Семья

Мартин знал, что скоро ему придется идти в новую школу, но он совершенно не хотел. Отказаться не мог, но изначально знал, что даже в месте которое для него тщательно подбирал Эд, найдутся недоброжелатели. Освальд, к слову, волновался не меньше самого Мартина, на крайний случай повторяя ему, что нужно быть умнее возможных врагов. Действовать исподтишка, не вступать в открытую конфронтацию. Эд вошел в комнату, смеряя Освальда недовольным взглядом. Он держал собранный рюкзак и куртку Мартина. —Учишь мальчишку быть изгоем? —Ты на собственном примере знаешь как дети относятся к тем кто от них отличается. Они злы и жестоки, я лишь хочу предостеречь Мартина, помочь избавиться от врагов, но при этом самому не прослыть негодяем. Мартин взглянул на Эда, кажется впервые тот относился к затеям Освальда настороженно. Эд подошел к Мартину, помог надеть куртку и рюкзак. Осторожно положил руки на плечи, наклоняясь почти к самому уху. —Просто будь дружелюбен. Не спеши искать врагов, быть может, ты наоборот, найдешь много друзей. Но, несмотря на наши советы, действуй так, чтобы тебе самому не было стыдно за свои поступки. Эд выпрямился и Мартин с еще большим интересом смотрел на то, как мужчины буравили друг друга взглядом. Возможно у них состоится сложный диалог, но отчего-то это казалось правильным. Они оба проводили Мартина до машины, но сел в нее только Эд. —Освальд не поедет с нами, — ответил он на немой вопрос, смотря в окно, — Он бы с радостью, но ему не следует сейчас появляться в твоей новой школе. Еще не все криминальные элементы знают, что ты его сын, он не хочет подставить тебя под удар. А я известен благодаря зеленому цвету, так что, моя маскировка сегодня как никогда хорошо! И правда, Мартин только сейчас заметил, что Эд отказался от привычного зеленого костюма и знаков вопросов, оставаясь в похожем, но полностью черном. Строгий галстук добавлял солидности, как и новая лакированная обувь. Лишь оправа очков оставалась неизменной. Эд был хорошо известен среди негодяев и полиции, но лишь некоторые знали его в лицо. С одной стороны это было славно, например сейчас он мог проводить Мартина в школу и не ловить удивление в каждом встречном. С другой, Эд жаждал этого удивления, отвергая обычную жизнь он искал славу и желал заполучить ее странными действиями. Чего скрывать, он с нетерпением ребенка ждет каждого выпуска газет и часами перечитывает заголовки о себе. Машина ненадолго остановилась у ворот, а затем, уже медленнее, въехала на территорию школы, тут же заезжая на парковку. Когда Мартин вышел, его взгляд оказался прикован к зданию, напоминающему замок. Вокруг идеальные, зеленые лужайки, дорожки из камня и с каждым шагом мальчик убеждался, что школа явно для людей высшего сорта. Эд почти сразу взял его за руку, смело ступая вперед, по длинному коридору. Они остановились у дубовой двери, за ней было слышно звонкий, женский голос и Мартин понял — это его новый класс. Он старался выровнять дыхание, сжимая в руках блокнот. В какой-то момент взгляд стал умоляющим и он попятился. —Эй, Мартин... Не бойся, тебя уже ждут. — Эд присел перед мальчиком, поправляя его одежду, ободряюще поглаживая по плечам. «Я не хочу, можно мы поедем домой?» — дрожащей рукой начертил мальчик, умоляюще смотря на Эда. —Мартин... Ты должен попробовать. Я обещаю, все будет хорошо! Мартин оттолкнул от себя руку Эда и чтобы закончить свои мучения и этот диалог, вошел в класс. Расстроенный, замкнутый и совершенно нежелающий идти на контакт. Эд подумал, что это самый грандиозный провал. Эд весь вечер смотрел на поникшего Мартина. За весь вечер он не написал ни единого предложения и сейчас ковырялся в овощах, отделяя лук от картофеля и зеленого горошка. Освальд так же молчал, понимая, что в школе произошло что-то плохое. —Кхм... Мартин... Так, как дела в школе? — решился наконец задать вопрос Эд, на что получил хмурый взгляд, полный недовольства. Мальчик встал и вышел из столовой. —Вероятно все прошло не очень... — вздохнул Освальд, — И что на него нашло? —Он просил забрать его домой, а я настоял на том, чтобы он пошел в класс, теперь он злиться. Думаешь... Теперь он меня ненавидит? — осторожно спросил Эд, боясь услышать ответ. —Нет, что ты, уверен это