Семья

Душераздирающий крик заставил Освальда распахнуть глаза. Сердце билось как бешеное, страх током прошибал тело, вынудив подскочить, рефлекторно поворачиваясь к источнику звука. Мысли смешались в кучу, спросонья они были самыми дикими, от пробравшихся в дом врагов, до выводов о том, что нужно срочно вызывать врача. Но крик сменялся на жалостливый скулеж и Освальд невольно облегченно вздыхал. Все относительно в порядке, просто у Эда кошмары. Смотреть на него было жалко, весь взмокший, скрючившийся, обнимающий подушку и до боли прикусывающий руку. Так, а вот эта деталь не к добру. Освальд подсел ближе, осторожно касаясь плеча, тут же пытаясь убрать ладонь от зубов. Внезапные и такие реальные прикосновения заставили Эда взбрыкнуть и взмахнуть руками, ударяя Освальда по лицу. —Эд! Ну хватит! Стоп! Успокойся, это всего лишь сон... — протянул Освальд, надеясь вернуть Эда в реальность. Эд открыл глаза, его взгляд тут же упал на ладонь, которая с силой сжимала воротник пижамы Освальда. В одно мгновение он вспомнил Кристен и отчаянно заскулил сильнее. Его сны никуда не годятся, он опасен, он лунатик и ему совершенно не следует быть рядом с кем-то, кому он может навредить. Но Освальд воспринял поток слез иначе, Эд попросту еще не до конца выбрался из кошмара. Обычно он позволяет подлезть ближе, обнять себя, посредством уговоров переместить себя на половину кровати Освальда. Не требовались долгие разговоры, Эд понимал, что кошмар закончился, когда мог прильнуть к Освальду и закрыть глаза. Вернуть сон удавалось не всегда, очень часто он больше вовсе не мог спать и остаток ночи гладил ладони Освальда. Но сейчас, Загадочник ясно дал понять, что им не стоит ложиться вместе. —Эд, давай снимем футболку? Дурной сон, да? Если тебе станет легче я выслушаю, можешь рассказать мне, что тебе приснилось... —Нет! Хватит! Не трогай меня! — взвыл Эд, остро реагируя на любые попытки обнять себя, сильнее закрываясь, жмурясь, прикрывая дрожащими руками голову. Это было похоже на взрыв атомной бомбы, обескуражив Освальда, в один миг лишая сна. Впервые Эд отталкивал его так яро, хныкая от каждого прикосновения, словно Освальд сделал что-то плохое. Это неприятно било по нервам, испытывая их на прочность. —Эд, что за глупости... Кошмар кончился, не бойся, я не причиню тебе вреда... Прошу, Эд, позволь мне помочь тебе... —Ты бросил меня! После всего что было, ты... Ты избавился от меня. Нашел мне замену, растоптал, унизил! Может это все гнусный план мести и ты на самом деле никогда меня не любил?! Я верил тебе! —Эд, о чем ты говоришь?! Я не бросал тебя, это все сон, отвратительный и кошмарный, но сон! На мгновение Эд затих, повернул голову в сторону Освальда, всматриваясь в его лицо, но тут же отворачиваясь, взвыл, словно раненое животное. Отчаянно сражаясь с самим собой он сдавал позиции. Слова Освальда уже не доходили до его сознания, теряясь в темноте комнаты. Закрыв на мгновение глаза, Эд затих. Секунда, две, казалось он заснул и все случившееся оказалось неприятным срывом. Осеннее обострение, как принято считать у безумцев, часто явление. Возможно даже стоит задуматься о враче, но эта мысль, сказанная неосторожно и невовремя может оказаться спусковым крючком к проблемам. Эд не любит врачей, нужно подождать. Тут Эд открыл глаза, странно вздохнул, садясь. Совершенно спокойный и даже разочарованный. Вытер слезы с мокрых щек, надел очки на нос и включил светильник. Освальда током прошибло осознание, стоило только раз взглянуть на Эда чтобы понять, что Эда здесь уже и нет. Лишь его тело которое бесцеремонно захватил кто-то другой. —З-загадочник? Что это было? Что с Эдом?! Почему вместо него, ты?! —А я думал ты будешь рад встрече, наверное я ошибся и старина Оззи только притворяется гостеприимным. Ладно, не имеет значения, в любом случае, у меня совсем нет времени, чтобы тратить его на разговоры с тобой! Привычно общительный, едкий и колкий как ёж, так можно было описать Загадочника, альтер-эго Эда. В то время, когда зародился этот прохвост, Эд был скованным, а в каких-то моментах даже слишком учтивым парнем. Пряча истинные эмоции по отношению к обидчикам он создал «идеального себя», который был способен дать отпор. И сейчас Загадочник явился не просто так, нет, нечто трагическое породило в нем желание вернуться. —Стой! Куда ты собрался?! Т-ты не можешь просто так уйти, и забирать тело Эда тоже! —Почему? Потому что у старины Эда вдруг стало много хлопот? Нашел себе женушку, взвалил на нее обязанности, а теперь, когда на свет вырвалось ее истинное обличье, не рад? Ах, Освальд, я думал, ты нас любишь. Вероятно опасения Эда подтвердились, обязательно передам ему! Загадочник одевался, притворно