Кто-нибудь, скажите Энид, что он ее не заменит

«Что это за кошмар?» — Уэнсдей подняла взгляд с белого мохнатого щеночка на своего… парня. На шее щенка красовался огромный черный бант, ленты которого то и дело путались в неуклюжих лапах. Вот уже полгода как они с Ксавье начали встречаться. Поначалу Аддамс казалось, что этому не бывать, но после того, как они всё лето переписывались и вместе раскрыли дело о преследователе, Уэнсдей почувствовала, что что-то изменилось. И вот полгода назад, в первый день нового учебного года Ксавье встретил ее в кампусе. Что-то иное чувствовалось в их отношениях, и парень тоже это ощущал. Он подошел к Уэнсдей на расстояние Вещи и смотрел ей прямо в глаза. Девушка держала взгляд, но что-то в нем было новое — мягкость, подобающая периоду юношеского взросления. Ксавье сократил расстояние и накрыл алые губы Уэнсдей своими. Неужели хотя бы второй поцелуй в ее жизни будет с кем-то достойным? Девушка чувствовала, как с каждой секундой, пока их губы соприкасаются, рушатся стены ее строгой и непоколебимой натуры. Прошло полгода — и посмотрите! Она стала совсем как мать. Милуется каждую минуту с Ксавье, прям как ее родители друг с другом. И в эту самую минуту Уэнсдэй смотрит на подарок, который сделал ей Ксавье. Судя по всему, щенок здесь не для того, чтобы ему сделали вскрытие. «Уэнсдей, это корги-изгой. Он умеет расположить к себе и к своему хозяину любого, кого встретит. Это же идеальное дополнение к твоему строгому образу!» — Ксавье явно не шутит. Белый в серо-черное пятнышко щенок с бело-голубыми глазами уже играл с Вещью (не в Вещь! - примечание автора) и оставил ему пару отметин острыми щенячьими зубами. «Ты спятил. А если он съест Вещь?» — Уэнсдей сомневалась, но смягчила взгляд, когда поняла, что ее мужчина уже не отступит от своего. «Они подружатся, вот увидишь. Я не настаиваю. Если ты с корги Матиасом не уживешься, я заберу его себе. Ведь ответственность за такой необычный подарок на мне.» — парень приобнял темноволосую девушку в праздничном черном наряде и добавил — «Я помню тебя на балу в прошлом году. Какая же ты была красивая… я так бесился, что не мог быть рядом с тобой. Но теперь всё на своих местах.» — юноша прервался, утонув в черных глазах ведьмы, и поцеловал ее. Уэнсдей прикрыла веки и расслабилась в объятиях Ксавье. С ним было так уютно, словно он не просто друг или парень, а ее семья. И лишь полностью отдавшись эмоциям, девушка дала себе признаться: она всегда хотела щенка.