декабрь (июль)

опять холодно. как и вчера. и позавчера. на улице пятое декабря: зима только началась, а хёнджин уже по горло сыт этим льдом, противным песком и грязным снегом на тротуарах и, самое главное – он ненавидит этот холод. ветер пробирает до самых костей, лезет под кожу, нежно царапая все сосуды и жизненно важные органы, проходится языком по сердцу и давит, давит, давит. но не только ветер ранил душу несчастного.

***

последние четыре с половиной года хван хёнджин безответно влюблён в своего лучшего друга. с объектом воздыхания он буквально расцветал: ян чонин был его солнцем, водой и минеральными веществами в составе почвы. младший обладал невероятной, по мнению хёнджина, аурой, и был поистине волшебным. хван читал молитвы в его честь, поклонялся и восхвалял, будто чонин был не подростком с вагоном проблем, а идолом. и сейчас, шаркая подошвой ботинок по нечищенным тротуарам, хёнджин шёл к ближайшему продуктовому, чтобы купить вкусностей и отправиться к своему объекту воздыханий. джинни, 11:12 pm тебе чего-нибудь купить?

нини, 11:12 pm

то что напоминает тебе обо мне

хёнджин убрал телефон обратно в карман, случайно задел оледеневшими костяшками застёжку-молнию и шикнул. он достал руку из кармана всего на полминуты, а кончики пальцев уже ракраснелись и покалывали, отзываясь тягучей болью по всей руке. он действительно ненавидел холод. хван зашёл в супермаркет, мысленно благословляя человека, придумавшего батареи. он стряхнул с капюшона снег, избавился от шарфа, закинув его в сумку, и с удивлением обнаружил, что даже на его ресницах был иней. брюнет протёр глаза от назойливых кристаллов льда и пошёл вглубь продуктового. проскальзывая между стеллажами (буквально проскальзывая: пол был скользкий из-за растаявшего снега), хван пытался найти отдел со сладостями, попутно рассматривал упаковки молочных коктейлей, играл в гляделки с проходящими мимо бабушками, и с очень умным видом рассматривал грязный кафельный пол. когда же хван наконец-то нашёл нужный отдел, он встал в ступор. каждая конфетка напоминала ему о друге. ян чонин был настолько сладкий-пресладкий, что при одном его виде у хёнджина першило в горле, начинали болеть зубы и ужасно хотелось пить чай. "поздравим лоха, – подумал брюнет, – как выбирать-то?"

***

кто бы мог подумать, что выбирать конфеты окажется таким травмирующим опытом. точно не хёнджин. с горем пополам взяв пачку чокопаев, хёнджин закутался в шарф и завернул во двор к чонину. во время невероятно долгого и трудного пути до подъезда хёнджина волновало множество вопросов: думает ли сейчас о нём чонин? он тоже, бродя по супермаркету, разглядывает упаковки молочных коктейлей и в голове проносится едва уловимое "о, хёнджин любит клубничный"? замечает ли он следы хвана в любимых песнях? помнит ли вообще о брюнете вне их общения? звонок в домофон. топот ботинок. щелчок замка. — о, привет! я тебя заждался. ты что-то купил? — да, сейчас...