медленно, чтобы вдоволь насладиться уговорами остаться и Освальд не мог не подчиниться. Если он сейчас упустит Загадочника, то тот вернется в город и натворит дел. Конечно и Эд не сидел сложа руки, но он лишь хотел привлечь к себе внимание конкретного человека, дабы тот, поиграл с ним и загадками. Быть может, если бы они с Фокси встретились раньше, Эд не пересек черту. Загадочник был другим, жестким. Не брезговал убивать толпами и пускай имел моральные ориентиры, они были лишь условными маяками. Он был другим, был создан для защиты, а защищать Эда приходилось от всего города. —Я... Я не понимаю... Это все из-за Мартина? Но... Он ничего не сделал! Я думал, Эд желает с ним общаться! Загадочник рассмеялся. —Чтобы Эд и хотел иметь детей? Глупости, Освальд. Я позволил ему выйти на свет лишь потому что он наконец сумел взглянуть дальше собственного носа и обнаружить твои чувства. Но теперь ты занят кем-то другим и... Это нас раздражает. Нет, даже не так, выводит Эда из равновесия. Столько мыслей в его голове никогда не водилось, а ведь мы привыкли к тому что в последнее время нас бросают. Я, как старший, предлагал, поставить тебя перед выбором, либо мы либо этот щенок, но он так сильно боялся твоей реакции, что проглотил свою обиду и погляди, что из этого вышло! Освальд замер с болью слушая колкости. Он правда не замечал этого? И сейчас Эд говорит это, пускай через свое альтер-эго, но это его слова. И надо бы разозлиться, на глупость Эда и то, что он до сих пор не научился смотреть на чувства людей, не распознает их. Не понимает, как на самом деле дорог Освальду. Но он не смог, ведь понимал, не спроста Эд игнорирует очевидное. Помимо банального непонимания, он боится ошибиться. Боится быть ненужным, снова одиноким в своей квартире, самым несчастным на всем белом свете. Освальд не допустит этого! Просто не может позволить себе потерять Эда, только не снова! Освальд поддался вперед, хватая Загадочника за руку. —Простите меня! Я знаю, я совершил много ошибок, не подготовил вас, потому вам кажется, что я стал любить вас гораздо меньше. Но на самом деле, это не так! Возможно сейчас я люблю тебя даже больше чем раньше. Твоя забота о Мартине дорога мне, мои чувства к тебе растут с каждой секундой. Загадочник, Эд, прошу вас, дайте мне еще один шанс... Загадочник хотел рычать от обиды. Конечно же Эд жаждал этих слов, но Загадочника одними словами не провести. Впрочем, ему самому на душе стало чуть легче. Освальд звучал убедительно, точнее, ему хотелось верить, доверить себя, собаку и миллион долларов, но Загадочник старался не растворяться в теплых чувствах. —Эд хотел пригласить тебя поиграть в шахматы, но ты занят по вечерам Мартином. Тебе так интересно узнать как прошел его день в школе, что ты совсем не спрашиваешь про нас. Учти, Освальд, больше я не спущу тебе ошибок, — прошептал Загадочник, прикрывая глаза. На мгновение Эд зажмурился, отошел назад и сел на кровать, а открыв глаза, выглядел слишком уставшим, чтобы говорить. Делая вымученные вздохи, мужчина пытался осознать, что произошло. Загадочник отпустил его? Добровольно? Он мог пользоваться состоянием Эда, но не стал? Почему? Но помимо этих вопросов, Эда волновал Освальд сидящий на полу на коленях, держащий его ладони, испуганный. —Освальд? Что случилось... Почему ты на полу? Вставай, холодно... —Эд! Ты вернулся! Мой мальчик, прости меня... Эд молча слушал извинения, утопал в объятиях и поцелуях, прикрывал глаза от удовольствия но тонкий голос совести говорил о том, что все это неправильно. —Мне нужно умыться... Я сейчас вернусь... — прошептал Эд, вставая, уходя в ванную комнату, которая была за соседней дверью. Там, плотно закрыв дверь он включил воду всматриваясь в свое отражение, — Зачем ты так? Это просто кошмар... Я знаю, что он любит меня... Загадочник оказался рядом. Отчего-то, даже будучи лишь альтер-эгом Эда он казался выше. Осторожное прикосновение к плечу отрезвило. —Теперь тебе обеспечено повышенное внимание и любовь, разве ты не этого хотел? Эд пожал плечами, умылся. —Не знаю. Кажется я начинаю привыкать к мальчишке... Загадочник искривил губы. —Какой-то щенок отбирает твое место, а ты и рад? Ты точно идиот! —Ты зря отказываешься появляться когда он рядом. Он отличный парень и неплохо играет в шахматы... Не думаю, что теперь я хочу избавиться от него. Подумай сам, мы были такими же и мы бы отдали все, лишь бы оказаться в любящей семье. Быть может это поможет мальчику не пойти по нашим следам обиженных на жизнь изгоев... Эд опустил голову всхлипывая. Подумать только, какой адекватный человек будет разговаривать сам с собой. —Вот об этом я и говорю, ты становишься слишком депрессивным...