.
10 декабря 2022 г., 14:13
***
Намджун был очень неуклюжим. На фоне других омег он особенно ощущал себя не таким, как все. Из-за плотного и очень маскулинного телосложения многие чужие люди и окружающие воспринимали его как альфу, поэтому случалось множество конфузов. Один из которых как раз сейчас и произошел. — Простите, — кто-то окликнул Намджуна и похлопал его по плечу, когда омега усиленно занимался в спортивном зале, а в ушах находились наушники. На чужое прикосновение Ким обернулся и вынул гарнитуру, чтобы узнать причину. — Вы что-то хотели? — перед Намджуном стоял широкоплечий спортивный тренер (омега понял это по именному бейджу, расположенному у того на грудной клетке). Незнакомец напрягся и пытался подобрать слова в голове, видимо, ведь диалог долго не продолжался. — Зал для альф у нас чуть дальше, а я здесь с омегами занимаюсь, — объяснил тренер и пытливо изучал Намджуна. Омега ухмыльнулся и даже не расстроился — привык, что постоянно в его жизни происходило подобным образом. — Я — омега, если вас волнует моя принадлежность к определенному полу. Но я занимаюсь тут, потому что для омег кроме как пилатеса, йоги и растяжки ничего не предлагают. — А! Так вы любите тягать тяжести? Я все понял, — незнакомец как-то уж по-доброму улыбнулся и не стал осуждающе смотреть на омегу — напротив в его взгляде проскользнули искры заинтересованности. Это очень Намджуна взбодрило. — Меня если что зовут Ким Сокджин, я ваш персональный тренер на все оплаченные занятия. Поэтому если будут вопросы, пожелания или прочее — обращайтесь, — широкоплечий был очень дружелюбным и воспитанным альфой — Намджун понял это только что — поэтому младший ощутил себя как-то… особенно? Будто нечто непривычное, но приятное только что произошло с ним. До конца тренировки Намджун был увлечен процессом и Сокджина практически не видел. Он покинул спортивный комплекс через полчаса и поехал домой к маленькому сыну. Нам не был замужем — бывший альфа и отец ребенка зависел от мнений окружающих его людей и коллег, поэтому по поводу внешнего вида своего омеги переживал больше него самого. Бывшего больше заботило не то, что Джун души не чаял в альфе, был таким заботливым, учтивым и прочее — все упиралось в то, что Ким не выглядел, как подобало омеге: высокий рост, телосложение альфы, скулы ярко выделяющиеся и короткая стрижка. Ака бунтарь, которому претит его гендерная принадлежность. Но Намджуна ничего из вышеперечисленного не напрягало; он принял себя таковым, воспитывал умного и культурно развитого сынишку, а теперь еще и спортом увлекался, пока няня сидела с Минги и рассказывала ему сказки. Намджуну пришлось сменить множество спортивных комплексов, чтобы не слышать оскорблений в свой адрес. И этот зал, где он был сейчас, стал настоящим исключением. Ну, и инструктор там просто душка, да, ведь?***
На следующее занятие Намджун приехал через день. Он был полон сил, бодр как телом, так и духом. Как только он оказался в зале для омег, то услышал сзади уже знакомый голос. — Добрый вечер, Намджун-ши. Развернувшись на сто восемьдесят градусов, Нам успел показать свои очаровательные ямочки на щеках и заставить Сокджина засиять от этого действа. — Можно просто Намджун, — попросил омега и добавил, — и добрый вечер, конечно же, Сокджин-ши. — Тогда и меня стоит просто звать Сокджином. Договорились? На этом они и порешали. Сегодня в спортзале они были только вдвоем; понятно дело, что у альф был целый аншлаг, но сейчас в зале омег был только Намджун и следящий за ним Сокджин. Омега лежал на спортивной кушетке и взглядом примерялся для подъема штанги. — Я буду страховать тебя, да и в целом я могу быть уверен, что ты справишься, — Сокджин всячески подбадривал его и внушал такую веру в себя, что омега расцветал под чужим внимательным взглядом и ощущал себя таким правильным сейчас. Поднять штангу у омеги получилось, и не пару раз — целых пятнадцать! Сокджин был настолько впечатлен, что, когда Намджун поднялся на ноги и оказался слишком рядом, альфа решил проверить рельефы его мышц и потрогал грудную клетку, восторженно открывая рот в изумлении, но… — Ох, здесь