сторге

***

                           Феликс не мог заснуть.       Ворочался без конца и даже умудрился своим пушистым лисьим хвостом заехать Чану по лицу, пока тот лежал на спине и видел уже десятый сон за эту ночь. Омега недовольно ворчал, пока кровать скрипела под его легким телом, и Феликс ощущал чувство вины, ведь теперь почувствовал чужие прикосновения к собственному плечу, а после — нежный и эфемерный поцелуй в щеку.       — Лисенок, что тебя беспокоит? — Кристофер ласково провел пальцами по рыжим волосам лисицы и прижался сильнее, давая понять гибриду, что альфа рядом и на него можно рассчитывать. А еще все рассказать. — Малыш пинается?       Но Ли отрицательно закрутил головой, теперь поворачиваясь лицом к своему мужу. — Соски набухли, — пожаловался омега, — я хотел нормально полежать на боку, так как на животе уже нельзя, но не получилось.       Он выглядел таким жалостливым, что волк не выдержал и практически заскулил от этого грустного и раздосадованного лица своего спутника. Бан стал зацеловывать чужое лицо, собирая всю боль и грусть в одно целое и избавляя лиса от этого чувства. Чужие мохнатые рыжие ушки вдруг поднялись на макушке, до этого принимая исключительно лежащее положение, и теперь старший понимал, что Феликс был заинтригован дальнейшим событием их совместной ночи.       — Мне помассировать их, чтобы боль отступила, или сделать как обычно? — альфа мягко касался уже открытых ключиц рыжеволосого, аккуратно кончиками пальцев спускался к округлившемуся животику и вдруг приложил к нему голову — совсем мягко и неощутимо, чтобы омега не почувствовал лишнюю тяжесть.       Ликс ласково улыбнулся и игрался пальцами с чужими волчьими ушами, уже ощущая, как ему морально становилось легче. — Давай вначале легкий массаж, а после — как обычно, — щеки омеги слегка покраснели, и Феликс стал устраиваться более удобно, укладываясь на спину и под нее себе положил объемную подушку.       Альфа расплылся в улыбке и кротко ответил: — Хорошо, мой маленький.       Черноволосый вначале сам утроился около чужих слегка разведенных ног и наклонил корпус вперед, чтобы ладонями дотянуться до молочных желез. Его руки были теплыми и такими приятными на ощупь, что омега прикрыл глаза и стал наслаждаться ощущениями, чувствуя приятные эмоции где-то внутри себя. Бан Чан не сильно сжимал чужие груди, плавно разминая их, иногда задевал сосочки, а потом вдруг совсем оказался рядом и куда-то в живот прошептал: — Прости, чемпион, я немного украду твоей еды, — затем обхватывая губами сосок, а второй пальцами слегка выкручивая и сминая.       То, как трепетно относился Крис к еще не родившемуся малышу, заставляло Феликса буквально пищать от радости, если он вдруг принимал форму лиса окончательно — он довольно фырчал и лаял, бегая кругами вокруг своего волка. Чан был таким счастливым, что словами не передать. И сейчас он напротив рад облегчить жизнь своему беременному омеге, да и к тому же питаться так полноценно и питательно где он еще будет? Только собственный муж мог такие потребности в еде закрыть. А взамен альфа дарил нескончаемый поток ласк и наслаждения.       Его мягкие и теплые губы вначале просто водили по груди и задевали сосок, потом нежно обхватывая его и втягивая щеки, создавая внутри вакуум. Черноволосый совсем увлекся процессом, теперь уже переходя на вторую грудь, медленно провел языком по ореолу, дразня ощущения лиса, который от нахлынувших чувств чуть не скулил и не лаял, вот-вот обращаясь в зверя.       Омеге заметно становилось легче, давящее чувство в грудной клетке сходило на нет, а полный рот молока у альфы создавал дичайший восторг. Он был доволен всем и даже ощущал долгожданный сон — веки тяжелели, а еще зевота накрыла рыжеволосого. — Чан-и, милый, давай на этом остановимся? Мне стало так легко, — положив ладонь на щеку мужа, Феликс приблизил его лицо к своему и мягко поцеловал, углубляясь настолько мог и насколько хотел в данный момент. Альфа поглаживал его по веснушчатым плечам и накрывал одеялом, разрывая после поцелуй и довольно улыбаясь.       — Теперь точно спи сладко, сокровище, и ты, чемпион, — обращаясь к ребенку, альфа стал укладываться рядом с супругом и вновь обнимал его со спины.       Феликс накрыл его ладонь своей и прикрыл в блаженстве глаза. В полудреме он прошептал слова любви альфе и погрузился в царство Морфея, где снова встретился с Бан Чаном. И там уж, во сне, они закончили начатое сегодня на яву — так, как бы хотелось это обоим.       Отдаваясь друг другу без остатка.                     

***