Я отвратителен?

И о каком режиме и здоровом мне можно говорить, если в прошлую ночь я спал полтора часа, а в эту… Так. Сейчас 7. Во сколько я уснул? Воспоминания пронеслись в голове яркими картинками. Блять. В этот самый момент я понял, что правильнее будет спросить «где я уснул». Что за пиздец с самого утра… Резко встав, я понял, что делать этого не стоило. В глазах потемнело, закружилась голова. Сел обратно. Когда стало лучше до меня окончательно и ясно дошло, что спал я у Поттера на диване, где обычно спал он сам, а сейчас он сопел на раскладушке чуть ближе к двери. Чертов джентльмен. Стоп… С хуя ли он меня не разбудил и не отправил домой?! Я снова начинал злиться. Ебанутый, блять. хотелось подойти и вылить на него литр ледяной воды. Ещё несколько секунд я пытался прожечь своим убийственным взглядом затылок спокойно спящего Поттера, но потом вдруг понял, что я в своей вчерашней одежде: клетчатые светло-серые брюки и белый свитер. Слава свету, он не стал меня переодевать, хотя может при таком раскладе я бы проснулся и пошел домой. Заметил так же, что он постелил простынь и накрыл меня одеялом, получается дважды меня перекладывал. Как я умудрился не проснуться? Ладно, пофиг, надо уходить, слишком уж засиделся в гостях. Я, как примерный молодой человек, сложил постельное белье и вернул на диван декоративные подушки, лежащие сейчас на полу. Тихо, чтобы не разбудить хозяина квартиры, прошел на кухню. Бесцеремонно открыл холодильник взял подсолнечное масло и 5 яиц. Вынул сковороду из духовки и поставил на плиту. Смазал сковородку маслом, разбил яйца, закрыл крышкой. Через несколько минут вынул соль и перец из шкафчика над плитой, открыл крышку. Пахло вкусно — едой. Я даже улыбнулся. Соль, перец и все готово. Выложил это произведение искусства на большую тарелку, разрезал так, чтобы в одной половине было 3 яйца, а в другой 2. Пошарился по ящикам, хлеба как всегда не наблюдалось… Что ж, придется без него. Ох уж эти люди, не едящие хлеб и сахар. Кстати на счёт людей, я прислушался, Поттер все так же сопел себе в комнате. Вот и славно. Съел свою порцию. Вот уже и 7:30. Как хорошо — пар сегодня нет. А то бы пришлось сейчас сразу переться в универ. Быстро помыв тарелку, подхватив небольшую сумку и надевая пальто я стоял уже в дверях, собираясь уходить. — Доброе утро, — раздалось из-за спины, — Давно проснулся…? — Ага, — коротко ответил я, стараясь быстрее застёгивать пуговицы. — Ты обиделся? — тут я решил обернуться. Лицо его в миг из беспокойного превратилось в очень беспокойное и немного напуганное.

**

Из мыслей Поттера за несколько секунд до Сейчас мне хотелось просто извиниться, за все. Все что ему пришлось пережить, я, конечно, не понимал, что именно, но знал, что он уж точно не хотел такого скандального расставания. И я не знал, почему он так поступил, но в этом определенно виноват и я тоже. Я часто — слишком часто — срывался на него. Слишком многое возлагал, и столько же требовал. А он, видимо, не готов к серьезным отношениям. Или может такое априори не для него…? — Ты обиделся? — после этого вопроса Драко обернулся… Его взгляд был полон холода и злости, меня только что окатили жидким азотом. Его прекрасные обычно тепло-серые глаза стали похожи на серебро. Застывшие, колющие, как стрела; жаль, это была стрела никак не Эроса… Она принадлежала Артемиде. Я же в данном случае был мишенью и меня пробило насквозь.

