Дракон калека

Шульд сегодня был необычайно весел. Вчера шаману племени удалось найти и пленить реамора. Сам по себе чужак для шамана ценности не представлял, но для его наследника и продолжателя рода, это было манной небесной. Ещё шаман радовался как совпали временные рамки двух событий: пленение реамора, скорое рождение его сына и приезд людей хозяина этих земель, через две недели. Сын должен был родиться со дня на день, поэтому шаман успеет использовать реамора и люди князя не смогут его отобрать - радовался шаман, потирая руки. Но перед ритуалом, нужно было вместе с наложницей, учеником и чужаком выехать в лес, дабы эманации от ритуала не учуяли. Так что собрав всех людей и усадив их в телегу, духовный защитник племени отправился в лес… Костя Очнулся я от тряски и шума, что видимо издавала телега в которой я и находился. Мне было хреново, нет не так. Мне было абздец как хреново. Все тело горело, во рту была пустыня, я чувствовал огромную жажду. Все тело было словно одеревенелое, но в тоже время оно умудрялись ещё быть и очень чувствительным. Я чувствовал свой пульс, запахи что исходили от меня, ну и конечно же лютую тряску от которой в моей голове звучала симфония боли. Поэтому я продолжал лежать проговаривая про себя успокоительные речи, пытаюсь ими стабилизировать порядком расшатанные нервишки. Мне было страшно до дрожи. Когда ты болеешь дома у тебя нет мыслей, что можно умереть от гребанной простуды. Меня трясло, мыслить связно просто не получалось. Я хотел проснуться в своей кроватке и больше не вспоминать этот кошмар. А когда я с безумной улыбкой вспоминал, как сам возмущался при прослушивании книги, что герой домой хочет в привычную рутину вот я бы на его месте, точно домой не захотел… Я засмеялся, очень громко засмеялся. У меня опять была паника. Я попытался вскочить, но из-за связанных рук у меня получалось только извиваться в корчах. Я уже не чувствовал своего тела, я чувствовал только жар и накатывающие волны паники, злости, отчаяния, страха и все ближе подступающего безумия. Мне казалось, щас как махну рукой и что-то случиться, но это что-то все никак не происходило. Я не в силах, что-либо предпринять заорал изо всех сил, что у меня ещё оставались. Мой рев-крик-визг, раненого животного,понимающего что сейчас оно умрёт и никак этого не исправить, звучал отчаянно и страшно даже для меня. Через несколько секунд после моей истерики я почувствовал сильный удар по голове. К моему удивлению, сознания я не потерял, но перестал управлять телом. Я чувствовал как дышит мое тело, как течет слюна у меня из рта, но в это же время я видел свое тело, как бы со стороны. Но из-за непривычности восприятия я мог только наблюдать, то и дело сбиваясь с видимой мной реальности. Я впал в этакое состояния наблюдателя, когда мне было абсолютно все безразлично и индифферентно. Мне было все ровно когда мы приехали на подозрительно ровную и аккуратную полянку, мне все также было все ровно когда меня стащили с телеги и приволокли на ее центр, ничего не изменилось и когда бородач стал чертить какие-то фигуры на траве, вырезая дерн ножом. Мне было все ровно. Несуществующий наблюдатель А пока Косте было на все все ровно, Шульд вырезал на траве символы магического алфавита. Суть задуманного им ретуала была в том, чтобы передать нереализованный потенциал ходячей аномалии своему ещё не родившемуся наследнику. Ритуал должен был отрезать от духа чужака часть отвечающую за магическое начало и приживить ее будущему защитнику племени. Ритуал был запретным и даже для его народа отвратный. Ведь страдала не физическая оболочка, а сам дух. А к духу было совершенно другое отношение. Но у шамана даже не промелькнуло мысли о не гуманности его действий. Когда с рутиной было покончено и на специально обработанной полянке появились все физические компоненты скоро осуществимого ритуала, шаман стащил с телеги реамора. Затем поместил его в один из символов, после чего ритуал начался…