашла в дом и Лу начала рассказывать историю про её семью, — моя отец потомственный оборотень семьи Грассо. — Чарльз Грассо, — прочитала Хейли. — Моя мать была гибридом ведьмы и оборотня семьи Лабонэр. — Доротея Лабонэр. — Лабонэр — королевская семья оборотней, чья стая раньше процветала в Юной Франции, но после перебралась в Новый Свет. Но после в Новый Орлеан. Помнишь, ты спрашивала меня про метку? — Волчица кивнула. — У меня такая же. Эта семья входит в клан Полумесяца. Этот род оборотней существует очень давнюю. С начала времён. Из-за того, что эта семья является очень древней, другие оборотни считают нас королями. — Откуда ты это знаешь? Ты же не первых вампир. — Найди меня в этом списке. — Тебя нет. — Я записана в книге, как Лукреция Лабонэр. Нашла? А теперь посмотри на день моего рождения. — 4 июня 950 год. То есть, ты старше Майклсонов? Но как такое возможно? — Постепенно отношения семьи Лабонэр с другими оборотнями стали накаляться, появились серьёзные разногласия, что привело к соперничеству. Чтобы положить конец вражде, кланы решили связать узами брака мою мать и отца. Моя бабушка — Элизабет, была ведьмой и двоюродной сестрой Эстер и Далии. — А это кто? — С непониманием спросила Хейли. — Её нет в библии, — встрял Элайджа, — Эстер наша мать. — Обратилась я в девятьсот семидесятом году, когда я была ведьмой. Доротея обратилась к солнцу и к дереву, чтобы обратить меня в вампира. Затем свернула мне шею и я мерла. Когда я начала убивать, то ген оборотня дао о себе знать. Все соседи боялись меня, когда слышали моё крик. Как ломались мои косточки хза косточкой. Потом всё прекратилось и пришла Эстер за помощью. Мы тогда все вместе переехали в Новый свет. Она попросила мою мать обратить своих детей. Моя мать, по доброте душевной, помогла ей. Но за определённую цену. — Что за цена? — С яростью спросил Элайджа. — Два пророчества. Одно гласит, что два члена этих семей будут вместе. Это — я и Кол. А вот второе, я не знаю. Но чувствую, что скоро это произойдёт, но когда… — Даже тогда наша матушка хотела, чтобы м были мертвы. — Если Майклсоны первородные, но обратились после тебя. То кто тогда ты? — С опаской спросила девушка. — Древняя. Потом семьи Грассо, как оборотень первого вида. Потомок семьи Лабонэр, королевский род оборотней. Потомок ведьм… семьи Майклсон. И первый вампир на Земле. — И как таких называют? — Я первая в своём роде. Смесь всех трёх видов. Таких как я сжигают на костре, ошибка природы. И лазейка. Я трибрид. Я такая одна. Если появится ещё один трибрид, то ведьмы соберут клан и на ребёнка начнётся охота. Как сейчас. И, кажется, я знаю кто этот ребёнок. На меня была охота. Этот ребёнок опасен. Но не один такой.