временно. Но что делать, если он теперь всегда будет таким? Эд пожал плечами. —Вероятно, перевести на домашнее обучение? Но это плохо скажется на его социализации. —Быть опекуном ребенка совсем не просто... — вынес свой вердикт Освальд. Мартин уже несколько дней ходил в новую школу, но все еще чувствовал себя самым одиноким ребенком на свете. Пустое место. Первоначальный интерес к новичку быстро стих и стало ясно — он невидимка. Однажды его попросту забыли в классе и заперли кабинет. Он стучал в дверь изо всех сил, а когда и они иссякли, дал волю слезам. К счастью, в тот момент его все-таки заметил проходящий старшеклассник, он позвал учителя и помог Мартину встать. —Меня зовут Брюс! Если будут задирать, то скажи мне! Мартин кивнул, вытирая слезы. Вместе с Брюсом они дошли до парковки, где тот удивился увидев Эда. Как и сам Эд, настороженно отнёсся к этому знакомству, а услышав историю начала этой дружбы и вовсе разозлился. Как можно забыть ребенка в классе? Мартин подумал, что это отличный момент для перевода на домашнее обучение. Но, к счастью или нет, он продолжал ходить в эту школу. И если в своем классе он стал невидимкой, то за его пределами Мартин нашел неприятности в виде другого старшеклассника. Игнорируя насмешки, Мартин проходил мимо, но в какой-то момент все вышло из под контроля. Мартин сидел в кабинете директора, опустив голову, сжимая ладони в кулаки. Рядом, по левую руку, сидел Эд, так же повинно склонив голову. По правую же руку от Мартина сидел его обидчик с родителями. —Это возмутительный прецедент! Как можно доверять вашей школе детей, если вы не способны следить за их поведением в стенах школы?! — возмущался Освальд, не давая директору открыть рот, — Этот увалень выбросил рюкзак моего сына из окна, думаете я оставлю это просто так?! Вы знаете кто я?! —Не смейте называть моего сына увальнем! — воскликнула возмущенная мать обидчика, но ее тут же осадил Освальд. —Этот увалень на три года старше Мартина, а уже позволяет себе подобное поведение, это ваши промахи в воспитании, теперь не отвертеться! —Мистер Кобблпот, мы понимаем как вы опечалены этим происшествием... — попытался вставить слово директор. —Нет вы ни черта не понимаете! Мне рекомендовали эту школу как лучшую в городе, ведь здесь учатся богатые детишки из богатых семей, но вы не способны обеспечить детям безопасность, а их родителям спокойствие. Как только я выйду из этого кабинета вы лишитесь своих спонсоров, это я вам обещаю! — выкрикнул Освальд, громко хлопая по столу. —Или же, мы можем поступить рационально и устранить конфликт. — спокойно произнес Эд, вставая со своего места. —Что... Эд подошел к Освальду, беря его за запястье, осторожно, как прежде, шепча на ухо предложение от которого Освальд тут же хотел отказаться. —Ты хочешь, чтобы я пригласил этих недоумков к нам домой и мы вместе, за чашечкой чая обсудили этот инцидент?! — яростно шипел Освальд, не понимая мотивов Эда. —Ты правильно понимаешь, Освальд. Мы можем подать пример, проявить благоразумие и показать детишкам, как следует решать конфликты. Доверься мне, Освальд... Определённо присутствующим больше нравился второй родитель Мартина, он не кричал, не бил по столу, лишь осторожно излагал свои мысли, глядя Освальду в глаза. Отчего-то именно ему удалось усмирить этот ураган страстей. Решено, в поместье Кобблпотов приедут гости! Мартин кисло поправлял рубашку, ждать гостей ему не хотелось совершенно. Особенно в лице обидчиков. В чем смысл приглашать их к ним домой он не понимал, но старался вести себя подобающе. Прибывшие гости вели себя так, словно они здесь не из-за произошедшего инцидента, а по особому приглашению. Освальд старался не злиться слишком явно, в этот вечер за столом был заключен мир, хотя его Мартин вовсе не чувствовал. Весь вечер с него не сводил глаз мальчишка с карими глазами, словно хищник притаившийся в тени, в ожидании когда же глупый олененок отойдет от стада. —Мне нужно идти, — сказал Эд, когда гости покинули поместье. Недружелюбие сквозило в голосе, но Освальд предпочел его не заметить. Эдвард уже некоторое время сидел на дереве, наблюдая через бинокль за своей жертвой. Сидя в своем укрытии из листьев он был незаметен, а вот освещенная светом