Атраксия

Город,окутанный пеленой мрака,все еще, стоит. Порой кажется, что пустыми улицами здесь блуждают беспутные духи, то-ли, в поисках кого-то, то-ли,в негодовании. — Суки. Ты посмотри, что наделали, - грубый мужской голос обрывает тишину, — Это родина моя, я здесь прожил всю жизнь, своими руками некоторые дома строил. Статный мужчина в зеленоватой экипировке небрежно достаёт сигарету, подкуривая. Взгляд его был пустым, а голос таким уверенным и спокойным, что казалось, внутри него ничего не дрогнуло от увиденного. Взгляд стал пустым уже давно,с того дня как на ногах его были не кроссовки, а берцы, на голове не шапка , а бронешлем, в руках не цветы для любимой жены, а автомат. — М-да, - спустя пару секунд слышится тихий голос товарища, — Даже сказать тебе нечего, - он лишь хлопнул тяжёлой рукой по плечу собеседника. — Курить будешь? - мужчина как ни в чем не бывало обрывает ноту протягивая руку со смятой пачкой. — Не курю. Разговоры военных уже давно не блещут энтузиазмом и эмоциями.Душа, словно грудь обрамленная бронежилетом давно стала сталью, что никто не видит смысла выразить соболезнования или поддержку товарищу. Здесь все каждый день готовы умереть , пасть от чужих рук за свою землю, скорбь и тоска уже давно поглотились в глубинах человеческого рассудка, сейчас есть только дух, сила и воля. — Вы пришли нас освобождать? - напряженную атмосферу и небольшое погружение в себя прерывает звонкий голос.Мальчишка, кажется, лет семи, в порванной курточке и растерянным глазами подбегает к двум ратным. — Мы вас защищаем, мальчик. - сиплый смешок слышится с уст одного, — От кого ж вас освобождать? — От нацистов, - ребенок озадаченно чешет затылок, ковыряв носком землю, — Мой папа так сказал. Мужчина с неким ироничным взглядом оборачивается на соратника, затем присаживаясь на корточки возле юнца. — Послушай, пацан. Те, кто сейчас здесь есть, от них никого не нужно освобождать, потому что мы защищаем вас, даже таких, как твои родители. Бойся тех, кто хочет сюда прийти. - Военный поднимается, потрепав по волосам мальчика. — Люби место где ты живешь, парень, не жди тех, кто разрушит все, что ты так любишь. Иди домой, и не гуляй больше по улицам, мать твоя потом плакать будет если попадёшь под обстрел. Мальчишка, лишь кивнув в след, убежал. — Я слышал, много тут таких, я сам то с центральной, - мужчина бросает взгляд на товарища, — Жаль конечно. — С этим уже ничего не поделаешь, мозги насквозь пропиты или прокурены,как у их «освободителей», - на лице появляется пустая насмешка. — Жаль детей их только, от них берут же. Прошёл год. Город к сожалению, успел побывать под оккупацией и вскоре успешно был отбит вооруженными силами родины. — Ну что, снова мы здесь, - с тех пор интонация все того же героя стала более живой, и воодушевленный взгляд мужчины смотрел на оживающий родной город. — Хорошая работа, побратим. - Товарищ радостно хлопает его по спине, — Я же говорил,Бог с нами. Кажется,город обрел новую жизнь, тёплый весенний ветерок обдувает щеки, а зеленые листья на деревьях приятно шуршат. Солнце сегодня светит особенно ярко, как никогда. Дух этих людей не падал никогда,окрепнувшая душа, обретавшая иммунитет все часы скорби и тоски, сейчас может радостно запеть, как птицы, что прилетели с юга обратно домой. — Ты гляди-ка, - взор военного падает на знакомую фигуру на горизонте, — Только вот… Это был тот же мальчишка который запомнился двум мужчинам растрепанными пшеничными волосами и большими голубыми глазами. Только вот, не бежал он, как в тот день, а неуклюже ехал на инвалидной коляске. — Друже, - обращается один из товарищей, — Ты нас помнишь? — Помню, я ждал вас. - Детский голосок уже не казался таким звонким и беззаботным. — В один день в наш дом зашли какие-то люди, мой папа сказал им, что ждал их всю жизнь, а они убили его. Голос мальчика предательски задрожал на пару с ресницами, а глаза стали хрустальными, слово вот-вот с них упадёт осколок. —А с тобой то что? - Мужчина кидает нахмуренный взор словно кидая какую-то фразу взглядом рядом стоящему, — Это тоже они сделали? — Когда они подошли ко мне, я сказал им как ты сказал мне давно на улице, что я люблю свою родину и никого тут не жду, меня защитят, а он выстрелил мне прям сюда, - мальчишка указывает пальцем на ноги, одна из которых вообще была ампутирована. — Парень, ты молодец, ты настоящий герой , - улыбка служивого была грустной, но тёплой, и он все так же по-родному потрепал мальчика по волосам. — Вы приходите к нам в гости, - юнец быстро смахивает единственную слезинку с щеки, — Я в том доме живу, моя мама сделает пирожки. Солдат посмеялся, кивнув в знак согласия. — Как-нибудь,пацан,как-нибудь. Вернувшись к диалогу , и проведя взглядом мальчишку, служивый все так же подкуривает сигарету , уже не предлагая товарищу. Не курит. — Не потерянное поколение, не потерянное. Мамаша надеюсь тоже многое осознала. — Надеюсь,дружище,надеюсь.