**

Я не хотел отвечать. Меня пробирала злость. — Пока, — Поттер очень растерялся, даже не попрощался, а я просто повернул замок до характерного щелчка и шагнул за дверь, не оборачиваясь, закрыл ее. Спустился по лестнице. Бежал по ступеням вниз, надевая наушники и включая музыку. Сейчас мне нужна уверенность. Bring me the horizon — то что нужно. Поэтому я выбрал свой специальный плейлист. Достаточно часто в жизни нужна уверенность, особенно если иногда Вам кажется, что Вы отвратительны. А Бринги всегда мне помогали. Я вышел из подъезда и двинулся к ближайшей остановке под «1×1». Поттер наверняка смотрел на мою маленькую фигурку в полутьме, неуклюже поскальзывающуюся на каждой луже. Маршрутки долго ждать не пришлось, в это время в будни они ездят каждые 10 минут, сел я тоже без проблем — остановка почти конечная. Теперь полутора часовая дорога домой. Я хотел попробовать заснуть, но никак не выходило. В голову лезли мысли. Разные, такие ненужные в данный момент. Дома пусто. Только неласковый кот смотрит на тебя как на ничтожество. Я сел за стол в своей комнате и открыл ежедневник. Что я должен был делать вчера вечером? 1. Съездить в универ 2. Не помереть по пути (хотя было бы неплохо) 3. Помочь с кодом 4. Дописать реферат 5. Купить сыр Да… Сыр я так и не купил. Ладно, проживу без него ещё день. Реферат сдавать через неделю, но чем раньше напишу, тем раньше смогу про него забыть. Я открыл ноутбук. Меня как всегда приветствовал Юрий Плисецкий на обоях. Даааа… Давненько я не катался на коньках. Ну да ладно, тем более катки ещё не залили, а идти на платный это уж слишком. Вот ещё… 300 рублей за 40 минут с кучей народа это не для меня. Так вот, доклад. Философские мысли Демокрита меня не особо привлекали, но знаете, делать нечего. Сейчас мы будем творить волшебство! Я открыл Ворд и Гугл. Так… На сегодня хватит. Честно, просто не было сил что-либо делать. Хотелось лечь и потихоньку умереть. Тихо, быстро, безболезненно. Но даже этого мне сейчас не дано. Поэтому я взял наушники и снова включил музыку. Да снова, а вы что хотели? Это один из лучших способов отвлечься от мыслей, не отвлекаясь от работы в то же время. Автокарандаш, который я когда-то в далёком 7 классе назвал Марком, уже лежал передо мной вместе с чистым листом бумаги. Песня Алёны Швец «Вечно 17», которую я сейчас пытался визуализировать, могла бы стать моим гимном, если бы вышла несколько лет назад. После девятого класса я впервые осознал весь ужас положения дел любого подростка. Огромная ответственность, давящая с каждым днём всё сильнее. Надо хорошо учиться. Надо примерно готовиться к экзаменам. Надо понять, кем ты будешь всю оставшуюся жизнь. Надо сделать все, чтобы получить как можно больше баллов при поступлении: принять участие во всех олимпиадах, которые только сможешь найти, сдать ГТО (желательно на золото), заполнить волонтерскую книжку сотней часов. Надо, надо, надо… Кто-то в этот период жизни, безусловно, разочаровывался в дружбе, любви. Чьи-то чувства бездушно предавали. В это же время, а то и раньше пробуждается неуверенность и зависимость от общественного мнения. Гормоны не дают заснуть по ночам, лицо покрывается неприятными прыщами, оставляющими после себя красные пятна на щеках. Боже, как это ужасно, врагу не пожелаешь, но хуже этого может быть только взрослая жизнь. Ещё больше ответственности. Теперь никто тебя не подгоняет: «Малфой, 2! Не принесешь к следующему уроку домашку за весь прошедший триместр — рядом будет ещё одна!» Всем по большому счету плевать на твою успеваемость в универе. Надо следить самому за собой. Этому научиться было сложно. Сколько нервов я на это потратил… Порой я приходил домой после пар по философии и вышмату и просто рыдал. Ладно бы один, в комнате, тихо, так чтобы никто не знал. Но я срывался прямо при маме. Так что мое унижение навсегда запечатлено у нее в памяти. Счастье, что отец не видел. Я, в общем-то, не особо верил в любовь. Не было хороших примеров. Может отец с мамой и любили друг друга, но часто ругались; я даже слышал что-то про развод, но это было давно, так что сейчас, возможно, все куда лучше. Я точно знал, что существует привязанность, влюбленность. Знал не по наслышке. Но любовь… И вот меня пообещали переубедить. Это случилось после первого курса. Я, как волонтёр, согласился пойти вожатым в дневной инженерный лагерь. Первое собрание вел для нас