i feel stupid and contagious

      Ваня учился одиннадцать лет в разных школах, но такое чудо видит впервые. Школьные ярлыки: стерва, ботаник, хулиган, красавчик, серая мышка — привычные настолько, что тошно. А такой редкий кадр, как Серёжа Пешков, действительно редкий. Ходит весь из себя невозмутимый, пытается строить из себя клоуна с большой буквы, и это все после того, как его отпиздили возле школьных гаражей. Поистине удивительно.       Ваня наблюдает за ним втихую, пока Саня отворачивается записать тему урока, и взгляд отводит с огромным усилием. Серёжа такой… Он выглядит как типичный пидор: чокеры, ярко-розовые кудрявые волосы и такого же оттенка футболочки с изображением Хеллоу Китти на них, а еще этот его говор — тягучий и ласковый — все при нем. Ваня Серёжу не понимает и в тайне восхищается его умению без страха выходить на улицу в такой виде. Знает ведь, что обязательно получит пизды от местных оффников.       Серёжа, вообще-то, мальчик активный в школьных делах: и спектакль для младшеклассников организует, и школьную газету напечатает, и Ваню о будущих баскетбольных играх проинформирует. Наверное, поэтому учителя его за внешний вид так не прессуют, как тех пассивных двоечников с задних парт, и стараются от конфликтов Серёжу уберечь.       Да, Серёжа активный, да, душа компании — в той, где не принижают его специфические стиль и поведение, — но, думается Ване, одинокий.       Серёжа ходит домой совершенно один, что способствует частым избиениям, да и в школе общается лишь с несколькими людьми: Вадей, Славой и иногда Дашей, но все же не так.       Серёжа на истории списывает, зато на химии сидит и высчитывает энергетические уровни старательно, дергая ногой в такт музыке, играющей в наушниках. Один раз, Ваня помнит, Серёжа написал ему записку с правильной химической реакцией, за что потом оба получили два (потом Серёжа, конечно, оценки за обоих исправил), глупо спалившись перед Светланой Григорьевной. Но с тех пор Ваня знает, что Серёжа его как минимум замечает, как максимум — наблюдает, раз смог понять, что Ваня ни черта в химии не смыслит.       Серёжа приходит на каждую баскетбольную игру в роли счетчика очков и Ваню этим часто отвлекает. Сосредоточиться на игре, когда за тобой (конечно, не именно за тобой, Вань, успокой свое сердце) пристально наблюдает милый мальчик с розовыми волосами, неимоверно сложно.       Милый мальчик он, стоит заметить, лишь до того момента, пока не загорится новой идеей. Серёжа активный не только в школьной деятельности, но и сам по себе: любит подрыгаться, повилять задом, подразнить своих ярых недругов и доебаться к рандомным ученикам с совершенно нелепыми фразами.       Как, например, сейчас.       — Ваань, — Пешков растягивает гласную, что придает голосу некий шарм и заставляет тело Бессмертных покрыться предательскими мурашками. — А когда ты пригласишь меня на свидание?       Ваня впадает в двухсекундный ступор и мысленно трясет головой, отгоняя назойливые мысли. Пора привыкнуть, что Серёжа вечно так себя ведет — это его манера общения.       — Э, че говоришь такое? — Ваня спрашивает и продолжает идти вперед. Сзади слышится ответный звук шагов.       — Что, даже не въебешь мне? — голос Серёжи слегка недовольный, и Ваня третьим глазом видит, что тот губы свои надул. Артист.       — А должен?       — Ну, по всем законам этого мирка, полагаю, да. Вот Колян именно это и сделал, — теперь говорит обиженно, вспоминая что-то неприятное, и трет нос.       — Я не Колян, — обрывает Ваня и шаг ускоряет. Рядом с Пешковым трудно держать себя в руках, а Ваня так глупо дать знать о своей влюбленности не желает.       — Тоже верно, — соглашается, и ход сбавляет.       Ваня почему-то теперь ауру совсем другую ощущает: печальную, будто Серёжа расплакаться готов прям тут. И это странно, ведь он не плакал даже когда его в землю почти втаптывали. Бессмертных останавливается и поворачивается лицом к Серёже. Тот стоит, в этой своей футболке с Хеллоу Китти, черном чокере, розовых шортах и кедах, обклеенных наклейками всякими, смотрит строго в упор, а в глазах плещется что-то совсем уж невеселое.       Ваня вспоминает, что Серёжа одинок. Что в наушниках у него играет «Smells like teen spirit», что беседы он ведет только с тремя людьми за обедами, что в совет старшеклассников записался, лишь бы внимание привлечь и полезным оказаться, что до дома ходит, как под обстрелом.       Ваня вспоминает, что до ужаса в Серёжу влюблен.       — Пошли, провожу тебя до дома. А со свиданием как-нибудь договоримся.       И Серёжа будто оживает.