комната, напротив. Обычный зажравшийся ребенок богатых родителей, ничего примечательного, но он с чего-то решил, что может задирать слабых. Эд вздохнул, поведение Освальда испортило весь план. Устранить неугодную семью не удасться, подозрения падут на них, но воздействовать на обидчика все-таки удасться. Так или иначе, Эд никого не боится. Свет в доме потух некоторое время назад. Часы так же показывали, что близится полночь. У Эда ломит тело и к тому же, у него нет времени сидеть здесь и выслеживать обидчика всю ночь, он спускается. Забавно, но в школе Эд всегда был ботаником, даже на той же физкультуре не проявлял активности, но вот Загадочник, в какой-то момент, плотно занялся их внешним видом и физической подготовкой. Еще бы, ведь будучи хилым слабаком сложно сбегать с места преступления и перетаскивать трупы. Эд был благодарен Загадочнику за проявленное усердие, ведь именно сейчас эта физическая подготовка имела место быть. Сэм почувствовал боль в области шеи, он резко распахнул глаза. Взгляд еще не сфокусировался, но в очертаниях темного силуэта он уже смог разобрать пришельца. Эд? Или как там его звать, тот второй. Смотря на него, Сэм думал, что понимает, в кого Мартин такой слабак. Но сейчас язык не повернется назвать Эда слабым. —Ч-ш-ш... Тише. Одно неловкое движение, попытка встать и я перережу тебе сонную артерию. Поверь, твои родители появятся здесь когда ты уже будешь мертв, а я далеко отсюда. Вот так, расслабься! Сэм всхлипнул, на глаза тут же навернулись слезы. —П-простите... П-пожалуйста... —Нет, говорить буду только я, а ты слушай. Эд сел чуть ближе, кончиком ножа проводя по тонкой коже шеи, неприятно царапая. Он ухмыльнулся. —Вот так, славно. Любишь обижать слабых? Какого оказаться на их месте? Страшно, не так ли? Самуэль, да? Сэм? Я буду звать тебя Сэм, как зовут твои друзья и твоя подружка. Старина Сэм, сын банкиров! Так вот, мальчик мой, в один миг я могу спустить тебя с небес на землю, а твоих родителей лишить должностей, за их грязные делишки и махинации. И тогда ты, маленький ублюдок, попадешь в менее богатый район, и пойдешь не в элитную школу для богатых детишек, а в обычную. И поверь, когда твои одноклассники узнают, в какой школе ты учился раньше, кем ты был и как себя вел, слабым станешь ты. Эд говорил тихо, изредка прижимая лезвие сильнее. Гнев струился в венах, но он держал себя в руках. —Но этого не случится, Сэм, если ты будешь соблюдать одно простое правило. Не трогай Мартина. Обходи его десятой дорогой и друзьям скажи, что обижать маленьких не хорошо. Иначе... — Эд надавил, лезвие оставило красный след, — Я не стану сдерживать себя. А теперь, ты закроешь глаза и я исчезну, но ты запомнишь урок, который я преподал тебе сегодня. Спокойной ночи, Сэм. Мартин спустился попить воды. Отчего-то ему не спалось, снились кошмары. Неожиданно за спиной скрипнула половица и мальчик обернулся, чуть не выронив чашку. Но это был всего лишь Эд. Хотя, сложно сказать, что он был обычным. Спокойное, почти каменное выражение лица, злой, по настоящему обиженный взгляд. Этот вид завораживал и пугал одновременно, заставляя отступить. Эд подошел, налил воды и себе. Мартин попытался ретироваться, ему совсем не хочется говорить. —Мартин... — позвал его Эд, заставляя застыть на месте, — Я знаю чем ты занимаешься. Не бывает, что в первый же день конфликта один ученик выкидывает рюкзак второго, это продолжается дольше, я правильно понимаю? Тебе не идет быть жертвой, Мартин. — мальчик затаил дыхание, его план раскрыли как орешек. Стыд смешался со смущением, но Эд не спешил его ругать, продолжая, — Мы понимаем что тебе сложно привыкнуть к новому месту. Я понимаю тебя как никто другой, ведь сам всегда был белой вороной. Мне не сложно перевести тебя в новую школу, но если ты продолжишь отвергать наши усилия, будет только хуже. В какой-то момент школы закончатся вот и все. После этого, Эд подошел ближе, положив ладони на плечи мальчика, а затем осторожно чмокнул его в макушку. —Ложись спать, Мартин. И ничего не бойся. Не спеши идти по нашим стопам, ведь путь изгнанника злодея никого не приводил к настоящему счастью. А об остальном мы с Освальдом позаботимся, ладно? Мартин кивнул, а потом позволил подхватить себя на руки, обнимая Эда.