Воссоединение

      Шло время, и вот Джиу уже шесть лет. Последние три года он не видел своего папу, но всегда замечал, что его мама очень часто плачет. Мальчик понимал, что ей его не хватает: «Может папы уже нет в живых, а мама скучает по нему», — думал он.       Тем не менее Джиу тоже скучал. Ведь папа был для него всем. Ему не хватало присутствие любимого папы его жизни, не хватало отцовского совета, не хватало его любви. Но он убеждал себя в том, что Кайден скоро вернётся. Зайдёт в дом с подарками, и у них всё наладится. Мама не будет плакать, а он и папа будут заниматься «мужскими делами».       Также за всё это время, пока Кайден не присутствовал в жизни Джиу и Юджон, у мальчика пробудились его способности.

***

      Проснувшись однажды утром, Джиу почувствовал себя странно.       «Почему я чувствую, будто в моём теле что-то бежит?» — мальчик ещё долго сидел и пытался понять своё тело, но позже понял, что нужно обратиться к маме. — «Точно! Она знает, что со мной», — он побежал к ней.       На кухне Юджон готовила ужин.       «Так, думаю пора добавлять овощи», — но её отвлекли приближающиеся шаги.       — Мама, со мной что-то случилось! — подбежал к ней Джиу.       — Ты заболел? У тебя температура? А ну-ка иди мама посмотрит, — она обеспокоено окинула его взглядом.       — Нет. Я чувствую, как в моём теле что-то бежит. Ты понимаешь, о чем я говорю? — склонив голову набок, протараторил мальчик.       Конечно Юджон знала о пробуждённых силах, ведь ещё до рождения Джиу Кайден рассказал о них. И было бы правильнее сейчас просветить Джиу. Но сможет ли они справится с этим? Сможет уберечь своего сына, если что-то случится? Она не могла с полной уверенностью ответить на этот вопрос, поэтому приняла решение не рассказывать об этом Джиу.       — Я не знаю, сынок, — проводя по его волосам, произнесла Юджон.       — Ну ты же врач!       — Врачи не всё знают. Каждый день появляются новые болезни, способы лечение старых.       — Понятно, — Джиу опустил голову. — Надеюсь, что со мной всё будет нормально.       — Конечно. По-другому и быть не может, — Юджон поцеловала в лоб мальчика. — Ну раз мы поговорили о твоей проблеме, то пойдём поедим.       — Да!

***

      Вот только позже Джиу начал бесконтрольно применять свои силы, пугав детей вокруг. И из-за этого его считали монстром. Он не мог выдержать осуждения со стороны, поэтому часто закрывался у себя в комнате и плакал.       «Прости, мамочка, прости». — Мальчик считал себя виноватым перед мамой, ведь она попросила его не показывать свои способности людям, дабы его не забрали в лабораторию.       Юджон, в свою очередь, понимала из-за чего плачет её сын.       «Кайден, чёрт возьми, ты сейчас так нужен!» — она каждый раз вспоминала о своём муже, когда с Джиу такое происходило. — «Почему бы тебе сейчас не появиться и не успокоить его. Ты же на это способен!»       И вот спустя пару дней раздумий женщина решила переехать, чтобы Джиу не чувствовал себя подавлено. Но такое повторялось и в других местах, и из-за этого они постоянно переезжали.       «Мы уже далеко от того дома… И он нас не найдёт», — думала она. — «Хотя почему я переживаю? Он за всё это время не появился там. Видимо, те слова были правдой. Сражения для него важнее семьи», — на Юджон накатила грусть. — «Неужели то, каким он себя показывал всё это время, было лишь маской? Но для чего? Какая ему из этого выгода?» — однако ответы на свои вопросы она так и не нашла.

***

      Настал восьмой день рождение Джиу. Он уже и забыл, как выглядит его отец, да и смотреть фотографии ему не хотелось. А всё потому, что этот человек бросил его и его маму, и не соизволил появиться хотя бы раз. Поэтому мальчик принял решение, что для него отца больше не существует. У него есть только мама, которая очень сильно страдает, думая, что мальчик этого не замечает.       «Снова… Почему мама не может его отпустить? Он же бросил нас», — Джиу не понимал насколько его отец глубоко был в сердце мамы.

***

      На другом континенте была уже ночь. Кайден вышел на балкон.       «Прошло уже пять лет… Интересно, как они?» — держа в зубах сигарету, которую никогда не зажигал, думал он. — «Любимая меня ненавидит… Нашла ли она себе кого-нибудь?» — эта мысль отдалась болью в его сердце. Может это было и эгоистично с его стороны, но он не хотел, чтобы она была с кем-то. Он должен быть единственным, кого она должна любить.       Убедившись в том, что Картейна нет поблизости, Кайден открыл свой бумажник, где находилась фотография его семьи.       «Я очень ужасно поступил по отношению к вам и ненавижу себя за это. Ведь можно было поступить по-другому. Но я выбрал этот путь. Путь, идя по которому страдаем мы. Я уверен, что за всё это время вы испытали много боли. Я сломал твои крылья, любимая. И прошу прощения за это. Я обещал Джиу, что буду всегда рядом, но сейчас нахожусь на другом континенте и не присылаю письма. Чёрт, я реально идиот. Мог бы на праздники дарить подарки, или заказывать один-два раза в месяц цветы, но не писать от кого они. Я по вам так скучаю, правда», — он ещё долго смотрел на неё, представляя, что однажды он сможет прийти к ним, — «Я обязательно вернусь к вам. Даже если не буду нужен, так как у вас будет новый мужчина и отец».       Он хотел ещё немного посмотреть на своих самых дорогих людей, но услышал, как дверь балкона открывается.       — Ты что тут делаешь? — подходя к Кайдену, спросил Картейн.       — Дышу воздухом, — он быстро закрыл бумажник       — Везде есть воздух, придурок.       — Ой, прекрати. Почему ты пришёл?       — Тебя позвать хотел. Заходи в дом, на улице прохладно, — подходя к нему, сказал Картейн. — Ещё заболеешь не дай бог.       — У меня есть прекрасный брат, который меня вылечит.       — Разбежался. Пойдём.       Переведя свой взгляд на Картейна, Кайден произнёс:       — Хорошо, белобрысик, — после чего положил руку ему на плечо, пока они покидали балкон.       — Кстати, а почему у тебя в зубах сигарета? — Картейн достал её. — Тебе лекцию прочитать о вреде курения?       — Она ж не зажжена, — Брейк рассмеялся. — Но я бы с удовольствием послушал твои лекции.       Но Картейн лишь посмотрел на него и вздохнул:       — Иногда я не понимаю за какие грехи ты мой брат…