заменяющий главу управления довузовского образования окончивший второй курс Поттер. Каждый в университете знал его и всех, в прочем-то, кто входил в «Золотое трио». Почему? Потому что, во-первых, он был единственной выжившей жертвой самого громкого уголовного дела столетия. Его родителей жестоко убили при нем, когда ему был всего год. Убийца решил оставить жизнь годовалому ребенку, но поиздевался, оставив на лбу шрам в виде молнии. К счастью, он не помнил эти события, поэтому они не смогли сильно повлиять на психику. Во-вторых, родители его были уважаемыми и вполне себе обеспеченными людьми, поэтому наследство Поттеру досталось нехилое, что и позволило ему одному снимать квартиру. Как информация про наследство просочилось в массы? Уизли достаточно простодушен, как мне кажется. Думаю, он рассказал одной из своих теперь уже бывших, а вот они уже растрепали всем. Ну и наконец в третьих, он дружил с яркой звездой студенческой сцены, главной любимицей преподавателей и старостой — Гермионой Грейнджер, а так же с победителем импровизированных соревнованиях по поеданию шаурмы — Роном Уизли. Так вот… На первом собрании мы прошли то, что обычно проходят вся школота, приходящая в лагерь. Поиграли в снежный ком. Я узнал, что Поттер тоже занимается спортивным ориентированием и даже состоит в сборной нашего универа. Потом прошли верёвочный курс, было очень даже неплохо. Ещё после недолгой подготовки и нескольких лекций по психологии мы были готовы к встрече с детьми. Нам, первогодкам, все равно не доверили целые отряды. Мы были дополнительными вожатыми. У каждого первогодки был свой куратор — главный вожатый. Моим куратором был Поттер. Во время первой смены мы почти каждый день обедали вместе. Потом он заболел на середине и мне во многом пришлось его заменять. В общем-то со своей ролью вожатого я хорошо справлялся, настолько, что во вторую смену мне разрешили взять шефство над отдельным отрядом. В конце смены я написал своему сенсею задушевное письмо на память, где просил писать, если едет на соревнования; писать, если понадобиться когда-нибудь помощь (код написать, например); в общем, просил писать. Тогда я совершенно не знал, что мы ещё будем когда-нибудь тесно общаться. Может быть так.. здороваться в коридорах. Почти сразу инженерного лагеря мне предстояло поехать в спортивный. Так что погулять всей вожатской компанией, как мы планировали во время смены, у нас не получилось. А я так надеялся, что снова смогу поболтать с Гарри, которого находил крайне интересным собеседником. С детства у меня осталась привычка через пару деньков после смены в лагере ностальгировать. Обычно я заходил на страничку к новым друзьям и слушал их музыку. Такого удостаивались только самые запомнившиеся люди. И вы, конечно же, можете предположить чью музыку я слушал в этот раз. Его плейлист был идеальным дополнением к моему. Здесь смешались Би-2, Fizica, Imagine dragons и куча других прекрасных исполнителей, которых, по моему недосмотру, не было в моей музыке. Вот после этого все и началось. Если бы не музыка, если бы не размышления о нем в течении нескольких дней, ничего бы не случилось. Хотя нет. Ничего бы не случилось, если бы мы не поехали в один и тот же спортивный лагерь. Мы были там всего четыре дня. Четыре волшебных дня мы были предоставлены сами себе бо́льшую часть дня. И все это время мы гуляли по окрестностям. Это был лес и озерцо рядом с песчаным карьером. — Смотри, это Малая Медведица, — мы лежали на песке прямо рядом с громадным обрывом в карьер. Было холодновато лежать на песке, но я не смел двинуться, заворожено смотря в небо, — А вот Вега. Значит где-то тут, — Гарри в очередной раз ткнул пальцем в небо, — Мое любимое созвездие — Ящерица. — Почему любимое? — Я люблю ящериц, — я хмыкнул. В тогда я немного замёрз, но оно того стоило по окончании нашей прогулки мы долго стояли около места, где разбила палатки наша команда, и держались за руки. — Спасибо за прогулку, — он говорил тихо, как будто сейчас, когда все уже спят, нас мог кто-то услышать. Он сделал неловкий шажок вперёд, наклонился и поцеловал меня в щеку. И снова шепнул на ухо, — Спасибо. Спокойной ночи. — Боже, вы бы знали как я тогда переволновался. Я не смог выдавить из себя ничего кроме тихого «спокойной ночи». Он ещё раз выразительно посмотрел на мое полные удивления и смущения глаза. Отпустил мои руки и пошел к своей команде.