очень опасная зона, Сокджин, — омега вдруг залился краской, когда старший коснулся рядом с соском, желая потрогать грудные мышцы. Джун не ожидал такого, поэтому среагировал подобным образом. — Что такое? Ты умолчал мне о каких-либо травмах? — шатен явно был обеспокоен состоянием своего клиента, поэтому тут же приступил оглядывать грудную клетку, высоко задирая спортивную майку омеги. Почти до шеи дотянул. Намджун к этому моменту уже походил на вареного рака. — У меня еще л-лактация не закончилась, — запинаясь, все-таки объяснил Намджун и опустил подбородок, чтобы не сталкиваться со взглядом старшего. Почему-то сейчас было очень стыдно перед Сокджином. — И как же твой альфа допустил этого? Просто отпустил заниматься и даже не помог в таком сложном состоянии для омеги? — казалось, что Сокджин по-настоящему был зол от ситуации и возмущен. Но Намджун быстро остановил его. — Альфы нет, тормозить меня и заботиться тоже некому. Почему-то это объяснение прозвучало так тихо и обыденно, будто так и должно быть до конца дней для Намджуна. Но точно не для Сокджина. После услышанного альфа приблизился и стал более чутко поглаживать грудную клетку, как бы успокаивая своими движениями. — Извини за личный вопрос: но почему нет альфы? Как вообще это произошло? Намджун тяжело вздохнул; он давно ни с кем эту тему не обсуждал. Родители не понимали его, родной брат сказал разбираться с такими пустяковыми проблемами самостоятельно, а коллеги лишь шарахались. Друзья у Намджуна были, но по переписке, и это самые потрясающие люди на всем свете. Но, казалось, появился еще один потрясающий человек. — Он посчитал, что омеги должны выглядеть подобающим образом. Все вокруг думали, что он — гей, и встречался с другим альфой. Постоянно были упреки. Поэтому, когда Минги родился, я оставил мужа. Стал жить самостоятельно, работаю теперь на удаленке и стараюсь строить жизнь дальше. Голос Намджуна был плавным, но где-то в его глубине Сокджин услышал такое одиночество, что ощутил желание помочь черноволосому. Будто они должны были встретиться ранее и обсудить все свои проблемы. — Не поверишь, но про меня говорят, что я слишком красив для альфы и что должен был родиться омегой, чтобы не выслушивать претензии. Они тепло улыбнулись друг другу, а потом Сокджин спросил, указывая взглядом на грудные мышцы. — Хочешь, я могу помочь? Я слышал, что от большого скопления молока бывает невыносимая боль. А если еще и малыш уже отказался от груди — это и психологически больно. Джун почувствовал, что его будто читали, как раскрытую книгу. Казалось, Сокджин сканировал его взглядом и понимал с полуслова. Разве это не удивительно? Намджун кивнул, как бы давая понять, что помощь ему была остро необходима. Но он не ожидал, что Сокджин таким способом захотел решить эту проблему. Пухлые губы вначале просто коснулись соска, будто решили проверить чужую чувствительность, а уже после обхватили, и Сокджин слегка стал втягивать губы и ощущать капельки теплого молока, теперь обращая внимание на то, как сильно напрягся омега. — Мне продолжать или ты смущаешься того, чем мы занимаемся и где? Младший правда не ожидал такой реакции своего организма на такое невинное действо, но да, Сокджин был прав — Намджун ощутил такое смущение, что внутри почувствовал красноту, хах. — А если все сразу? Сокджин беззлобно рассмеялся и отстранился от омеги; тепло между ними продолжало нарастать, поэтому сомневаться влечению, что образовывалось прямо сейчас между ними, было бы очень абсурдно. — А если я заеду к тебе после работы? С ужином, конечно же, чтобы ты не тратил на готовку свое драгоценное время. Еще скажи, что можно твоему малышу в качестве гостинца — с пустыми руками вообще не хочу приезжать. Намджун расцветал в обожаемой улыбке. — Ему скоро три, он всеядный, а вот мой номер, — в руки альфы Намджун вложил рабочую визитку, — набери мне. Я бы очень хотел провести этот вечер с тобой, Сокджин. Напоследок они обнялись, а Сокджин решил подарить эфемерный поцелуй в щеку омеги, все еще впечатленный очаровательными ямочками, которые он точно забыть в эту ночь будет не в силах.***
